НА ГЛАВНУЮ | БАЗОВЫЙ КУРС САМООБОРОНЫ | БИБЛИОТЕКА | ВИДЕО | STREET-WORKOUT | ЗДОРОВЬЕ

 

 

Андрей Кочергин - Как закалялась сталь-2 и 1/2

к содержанию

 

Вместо пролога. Это не должен знать каждый

 

Что кроется внутри у мужчины?

Да то же, что и у женщины, но более приземленное и прагматичное, меньше на ребро и крупнее в печени, — скажете вы и, будучи правыми, все же ошибетесь. Мужской мир — это не осколок зеркала, отражающий безупречность мироздания, и уж точно не примитивность устройства пищеварительного тракта, через который, по слухам, лежит путь к его сердцу.

Мужской мир — это буря страстей, в большинстве своем немотивированных, странных и порой пугающих.

Так что же такое мужчина, что за существо, пичкающее себя героикой и карьеризмом, водкой и венерическими болезнями, ищущее приключений и боящееся старости?

Если женщина — это клубок страстей, то мужчина — их биохимический детонатор.

Кто или что движет мужскими желаниями, поступками и решениями?

Думаете, легко быть сорокалетним, слегка и кое- где известным, крупноватым уродом, с благоприобретенным пузом, отвислыми до коленок ягодицами и одутловатой мордой головы? Думаете, это не подвиг — существовать рядом с высокими, голубоглазыми, и не побоюсь этого слова, 80-килограммовыми блондинами, имеющими чудовищную мускулатуру перворазрядников ГТО и копченые в соляриях кожные покровы?

Еще какой подвиг! Расхожее заблуждение насчет того, что дяди — это вам не тети в части мнительности, неверно в корне и в стебле. Любителям-лю- доведам ошибочно кажется, что дядям плевать, какого цвета их похмельное лицо и чем именно пахнет у них между пальцами ног. Поверьте: никакие ожиревшие бумажники, золотые кредитки и профессиональные навыки, помогающие делать «чиииз», не смогут заменить обычной человеческой внешности. Того самого внешнего вида, который в детстве- юности практически не оскорблял своим броским убожеством окружающую среду без учета ее половой принадлежности, возраста, социального статуса и политических взглядов.

Вывод первый. Дядям остро хочется беседовать не о том, что у них все в порядке на службе, а о том, что у них приятные, а не зверские черты лица, отличный, упругий член и мутированный в кубики пресс.

Не имея конструктивно хотя бы одного из перечисленных пунктов, дядя начинает гнобить себя и окружающих, убиваться на работе и скандалить в быту. С ним следует лечебно поговорить и желательно срочно понять: о чем это он? Понять если и не умом, то хотя бы деланным выражением лица. Мужчинам совершенно необходима даже незатейливая взаимность общения, без оной взаимности они тупеют, стареют и бодро спиваются. Как там у Пани- ковского: «Пожалейте меня, Шура! Я старый! Меня девушки не любят».

Уточнение. Откуда при такой сумасшедшей должности берется время на оттягивание до нуж- ного размера старины, которой необходимо «тряхнуть»? И каким безответственным овощем нужно быть, чтобы вместо командировки в Норильск или дежурной пьянки с очередным генералитетом порхать по тренажерному залу или того хуже — «валять своего дурака» на Ибице или Гоа в самый солнцепек… финансового года?

Впрочем, следует сразу уточнить. Не все имеют право участливо заглядывать дяде в перемазанное чувствами лицо и хлопать его по плечу. Объективным ограничением в радостях взаимности была и, надеюсь, будет половая ориентация. Мир стремительно запинается, наступая на любимые грабли всех «золотых веков». Современная модность и стильность — это уже и намек на перчинку в ориентации «низа спины».

Кумиры пипла в разные годы были барометрами народных половых пристрастий. Если раньше подросток онанировал на фото Зыкиной, то теперь делает это, по запарке, на стилиста Зверева. Не крутить задницей на «голубом (!) экране» сейчас может позволить себе лишь олигархический и уже не симпатичный вокалист Кобзон. Все остальные вполне замечены, сочувствуют, ну или не видят ничего предосудительного в некоторых богемных шалостях.

— В самом деле, уж если именно этим местом мы гадим, то от присутствия более романтических диаметров хуже не будет. Тем более, как говорят, «это» помогает для профилактики простатита и «это» — доказанное средство от запора. (Не автор!)

Нет уж — нах!.. Как хорошо, что у меня пузо, все признаки люмпен-пролетарского происхождения налицо и бритый затылок. Как мило, что я совершенно не вокалист-визажист, впрочем, и не па-де-дун-парикмахер! Это дает основание полагать, что даже полная невменяемость моей тушки, вследствие затяжной алкогольной усталости, не даст даже повода злобным педрилам надругаться над моим пищеварительным трактом в его апогее! Они же типа эстеты задних проходов, а не зоофилы.

О чем это я?..

Ах да, о чарующей красоте и ее оскорбительном отсутствии.

Многие глупости и злодейства мужчина совершает лишь потому, что у него скверный характер, ухай- даканный в результате эволюционных изменений под воздействием традиционного гастрита, перманентного бодуна, не размеренного образа жизни и столь же не размеренных, а точнее, отсутствующих взаимных привязанностей к милым дамам.

Поверьте старожилу: как только в этой стране перестали трахаться за «прокатиться на вишневом авто, роза плюс бутыль полусухого», страна потеряла нечто большее, нежели банальную наивность. Наша любимая Родина рассталась не только с трогательным общественным целомудрием и невинностью, но и с любительским половым азартом. С тягой к вечным гормональным ценностям, с неувядаемым поиском острой, чувственной любви, конечной целью которой была именно влажная и трепетная связь, пускай и на заднем сиденье легендарного авто — длиннокрылого «ВАЗ-21093».

Теперь же связи стали либо порочащими, либо мобильными. Все остальное, за редким и оттого интригующим исключением, превратилось в скрытые и явные формы проституции. Арендовать себе тетку на час или пригласить малознакомую девицу на Мальдивы за ключи от SLK — это все равно, что прикупить себе на пару дней олимпийскую медаль в ожидании школьных друзей из Сарапула. Американские деньги за минет — фу, как низко и скучно! Ущербно и фальшиво — оттягивать и мусолить во рту «отечественного производителя», не испытывая к нему трогательных чувств! Преступно тратить килокалории, столь необходимые в цехах и на пашнях, и поедом глотать генофонд, да еще и не в порыве нежной страсти и не с голодухи, а преследуя меркантильные цели.

Итого. Проект судебного решения: «Минет, исполняемый за бумажные деньги вероятного противника, приравнивается к каннибализму в пользу семи иностранных разведок! В рафинированном 1937 году — статья № 58, прим. Расстрел!»

Странное дело, но судьбы Родины, при всей абстрактности данного термина, живыми струями пересекаются с судьбами людей, населяющих эти неухоженные и диковатые просторы.

«А что есть Родина?», — спросит очкарик-космо- полит, заранее заготовив в кармане фигу, крепкую, как чирей. Ему проще — от него чесноком пахнет и, помимо реального места дикорастущего произрастания, у него есть запасной аэродром в виде «исторической Родины», что еще более абстрактно, интригующе и таинственно. Если следовать этой логике и преданиям Священных Книг, то среднестатистический забулдыга вполне может претендовать на свои положняковые 20 кв. метров в Эдеме. Тем более что историки и теологи все более сходятся в мысли, что Рай мог быть где-то на Земле. Уж если удалось уговорить ООН на расчленение Палестины, то, при наличии доброй воли и лоббирования, вполне возможно пойти и в более глубокие исторические слои.

А вообще, если не брать для рассмотрения вселенскую Родину и остановиться на персональной, то она (для тех, кто постарше) всегда была V6 частью суши, просмотром программы «Время», политинформациями по понедельникам и материалами съезда в печати.

Те, кто поглупее — то есть помоложе, — витают в странных антиглобалистских категориях и не любят «Макдональдс» как угрозу территориальной целостности и суверенитету чего-то там такого.

На самом деле ни то, ни это не есть то, что можно любить. Если вы, конечно, не вуаерист-географ или политолог-мастурбатор. Мне совершенно безразличны карты, глобусы и пыхтение жуликоватых политиков. Именно они, единственные в своем роде, — профессиональные любители Родины, то есть делающие «это!» за деньги — очень большие, надо отметить, деньги!

При слове «Родина» мне гораздо ближе и понятнее отношение к нашим старикам и собственным родителям. Одиноким людям, доживающим этот странный век в щемящее время в родных городках и протягивающим сухонькую руку на вокзалах неуютных мегаполисов.

ЭТО И ЕСТЬ НАША РОДИНА! Это наши старики, родившие нас, и рожденные нами дети. Рожденные то ли от маниакального безрассудства, то ли от запредельной решительности, то ли от дурманящей любви. Но если наши дети лишь открывают этот фальшивый мир, читая сказочное вранье, то наши старики уже во многом закрывают его, как занавес глуповатой оперетки. Закрывают, смотря нам в спину и ожидая только одного… «Может, хотя бы у этих что-нибудь получится? У нас-то не получилось». Когда мы говорим о любви к Родине и не бубним пошлые и заезженные до кариеса фразы, то скорее всего мы говорим об острой любви к своему двору, школе, маме и соседской девчонке, подарившей нам первые, холодом сжимающие живот, чувства именно любви!

Родина внутри нас, как запах маминой комнаты, — это не вынуть и не поменять, как увядающую в болезнях почку. Либо что-то не так с нашим сердцем или тем, что называется еще более туманным понятием, — Душа. Я до странности русский человек, хотя генетически имею вполне обоснованные кочевые и узкоглазые корни, что не хорошо и не плохо. Куда меня теперь, кривоногого?! Ну не Монголию же мне теперь обожать?!

Примечание. Люди, поменявшие… нет, не Родину, а место дислокации, остаются инвалидами навсегда. Не верите — спросите их сами.

Как русский человек, я хочу понять, что есть мой русский народ. Дабы уточнить, на хрена я-то ему нужен и в каком таком секретном месте? Кто я и куда мы идем, дружно перемешивая грязь под нашими привычными ногами, задрав глуповатые лица к солнцу, чтобы не видеть, как в это время шарят по нашим карманам? Вера в правительства и руководителей — это для России рке даже не смешно. Вера в светлое и неясно откуда берущееся будущее слишком наивна для взрослого человека, требующего исходных данных для подтверждения прогнозов. Поэтому эволюционное развитие не есть исторический контекст этой бесновато-блаженной нации. Ей нужны потрясения и бунты, войны и мятежи — лишь в них мятущаяся в своих жертвенных крайностях русская идея находит поле для истерически- гениальной деятельности. Все-таки мы азиаты — дикие и совершенно не предсказуемые для западных прагматиков.

Даже религия у нас редкая — ортодоксально жертвенная, не дающая обещаний и не помогающая в бытовухе, но подвижническая и героическая в своем абсолютизме и истовости. Греческие батюшки рке вполне могут разговаривать в Храме Гроба Господня по сотовому телефону. А на питерской могиле Батюшки Иоанна Кронштадтского стоит именно гробовая тишина, и сжимается сердце от вида больных детей, с мистическим спокойствием и удивительной верой целующих священные камни надгробия.

Наши дети знают нечто такое, чего уже не знаем мы, очерствев в кровопролитных боях с собственным идиотизмом, плохой погодой и пьющими соседями. Не надо бежать в православные храмы, не нужно заставлять себя поверить, как совершенно бесполезно заставлять себя пукнуть, не имея на то объективных предпосылок. Совершенно безнравственно призывать людей идти в «единственно правильную Церковь». Вполне достаточно заняться именно собой как объектом нравственного воспитания.

Но несравненно большее счастье — это всего лишь почувствовать в Храме присутствие Господа и ощутить всю никчемность и суетность мира, в сравнении с подвигами Людей, считавших себя при жизни всего лишь «грешниками» и отдавшими земному подвигу ради Веры все, что смогли найти в себе светлого и самою жизнь.

Зачем Вера именно мне?

Для относительного анализа и душевного равновесия, которое нужно всем — от юнги до капитана и корабельных крыс. Шаткого равновесия, когда палуба посудины «Великая Россия» так бодро кренится из стороны в сторону. Если не иметь в руках связующего с мачтой «конца», то… За борт! Так что, когда меня одолевают сомнения, мне достаточно взглянуть на проблему в ее историческом, религиозном контексте для того, чтобы тут же наткнуться на простой и внятный ответ.

Многие годы, проливая чужую и свою кровь, я поневоле ужасаюсь тому, что делаю. НО!..

Блажен тот, кто жизнь свою за ближнего своего кладет.

Не в силе Бог, а в Правде.

Я не нашел оправданий, но «всего лишь» понял, что делал «все это» не от плохого характера или болезненного садизма, а незатейливо выполняя свой долг перед страной и людьми, ее населяющими. Более того, как православный человек, я уже долгие годы получаю благословление от моего духовника, что вообще позволяет чувствовать ответственность и принимать решения не интуитивно и по обстоятельствам, а умополагать, через осмысление и осознание — так, кажется, трактуется деятельность сознания в философии. Совершенно уверен в том, что духовник нужнее учителя, поэтому ни разу не видел ни одного человека, который сам научился читать, и много раз слушал бесноватый бред самонадеянных интеллигентов-теософов, которые «в Бога верят, но в церковь не ходят» (это Чехов сказал).

Вывод номер два. Помните о родителях, не забывайте о детях — своих и чужих, рожденных на этой земле, и вы будете остро и трепетно любить свою Великую Родину! Прочь фальшивые и натужные лозунги. Не надо лепить из меня худшее быдло, чем я есть… Руки прочь от пузатых лохов — они умнее, чем выглядят!

ЧУЖИХ ДЕТЕЙ НЕ БЫВАЕТ! Все остальные лозунги в этой стране не существенны и лицемерны.

Что есть женщина в повседневном обиходе неюжного («не очэн горачэго») и занятого дяди Средней полосы и Нечерноземья?

Тетя, в своей подавляющей массе, — существо циничное, недалекое и назойливое, как потные подмышки в шерстяном свитере. Как только вам есть что делать, даже если вы всего лишь вольный сборщик пустых бутылок, женщина становится серьезным раздражающим фактором, отнимающим время, требующим кормежки и ухода, несоразмерного своей значимости.

Зачем нам эти бабы, если в ближайшие полчаса мы их точно не захотим, а через час у нас важная встреча с коллегами за банкой пива?!

Пример? ОК! И не смейте врать, что с вами такого не было!

…Поздняя осень золотая. Мчитесь вы, к примеру, на авто бизнес-класса. На вас приличный костюм от «имени», свежевыбритое лицо пахнет, чем положено «в нашем кругу», галстук — как выстрел в сердце. Ну просто хирург-травматолог женских сердец, чаровник-любовник!..

И вдруг… Она!.. Стоит и трогательно машет крылом на обочине. Причем отчетливо выводит рукой: «Только Ты, милый, только Ты!.. А то прокладка уже в инее, и губы через помаду посинели!»

Ваш любимый размер, ваш любимый цвет, запах парфюма режет глаз даже через лобовое стекло. Удивительно, почему это не видно лобка при такой минимизации роскошной юбки на вершине чудовищно длинных ног?!

«Ну все, — думаете вы. — Это, мля, судьба!.. Это надо же, как удачно! Ну вот прямо день рождения какой-то».

Хотя… Ну вот сядет эта кукла, хлопнет дверью, как в амбаре, и начнет сидение дергать туда-сюда, в зеркало пялиться… А потом как затянет пургой заметать про тяжелую женскую долю и намекать на устройство судьбы и парковку ее жопы на вашей жилплощади. А ехать не иначе как на Ржевку, если вообще не в Колпино. Потом, поняв, что замрк не берут, она соврет телефон, а если даже и не соврет, то начнет канючить оплату мобильника, вещать о расходах на малярные работы лица и капремонт фигуры, клянчить годовой абонемент в надутый фит- нес-клаб и так далее по списку.

…Проезжая мимо, вам захочется высунуть харю за пределы бибики и рявкнуть наболевшее:

– «На гуй! На гуй», — кричали голодные пионеры и бросали в ворону палками.

Но вы воспитанный, взрослый карапуз, вас мама с папой в цирк водили и книжки про Цокотуху читали. Вы, чуть сбавив скорость и трахнув томную даму глазами, манерно проедете мимо.

— Пидор!.. — процедит тетка.

— Шшшлюха!.. — прошипите вы…

Оба правы, оба в курсе, как именно оно бывает. За спинами обоих серьезная предварительная история болезни в части наивности и разочарований, взрослое знание жизни и огрубление тонких струн души до тембра иерихонских труб.

Того самого тембра, которым хочется орать совершенно посторонним людям, призывно размахивая руками:

— Почему мы не любим друг друга, почему ищем способ объегорить, обшманать и выкрасть чувства, деньги, здоровье, годы и жилплощадь?!

Неужели романтика и ветреность уже никогда более не коснутся наших седеющих и мелированных голов, а удушливый трепет внезапного желания не разорвет брюки и не промочит негой стринги от La Perla?

Неужели, выкинув на помойку старые джинсы, мы в запальчивости выкинули, что для «охотника, рыбака, любовника и дурака — пятьдесят километров не крюк!»?

Неужели мы научимся затравленно пялиться в порносайты и раздевать липкими взглядами майских школьниц, которые иначе как «дядя» вас уже не назовут?

Неркели мы настолько далеко убежали по этой необратимой дистанции?..

Кстати, коллега, вы не знаете, зачем мы так резво бежали, а главное — от кого, бодро стартовав в сопливые семнадцать, спеша отпустить жидкие усы и самодовольно разглядывая черный мох на лобке?

Лобок уже седеет и подстрижен, а девушки, любившие нас молодых, куда-то исчезли без следа. Ушли, не оставив записок и запаха духов на холостяцкой подушке. Видимо, они были из другой истории или просто снились нам в удушливых и прекрасных снах. Одно ясно: им не место в сегодняшней гонке со странным финишем, они отправились в чулан — туда, где рке лежат наши деревянные лыжи, ржавые коньки и дерматиновый портфель.

Самые прекрасные девушки исчезли, все же успев научить нас любить.

Вывод номер три. Прошлое всегда прекраснее настоящего и уж точно полезнее неясного будущего, да вот только на кой хрен оно нам теперь нужно? Писюку теребонысать, предаваясь воспоминаниям на краю унитаза?! Вот уж увольте!

Женщина в итоге — это то, без чего мужская жизнь теряет всякий смысл, и то, что настоящего мужчину должно тревожить и привлекать до гробовой доски. Эта же самая женщина есть изуверский набор головняков а-ля «вырванные годы»! Если верить старине Энгельсу, то «равновесие есть продукт борьбы», в данном случае борьбы за женское сердце, с сопутствующими женскими закидонами.

Мужчина либо сильный, здоровенный и красивый, либо — нет. Это очень странно, потому что, как ни втягивай живот, он почему-то предательски круглится, и очень трудно врать недоверчивым и начитавшимся про городских маньяков колхозным нимфам, что ты аспирант того же ВУЗа, куда они поступили учиться на агронома.

Заниматься спортом нужно и должно. Если даже дела не идут, а скорее, регулярно спотыкаясь, падают и жизнь никак не отнесется к вам серьезно и шутит по-черному — даже тогда, отдавая силы на собственный хотя бы физический рост, мы доказываем себе, что еще борозды не портим! Молодые поднимают брови, поглядывая украдкой на штангу и неохотно вставая в пару к ветерану-ко- лобку, неудобному и корявому, как старая батарея. Уже ветеран… Слово-то какое дряблое, почти как пергамент.

А знаете, как все начиналось?

Ну, про спорт, каратэ и т. д.? Не знаете. Ну да откуда вам… Это сейчас кажется, что каратэ и прочая и прочая было всегда, и ничего таинственно чарующего в нем нет, потому что секция. Но было-было время золотое… Когда от незнания и возбуждения даже Брюса Ли относили к каратэ, и в прессе шла нешуточная дискуссия о том, как все же правильнее его называть: «каратист» или все же «каратэист». Представьте всю глубину и серьезность этих фундаментальных проблем образца 1978 года!

Рискну утомить вас историей своего спортивного становления.

Сказать, что в эти годы каратэ перевернуло жизнь миллионов молодых людей — это не сказать ничего! Более чем уверен, что, не будь этого «глотка свободы» в конце семидесятых, перестройка и крах тоталитаризма, возможно, были бы нам еще незнакомы…

Даже уже не очень помню, откуда и как прилетела первая новость о существовании подпольных секций каратэ, но она, эта новость, тут же обросла фантастическими домыслами и слухами.

Первый раз я увидел каратэ в Доме пионеров — от волнения просто чуть не задохнулся. Настоящий сенсей, весь в кимоно, вел занятия, говорил какие- то непонятные слова и как бы между прочим совершал таинственные телодвижения явно смертельного содержания, судя по выражению его лица. Зрителей-подростков, сиротливо жмущихся у дверей в зал, это просто повергало в священный трепет.

Короче, в тот раз меня не взяли. Впрочем, как и в следующий, как и в десятый. Но желание заниматься стало просто навязчивой идеей. Чтобы не тратить время попусту, по совету бывалых друзей я «набивал кулаки», точнее разбивал их о стену, чем вызывал более чем бурную реакцию соседей, ошалевших от маниакальной «морзянки», вколачиваемой в не вполне надежную перегородку.

Говорят, мысли материальны. Стоило мне поступить в техникум и понадеяться на то, что, может, в нем есть группа, как я тут же увидел объявление о наборе. Чуть в обморок не рухнул от щенячьего восторга — хорошо, хоть без золотистой лужи обошлось!

Николай Шеменьов — это мой первый тренер и по сию пору Учитель. Он преподавал то каратэ, которое ему виделось, и делал это самозабвенно и творчески. Возможно, минимум информации, возможно, незашоренность и отсутствие «руководящей и направляющей линии» сыграли свою роль, но методическая база, заложенная в нас, оказалась более чем оригинальной и революционной. Претерпев вполне понятные изменения, она сохранила основные педагогические и системные ходы, призванные обыграть любое техническое действие со всех сторон, не боясь потратить время на подводящие упражнения. Полноконтактный способ ведения боя уже тогда казался нам единственно верным решением.

Время было трудное, группа осталась без зала, пришлось, уже имея некоторый опыт, шляться по другим тренерам, но там каратэ было коммерческим, а студент — человек мало обеспеченный, так что ни по сердцу, ни по кошельку не пришлось нигде. Стало уже совсем грустно, когда Коля предложил перейти в «Динамо» к А. В. Горбунову.

На то время динамовская школа каратэ по праву считалась лучшей на Урале — я даже как-то растерялся от такого дерзкого решения. Не очень помню, почему меня взяли, но одно понял сразу. Здесь царил дух соревнований. В «Динамо» все было лаконично и сдержанно, здесь чувствовалось уже не японское «боевое искусство», а «советская спортивная школа» в ее лучших проявлениях. Первые соревнования — кажется, первенство города — я выиграл, к немалому своему удивлению. Хотя чему удивляться? Все еще только начиналось, и можно было выиграть турнир после всего-то года тренировок!

Сейчас в России сотни клубов занимаются популяризацией каратэ, исповедуют пару десятков стилей, имеют сотни — сотни! — чемпионов страны, мира и Европы, но рке никогда эти ребята не будут первыми на этом Пути! Нам повезло больше — мы стали первыми из тех, кто вышел на татами, кто подчас комично, а подчас и трагически сделал первые шаги в этой стране по Великому Пути постижения каратэ. Конечно, сегодняшние спортсмены лучше, техничнее и подготовленнее нас тогдашних, но стоит напомнить, что таковыми они стали благодаря тому, что такие люди, как Н. А. Шеменьов и А. В. Горбунов, по сию пору занимаются тем, порой неблагодарным, делом, которое они считали самым важным еще в далекие семидесятые.

Я счастлив тому обстоятельству, что встретил таких тренеров и начал свой Путь в каратэ рядом с такими бойцами, как Дмитрий Обухов, Олег Строганов, Дима Ивлев, Алик Салимов, Алексей Нохрин, и еще многими другими, кто рке есть история советского каратэ.

(От пафоса и сердечности вышеизложенного засвербело в носу, и скупая мужская сопля радужно стекла на татуированную драконами грудь. А ведь правду говорят потерпевшие: все маньяки сентиментальны, словно испорченные кокаином гимназистки.)

Вывод четвертый. Мужчине необходимо пережить что-то настолько важное, что могло бы сказать ему, кто он и откуда родом, хотя и так ясно, что все мы родом из детства.

Вполне заумно и многословно разобравшись с бабьем (в утонченных терминах) и сопутствующими категориями, не грех поговорить и о приятном, то есть о машинах, оружии и сексе.

Именно три этих маячка, по утверждению бывалых дядь, безоговорочно указывают на то, что данный мачо — на верном пути. То есть он на авто, вооружен, манерно небрит и брутален. В таком случае он вполне обоснованно мчится порвать анус очередному Змею Горынычу и в качестве спешиал бонуса трахнуть его Бабу Ягу в извращенных формах и с особым цинизмом.

Авто. Бибика не должна быть скоростным аналогом самоката. Пускай лохи гоняют на отечественных замарашках. Для мужика с потенцией авто — «это логическое продолжение члена». Жаль, что это сказал не я, а итальянцы. Теперь представьте себе зелененькую и помятую «шестерку»… Пилить этим «удлиненным членом» можно только собственный бюджет и, скажем, соседский «москвич», к слову добавить, недобитый со второй половины прошлого века! Пытаться, сидя за рулем «этого», вызвать тревожную влагу у предмета нежной страсти можно, но для этого следует наехать ей минимум на ногу, а в идеале прямо на попу. Дабы не распыляться и действовать напрямую.

Но если вы решили выступить тяжеловесно и совершенно уничтожить сексуальный объект своим нечеловеческим обаянием и неземными манерами, то вам необходим автомобиль-имидж, машина-знак, этакий фаллический символ на колесах. Чтобы все неслепые и условно половозрелые женщины, включая учениц младших классов и их директрису, по показаниям, гладившую по головке маленького Ленина, удаленно потеряли девственность, дар речи, портфели, вставные челюсти и партбилеты времен КПСС. Короче, чтобы все женщины, случайно попавшие в поле вашей (с машиной) прямой видимости, были утоплены в горячей волне желания, предметного позыва измусолить ваши черты горячими губами и иными причинными частями женского тела.

Поэтому они должны быть совершенно, почти насмерть убиты цветом, блеском лака и чистотой линий этого мифического животного. Гипнотический транс, производимый на тетку заурядным немецким кабриолетом, сравним по течению и симптоматике с поеданием пуговиц от сорочки и запиванием их водой из-под завядших лютиков. А теперь на секунду представьте паркующийся «астон мартин» (или «порш», или «додж вайпер») кроваво-красных тонов на чудовищных колесах и никелированных дисках. Даже если в этот раз вы не будете их бить или угрожать дедовским маузером без патронов, даже тогда истекающая от восторга Лаура и/или Дафна — это уж как повезет — тихо прижмется к теплому заднему крылу и нащупает, обжигая тонкие пальцы, выхлопной патрубок…

Ну, или не прижмется и не нащупает, а презрительно фыркнет, небрежно уронит свой роскошный зад в ночами заработанный «бентли» и модно помчится к очередному олигарху — заниматься анальным сексом. Ну, или любительским — к разомлевшей от безделья подруге.

Вывод пятый. Ничто так не убивает мужскую сексуальность, как «феррари» под задницей у наглой и циничной сучки.

Женщина за рулем — обезьяна с гранатой? Да! Если она за рулем червивой «нивы», хлопающей крыльями на поворотах. Если женщина за рулем «ламборджини», то она не обезьяна вовсе, она гильотина для ваших поджатых в унижении мошонок. Сделать такой предложение о близости может лишь обладатель пейсов и бейджика алмазной биржи или зябкий дядя в простыне, со скакалкой, намотанной на голову, и паспортом на имя эмира с Востока. Ну, или ее вполне отечественный сожитель из бандитов — с маленькими глазками и шеей за 50 см, на которой 200 граммов бижутерии и крест в бриллиантах. Ничто так не травмирует душу и половые органы, как несбыточность притязаний!

Хотя, помимо возбуждающих авто, есть еще пара эрогенных мест. Женщины любят героев, а трахаются с клоунами.

Все верно, все так, но что же делать для полной победы?

Следует становиться «веселым героем», то есть человеком с пистолетом и следами вырождения на лице. Лишь тогда женщина размякнет от гипертрофированного желания и будет истомно вздрагивать по ночам, когда вы, вернувшись с «работы», разрядите свой пистолет в мартовского кота, тренирующегося под окном.

«Мой пришел», — подумает тетка и озябнет от предвкушения либо удара в печень, либо каскадного мультиоргазма, в зависимости от настроения избранника. Такой мужчина — вне конкурса, замена или альтернатива невозможна, потому что он, как таблетки от запора — «три в одной». Принимаете — вас безудержно слабит. В этот момент не до депрессий, и сразу от натуги улучшается зрение.

В тугоплавком герое есть отменный секс, сравнимый по остроте разве что с игрищами на пилораме, есть вполне отличныи пистоль, готовый к употрео- лению ежесекундно (соседи в курсе). И конечно же, очаровательная простоватость, позволяющая тетке купаться в облаках собственного, несравненно большего «IQ». Не у каждой есть свой собственный Квазимодо, да еще и на безлимитном баблосе!

«Не права была мамка, когда говорила, что я так же, как и она, дояркой сгину. Я всего-то пару лет в «Космосе» отнагибалась, да вовремя счастье свое разглядела в этой горилле».

Вы обращали внимание, какие именно пистолеты выбирают те, кто не получает их в оружейке, а покупает, не заботясь о правовой обоснованности деяния? А такие же, как и авто, — вызывающе крупные и звучные. Скажи кому-нибудь, что чешский «чезет» чудо как хорош и практичен, — тебя сочтут за человека из провинции.

«Зиг Зауэр», «Глок», «Хеклер энд Кох»… Как много в этом звуке «для сердца русского слилось».

Порой дяди, купившие чудо инженерной мысли, даже не в курсе, как его разобрать, но кто сказал, что из него будут именно стрелять? Им будут именно аксессуарить и по случаю демонстрировать сотоварищам и дамам «своего круга». Дядька без пистоля — как тетка без силикона ну-хоть-где-нибудь. Ходить, без сомнения, можно, но как-то неловко и неуютно.

Вывод шестой. Пистолет обязательно нужен мужчине, но лишь тогда, когда у него нет приличного автомата. Либо перед нами переодетая баба — резидент вражеской разведки.

Секс, секс и секс… Это не любовь и не отношения — это скорее битва. Никто не отменяет семейные узы, связи по любви, расчету и симпатиям высшего порядка. Но именно секс — действо столь животное, что пасадобль и коррида по сравнению с ним лишь суррогат страсти. Поэтому мы можем не танцевать и не смотреть, как убивают быка, но не совокупляться мы не можем! Жаль, что этого не знают равнодушные люди, призывающие мальчиков в армию на два космически длинных года. Секс есть сторона жизни самодостаточная и бессознательная, это как затяжное желание чихнуть или почесать отсиженные детородные органы.

Трахнувшись первый раз, мы, трепеща от возбуждения, садимся в повозку без лошади и вожжей, которая, просев под неожиданно свалившимся грузом, внезапно срывается с горной кручи и, надрываясь всем своим тележным телом, кружит по серпантину половых выкрутасов вниз — в сонные альпийские луга мужского климакса.

Когда какого-то великого хрена, имя которого я подзабыл, спросили, что он чувствует, перешагнув восьмой десяток и потеряв влечение, он прошамкал розовыми деснами:

— Как будто слез с бешеной лошади, — и благостно сложил желтые лапки на пузе.

Убожество!

Прежде чем заработать холодные ноги, утку, теплый плед и рюмку коньяка перед камином, мужчина обязан ответить себе на вопрос: «Как много женщин вспомнят меня с нежностью?»

Только самодовольные кретины делают «это» для себя, занимаясь, по сути, онанизмом без рук. Исполнять заунывные фрикции в ожидании семяизвержения — это примитивизм на уровне депрессивных осликов, скучных муравьедов и торопливых сусликов. Мужчина должен не осеменить женщину, он обязан ею овладеть — именно овладеть, причем тотально! Получить часть внимания в сексе — это все равно, что засунуть палец девице в ухо. И где тут счастье? Лишь тогда, когда она растает в его руках и захлебнется его дыханием, лишь тогда весь мир рухнет им на головы, и будет совершенно насрать на скрипящую кровать, перепуганную маму в соседней комнате и соседей, избивающих ломом батарею, с вывешиванием белого флага в ваше окно.

Как именно овладеть, рецептов быть не может, как нет рецептов в разговоре с немыми. Вы без сомнения поймете друг друга, но то ли вы поймете, что вам говорили? Стереотипы в отношении дамы уместны лишь в борделе, где оплатил по прейскуранту и «член профсоюза» участливо распахнет гостеприимное лоно с исполнением арии: «Иес! Иес! Камон, бэби, камон! Хотел крепко скроенную кроху, брюнетку 17–35 лет? Так вот она!».

Дамы, не столь определенные в своем половом профессионализме, своеобразны и самобытны.

Ума не приложу, как именно и из какого органа приливала кровь к клитору у девицы говорящей о своем ныне покойном сожителе:

— Жесткий был. Бывало, вечером пивка махнет и приревнует к Губину, ну, или к Рики Мартину — это смотря кого по ящику покажут. Засунет пистолет в рот и орет: «Соси, сука, затвор! Пристрелю мразевку, если не скажешь, кого любишь! «Тэба, мы- лый», — говорю, потому ствол уже в глотке. А самой уже обосраться от желания хочется и соски набухли. Вот это был агрессор. Даже до кровати ни разу не добрались, бывало, и колготки снять не успевала, а он даже не замечал!

Иная лее просто мажет тело по простыне всего лишь от запаха усталого мркского тела, от крепких, но осторожных рук. Мест, способов, поз и приемов для достижения взаимности столь много, что это лучше к страшилке — к доктору Щеглову. Но одно совершенно точно! Женщина способна раствориться в оргазме, лишь чувствуя рядом с собой человека, а не терминатора-вибратора с ароматным, но таящим во рту членом.

Нет большего наслаждения для дяди, чем тетя, искренне издающая децибельные вопли и бьющая кулаком в стену… Хотя многие тети, опять-таки преследуя свои вполне меркантильные цели, легко исполняют и эту пьесу. Но отличить разводилово от натюрэля очень просто по судорожной вибрации «органа», количеству выделенной неги между ног и пота на спине. Я уж молчу о том, что реально возбужденным соском можно в запале выколоть вставной глаз или даже исцарапать немытую фронтовую грудь. Лишь однажды увидев, как именно кончает женщина, не променяешь это ни на одно унылое соитие с задумчивой Клавой Шиферовой.

— Мадемуазель, вам было больно?

— Отчего вы так решили, любезный?

— Вы пошевелились…

Если женщина азартна и жива, то во всем сразу — от одежды до политических взглядов, от постели до способа обеспечения жизнедеятельности.

Как только вам на жизненном пути выпадает счастливый билет встретить тетку с прекрасным аппетитом и разнообразными вкусовыми пристрастиями, хватайте ее и не смейте выпускать! Сорите деньгами, целуйте ее в затылок, дерзко врите, что вы переодетый принц Чарльз и попробуйте ее хотя бы раз. Поверьте: она порвет вас, как Тузик варежку, а ее победные вопли разбудят ближайший райотдел. Кто как ест и танцует, тот так и любит!

Как видим, в сексе нет второстепенных составляющих. Все, что есть предмет желаний, — все это и сработает либо «за», либо «против». Представьте девушку небесной красоты с восхитительными формами и запахом недельного перегара. Или вспомните, как вы вдруг удивленно вспыхнули неутолимым желанием после пятиминутнои Ьеседы с дурнушкой, источающей такие гормональные флюиды, что даже матерые тетки за соседним столом, потушив сигареты, испуганно поняли, кого именно они хотели все эти долгие годы исканий, а то все мужики да мужики…

Ищите не картинку из журнала для подростков, найдите ту самую заветную скважину, которая благодарно ждет этот золотой ключик, и откройте комнату, наполненную воплощенным желанием. Никогда насилие не даст вам повода для упоения. Женщину не нужно брать — она не чемодан. Женщину нужно вести, и даже не за руку, а лишь касаясь кончика ее ногтей — не от боязни или утонченности, а от проявления изуверской воли, интригующей и парализующей женщину, привыкшую к грубой власти своей притягательности для всего живого. В этом поиске все — от самоутверждения и мании величия до инфантилизма и обожания. Изнемогая в чутком искании и найдя «самое важное», вдруг слетаешь с катушек от чувства восторга, сравнимого со свободным падением или яростной дракой. Секс — это всегда или победа или поражение, ничья не устраивает ни одну из сторон и старательно забывается.

— Мы, кажется, знакомы?

— Вряд ли. Я бы вас заполшила…

Взаимность и притягательность половой близости возможны при достаточном знании акробатических «па», физической выносливости и абсолютном взаимном доверии и совершенно невозможны без нервной чуткости, граничащей с парапсихологией. Как можно объяснить, почему именно следует остановиться в тот самый важный момент, когда женщина должна просто ощутить углубленное присутствие мужчины в своем теле, или когда именно следует грубо схватить ее разметавшиеся волосы?!

ВНИМАНИЕ! Если вы хотите угробить секс — откройте рот и спросите что-нибудь важное или промычите что-нибудь про неземную любовь!

Секс — это контакт через «штепсельный разъем» и уже внутреннее общение. Все посторонние и внешние звуки сбивают прицел, ломают настрой и раздражают, как след резинки от носков.

Вывод седьмой. Не жадничайте и не ленитесь. Не совокупляйтесь для того, чтобы кончить, а кончайте от того, что ощутите, что именно вы сделали с милой дамой и для милой дамы. И она благодарно познакомит вас со своей подругой, не носящей белья. Но если при виде конкретной женщины ваш изнемогающий желанием член не дрожит, как влажный, новорожденный жеребенок, то лучше не тратить ни свое, ни девичье время. Как там в кладезе: «Упасть с коня — так с вороного!» Ну и еще: «Не бойся малого, а бойся вялого».

Друзья — это не пассажиры автобуса, их много не бывает. Выдам тайну. Все ваши друзья остались в детстве. Взрослые друзья — это скорее всего коллеги, собутыльники или члены какого-нибудь многочлена, типа спортклуба. То есть категория лиц, склонных к интригам, предательству и мечтающих сожительствовать с вашей супругой, ненавидящих при этом вашу собаку. Не стройте иллюзий — вас продадут в самый неудобный момент по бросовым расценкам, забыв поделиться выручкой. И лишь друзья детства, вместе с которыми ты курил бычки и щупал девок за гаражами… Лишь им, бедным, придется тащить этот крест взаимного доверия и взаимопомощи, тащить то ли по привычке, то ли из боязни потерять привычное окружение, слепленное из выдуманных воспоминаний.

Единственный человек на этой планете, которому вы по-честному нужны и который действительно вам предан, — это ваша мама. Единственный настоящий, пускай и старомодный в своей наивности, друг. Как часто мы забываем наших матерей, уходя в дальние походы в поиске наших алчных желаний, оставляя за спиной единственного человека на этой планете, которому мы действительно должны хоть что-то.

С друзьями все, в общем, ясно, но не надо путать именно друзей именно с Боевыми Товарищами. Когда судьба закидывает мужчину в унитаз, не утонуть ему помогают либо полное перерождение в непотопляемое дерьмо, либо полная непромокаемость в силу целостности как оболочки, так и внутреннего содержания. В эти унитазные и кровавые моменты жизни середины просто не бывает — и слава Богу! Должно же быть явное отличие белого от черного. Многообразие оттенков серого — это для слабаков и нытиков, ищущих оправдания своей ущербности и предательствам.

Скажу более: я крайне уважаю своих прежних и настоящих врагов — хотя бы за откровенную ненависть в мой адрес. Нет ничего более мерзкого, чем улыбка и рукопожатие лицемера, плюющего на спину вашего пиджака. Эти обезличенные следы чужого яда хорошо отмываются только кровью и мозгами. Когда уже знаешь, что есть враг, тогда без сомнения понимаешь, что есть товарищ по оружию.

Тем и ценны боевые товарищи, что они всего лишь прошли проверку на вшивость и сдали те же, что и вы, анализы на честность, став для вас очень понятными, а значит, неопасными людьми. Все эти сопли про воинское братство и прочие привально- гитарные завывания оставлю для Дня десантника, пограничника и ВМФ. Но то, что, харкнув кровью и пройдя через смерть и говно, попавшее в вентилятор, человек остается человеком и не приобретает запах того, откуда вернулся, — это высшая оценка того, что именно данный человек сумел накопить за «отчетный период».

Вывод восьмой. Друзья, видимо, нужны — вот только где их взять человеку, который с подозрением смотрит на бабулю-почтальона и запоминает номера машин у подъезда? Где? Да опять-таки в родном городе, во дворе собственной школы, на встрече одноклассников.

Если не пить водку, то вскоре понадобятся уколы в голову от бешенства и агрессивного бормотания, потому что уколы в живот уже не торкают! Вы еще в задницу начните их ставить… и всплывет недоуменный вопрос: «Неужели так злобно пердела!»

Спиртное — это целая планета в эгоцентрической системе мироздания. Мерзкие бабы, унизительные служебные будни, проблемы со здоровьем и прочие глупости легко отваливаются от вашей неопрятной головы, если в эту голову залить через рот первые сто…

Хотя дело вовсе не в миллилитрах и граммах, даже не в качестве пойла и стране-изготовителе. Дело в самой концепции напитка.

Только конченый очкарик может пить по поводу избиения его женой вялый коньяк. «Конина» инфантильна и грустна. Осталось только закусить ее имбирем, испачкать руки конфетами, и размякнешь, как медуза. Нет, в служебных коллизиях и кухонных битвах нужна водка — жесткий и бескомпромиссный напиток бойца пьяного стиля. Только она, родная, в состоянии всколыхнуть богатырскую силищу во впалой груди и налить свинцом обвисшие плечи. Не порвать на этой сучке рейтузы и не дать шефу в морду практически невозможно. К ответу, падлы!

Другое дело, если у вас романтическое путешествие и вы сегодня интеллигент в первом поколении. Здесь вполне уместны легкие сухие вина. НО НЕ ВЗДУМАЙТЕ ПИТЬ ПРИ ДАМЕ СТОЛОВЫХ ВИН под мороженое крем-брюле. Эта дура может знать, что кьянти пьют под мясо, а не под десерт. Очень рекомендую рейнские и мозельские вина — эти уместны хоть куда. Во-первых, они, как правило, полусухие, и вам не придется кривить мурло «от удовольствия» после сухой французской кислухи девяностого года, а во-вторых, в отличие от итальянских и французских, они чудо как доступны по деньгам и имеют вполне презентабельный зарубежный вид: бутылки с картинками и надписями на импортном языке. Поверьте: никто ни хрена в этом не понимает, включая сомелье, только что привезенного в кузове «камаза» из Ново- Ебуново, побритого, помытого и обученного за неделю, для пущего пафоса и элитарности заведения.

По этой причине, попав в незнакомое и пугающе специальное место, начинайте капризничать, просите свежевыжатый березовый сок и канючьте вино с температурой 14,7 градусов. Требуйте предъявить термометр! Причем сначала проверьте его градуировку через свою подмышку в части 36,6, а потом размешайте им божоле нуво, с ленинским прищуром убеждаясь, что 0,7 градуса не додержали! «За лоха меня держать?!»

Но вино — напиток глупый и томный, достойный девиц, которых мама проводила к вам со ело- вами: «Много не пей, сразу не давай!». Если рк не хотите бесцельно размышлять о пике творчества Шнитке и символизме Блока, пейте водку с утонченной избранницей. Для затравки можно обронить, что в Милане и Лондоне-Париже сейчас русские сезоны. Дамы из модных пьют белую прямо из горла, дерутся с педиками и требуют тазик икры… Поверьте: каких-то 300 граммов «в лицо», и вы уже режетесь с теткой в десна на брудершафт. Она ест землю, клянясь, что нарожает вам близнецов… хоть завтра!

Если же вы хотите, чтобы доза, выпитая вами, возбуждала спутницу своими богатырскими размахами, а докеры за соседним столиком одобрительно приняли вас за своего, то следует пить старый добрый айриш. Ирландцы знают толк в упивании и выживании «после того как». Только они на своих хулиганских островах делают тройные перегоны и не солодят исходные компоненты.

К чему эти одеколоны в стакане?! Шотландцы просто редко моются и забивают «запахи отлива» напитками, разукрашенными купажом.

В этом смысле водка вообще шедевр. На этикетке написано: «с добавлением меда, овса, эвкалипта, сена, соломы и вытяжки из половозрелых кедров», а на вкус все та же милая сердцу косоры- ловка, знакомая еще по собственной поре полового созревания, когда те кедры еще были орехами. Улучшить водку можно единственным способом — увеличением объема бутылки. Все остальные выкрутасы — опять же замануха для лохов, умеющих читать.

Ирландский виски — это да! Но настоящие шедевры делают не рыжие островитяне, а потомки французов, осевшие в Америке. Бурбон — это поэзия изготовления огненной воды. Индейцы, собственно, и вымерли от этой манящей вкусноты (вот бледнолицые изуверы!). Если бы их травили коньяком или, скажем, бургундским, то они всего лишь погрустнели бы и начали брить подмышки. Зачем ковбоям бритые индейцы?

Бурбон мягок, в меру ароматен и узнаваем, идет, как телеграмма, и никогда не грубит на утро.

Сознательно не касаюсь названий брэндов, дабы не быть уличенным в скрытой рекламе вероятного противника. Хотя и у бурбона имеется одна закавыка. Уж больно он дорожает в процессе преодоления океана вплавь. Если вы не на оптовом рынке, не скупщик краденого и хоть немного дорожите своей печенью, то есть не пьете технический спирт, подкрашенный акварелью, то никогда не возьмете эту литру дешевле пятидесяти американских денег. Для примера, литр вполне доказанной водки от знакомого производителя редко может стоить дороже 20–25 долларей в рублевом эквиваленте по курсу Центробанка.

Под правильную закуску и в теплой компании, уже после тоста за тех, кто в море, название, вкусовые качества и цвет напитка роли не играют. Сознаюсь, что под водку, принятую резво, без натянутых пауз и по 25 граммов, трахаться хочется гораздо настырнее, нежели под лонг-дринки со странноватыми для нас сорока граммами плюс кусок льда из водопроводной воды с хлором.

Вывод девятый. Хуже водки — лучше нет. (Черномырдин!)

…Уже два года не пью — даже как-то жаль… Но спорт дороже, а здоровье одно — его либо в одном направлении, либо на все не хватит!

Мы мило поболтали, но все же как двумя словами определить, что есть Мужчина в высоком смысле этого слова? Да то же самое, что и в низком! Кобель, пьяница и мерзавец, любящий свою семью, гордящийся своими успехами и преданный своей Родине, Человек с Честью и Совестью!

Иные есть, но те далече, а потому не рассматриваются, ввиду пресности и безвкусия — а зачем нам «мясо без перца»?

 

< назад | к содержанию | вперед >