НА ГЛАВНУЮ | БАЗОВЫЙ КУРС САМООБОРОНЫ | БИБЛИОТЕКА | ВИДЕО | STREET-WORKOUT | ЗДОРОВЬЕ

 

 

В.В.Кондратьев - Боевое ремесло

к содержанию

 

КЛАССИКА И ПРАКТИКА

Существуют понятия классической техники и боевой техники.

Классическая техника — это те неизменные академические фигуры выполнения движений, которые вошли в хрестоматию стиля. Они даются ученику на этапе ознакомления, запоминания и последующего усвоения действий предпочтительно на снарядах.

Боевая техника — это тот образ (манера) выполнения приема, который формируется в процессе силовой, снарядной и скоростной спарринговой отработки, то есть в процессе приобретения непосредственного боевого опыта в рамках индивидуальных конституции и характера.

Классическая техника затратна, амплитудна и потому наиболее функциональна для приобретения мышечной памяти и адаптации мышц, сухожилий и суставов к предстоящим нагрузкам.

Боевая техника экономична, с минимумом амплитудности и потому наиболее рациональна для скорости и силы боевого действия.

Как бы ни упорствовали адепты «боевых искусств», но классическая техника не может быть боевой.

А боевая техника не может быть классической в силу своей итоговой индивидуальности.

Примеры?

Извольте, кому какие ближе.

1. Классическое исполнение маваши-гери предполагает сохранение положение тела и возвращение ноги в исходное положение. Боевое — с проносом ноги. Характерной иллюстрацией является маваша от Кочергина, которая похожа на мае-гери, ибо идет по наикратчайшей траектории.

2. «Плевок» в боевом фехтовании. Даже с учетом, что удары в БФ максимально утилитарны, в турнирном исполнении «плевок» имеет минимальный уклон клинка к полу и часто не имеет того амплитудного скрута корпуса, как в учебнике. Достаточно спирального импульса из опорной ноги в руку-оружие.

3. Бокс — посмотрите, насколько «персонально» выглядят крюки, апперкоты и прочие действия мастеров по сравнению с теми классическими фигурами, которые показывают тренера мальчишкам. Причем бокс — это тоже максимально утилитарная система, обновляющаяся каждые 10—15 лет.

Мои наблюдения понятны мастерам любой реально боевой школы, ибо они совпадают с их практикой и опытом. Так, Константин Воюшин (СПАС) констатировал: «...КЛАССИКА, как она выглядит в понимании новичка, отнюдь не боевая составляющая реального боя...»

И если инструктор осознает это — хвала ему. Если нет — жаль, так как конечная цель становления бойца — его личная боевая система, т.е. персональная боевая формула: механика + психика + мышление + опыт = результат.

Любое повторение комбинаций инструктора — это только тренинг моторики, но совсем не постановка собственных боевых рефлексов так как у каждого свое действие, основанное на этой формуле. Замени любой пункт, и комбинация будет иной, потому, что одинаковых механики + психики не существует...»

Проблема, когда у вроде бы старательного бойца ну никак не идет бой, знакома многим. Вроде бы всю классику делает правильно, классно, лихо, красиво... а в спарринге ничего не выруливается.

Вот тут и начинается работа тренера.

Именно он должен понять, ПОЧЕМУ не выходит и в какую сторону необходимо УЙТИ ОТ КЛАССИЧЕСКОГО рисунка, чтобы вся приобретенная база заработала.

Речь о том, чтобы люди не упирались тупо в форму без содержания и не подпадали под оглоблю легенд и предрассудков.

Чтобы инструкторы объясняли ученикам и сами понимали, что это всего лишь база, а не предмет демонстрации «мастерства по воздуху».

Возможно, что пожизненное выполнение классики по воздуху (ката каратэ и формы ушу) и есть «боевое искусство» — «искусство изображения боя».

Однако эйфория от торчания годами на шлифовке догматично-красиво-ортодоксальной классики — путь эффектных Ван Даммов... но не эффективных бойцов.

Потому что, как сказал А. Н. Кочергин:

Базовая подготовка не может длиться десятилетиями в силу того, что фундамент не может быть выше крыши!..

Именно поэтому я сам всегда говорю новичкам на этапе освоения базы (классики):

— Мне не нужны ни ваша скорость, ни ваша сила, ни ваша меткость. Мне нужно, чтобы вы могли ТУПО по кальке НАРИСОВАТЬ требуемое действие.

И как только они научаются «тупо» и качественно «рисовать», я сразу же ставлю другую задачу.

— Мне не нужна ваша правильность и красивость! Забудьте все, что учили! И просто бейте максимально быстро, максимально сильно, максимально перемещаясь, или защищаясь...

Ученики оказываются в условиях необходимости рациональных действий.

Именно эта необходимость и формирует из усвоенной ими классики их индивидуальные боевые навыки.

Таким образом, классическая техника используется для создания скелета движения — той опоры, на которую будут наращиваться мышцы рациональной боевой техники. Персональной боевой техники.

Пример.

Я никогда не смогу выполнить геликоптер классически (если взять за классику того коротконогого негра или того тощего латиноса).

Я смогу лишь усвоить тип и каркас движения, его принцип, векторный и координационный. Но я буду крутить геликоптер по-своему — сообразно моей широкой кости и моим длинным конечностям. Только по-своему!

Так же как мою «волну» из классической базы пантомимы не сможет технично повторить ни тот коротконогий негр, ни тот тощий латинос. Это естественно, потому что мы разные. Кардинально разные! И для нас не может быть абсолютно одинаковых эффективных действий.

Увы, это аксиома.

Классическую академическую технику, придуманную и отшлифованную Тоямой Токанавой ростом 1 м 56 см, нельзя считать боевой техникой для Евлампия Елдырина длиной 2 м 10 см

Из Евлампия, даже за полвека неустанной пахоты, не сделать Тоямы! Не научить и не заставить.

Как не научить и не заставить гринписовца глушить рыбу. Гринписовец может лучше всех изучить взрывное дело, может даже ловчее всех собирать самые совершенные взрывные устройства. Но он никогда не сможет взорвать водоем так ловко, задорно и незаметно, как похмельный браконьер с ржавым огнетушителем и ведром карбида...

Потому что гринписовец другой!

Иногда ошибочно нарекают классикой персональные достижения отдельных мастеров. Аргументируя тем, что регалии и личные наработки этих мастеров будто бы заслуживают считаться именно классикой.

Увы, регалии и наречение чего-либо классикой — это несколько иная тема. Иначе нам придется говорить о целой армии «классиков» в карате, боксе, самбо и прочих единоборствах.

Допускаю, что меня после смерти тоже наивно могут назвать классиком современного БФ. Но это не будет значить абсолютно ничего.

Да, я систематизировал это явление, привел его к разумной методике и разработал то, что называется классической базовой техникой.

Да, сейчас 90% страдающих этим единоборством занимаются по моим книгам или видео...

Ну и что?

Значит ли это, что я использую в бою приемы в их догматичном классическом виде? Значит ли это, что лучшие из моих учеников бьются классическими приемами в неизменном ортодоксальном стиле?

Абсолютно нет. У них у каждого свои манера и особенности техники, несмотря на то, что они могут идеально выполнить классический рисунок любого базового действия.

Те же, кто по наивности пытается драться догматами и ортодоксиями отдельных строго заученных движений, всегда будут выглядеть весьма бледно. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на бои ортодоксальных кунфуистов, шаолиньцев и ушуистов... Где та восточная виртуозная техника, которую они шлифуют годами, являя миру гримасы самосозерцания, красивые позы и изящные движения рук? Они дерутся хуже, чем наши пьяные деревенские мужики на колдобинах раскисшей дороги.

Ярким исключением выделяются ушу-саньда и несколько школ, тотально переработанных менталитетом и талантом русских инструкторов. Подчеркиваю, русских мастеров, которые к чашке их концептуального риса и воды добавили бочку практического лука и мяса.

Именно поэтому я предусмотрительно отказался от привычной многолетней отработки локальной классики. И как только человеку становится знаком рисунок действия, он включается в динамичную работу. То есть «пришлифовка» и окончательная подгонка движения под индивидуальность проходит без «мертвого» врастания в классический образ отдельно взятого базового действия.

Благодаря этому мои ученики начинали толково драться уже через полгода (не чемпионствовать, а именно драться — толково и рационально), хотя и чемпионами некоторые становились уже через год-полтора.

Не секрет, что и у А. К. Белова в его «поточном методе» работает тот же принцип рациональности. В славяно-горицкой борьбе любой ученик с первых шагов попадает в общий поток обучения, когда включаются «механизмы выживания и адаптации». При этом ученик не перегружается чрезмерными вводными, а усваивает технику и тактику максимально быстро и функционально.

Кстати, и А. Н. Кочергин на своих семинарах использует тот же поточный момент «экстремального усвоения».

Очевидно, рациональность одинаково актуальна для всех видов боевого рукопашного ремесла — любого реального боевого навыка.

Спецназовца не учат годами виртуозно разбирать-чистить оружие, красиво прикладывать его к плечу и ювелирно мягко выжимать спуск. Как только он усваивает элементарные базовые навыки, его начинают тренировать исключительно на применение этих навыков в различных тактических ситуациях, когда именно практика и сдирает с базы весь внешний блеск классического академизма.

Мы плавно подходим к значению терминов «академическая техника» и «классика» в «боевых искусствах» (благо бокс и самбо еще остаются единоборствами, чистыми от налета «искусств»).

Итак суть классики — научиться делать функциональные (в перспективе) движения, несмотря на то что они кажутся неудобными, излишне амплитудными и энергозатратными, чтобы последующая рациональная боевая техника вылетала «как семечки».

Признаком же достаточного освоения базовой техники можно считать тот момент, когда она перестает казаться неудобной, амплитудной и энергозатратной.

То есть изучение классики — это та черновая, неудобная и трудная для новичка работа, которая максимально облегчает дальнейшее боевое рациональное функционирование.

И это есть хорошо!

И это есть необходимость!

И это есть обязательность!

Подобно изучению алфавита и арифметики, классика обязательна!

Но необходимо осознавать и помнить, что эта ортодоксальная классика не есть конечная самоцель!

Как у гусеницы не есть самоцель намотать кокон и сидеть в нем красивой классической личинкой. Конечная цель гусеницы — летать бабочкой! А кокон — это лишь естественная, необходимая и тягомотная переходная форма.

Классика — обязательный момент перехода из ползающего состояния в летающее.

К чему весь этот спич?

Благодаря классике человек получает стартовый потенциал, чтобы преодолеть плетущуюся и ковыляющую форму «рожденного ползать».

Вероятно, сей факт разочарует тех «клановых классиков», которые задерживаются на отполированной годами ступеньке кокона-личинки и достигают в этом невообразимых высот... гордо становясь очень искусной личиночно личинствующей личинкой.

Мне жаль адептов «искусств», которые ставят самоцелью «классику ради классики» и потом всю жизнь самозабвенно «начесывают» этот культ, так и не переходя к стадии полета — рациональной боевой технике.

Кстати, именно поэтому недалекие почитатели насупленного классического востока глумились над славяно-горицкой борьбой, не видя в ней подобного ортодоксального догмата. Им, привыкшим к своим заблуждениям, по сей день невдомек, что функциональность не может быть догматичной. Иначе она перестает быть функциональностью.

В чем же суть эффективного обучения? Ответ прост и очевиден: в своевременном переходе от классики к снарядам и спаррингам, ибо только на снарядах и в контактных спаррингах проверяется функциональность школы и становится ясно, что же это на самом деле — «боевое искусство» или боевое ремесло.

к слову

Столкнувшись с рядом тупиковых моментов, обусловленных догматичностью и ритуальностью восточных БИ, некоторые школы постепенно начинают пересматривать свои канонические подходы и решаются использовать концептуальные разработки, касающиеся методик приобретения практических и функциональных, а не декоративных навыков.

Так, ряд школ, уделяющих внимание технике длинномера (катана, вакидзачи и пр.), заказывали у нас тренировочные снаряды для полноконтактных спаррингов.

Я вижу в этом единственный путь к приобретению реальных боевых навыков.

Более того, с учетом широкого спектра школ, которые переходят к такой практике, появляется возможность проводить встречи по проверке навыков и определению эффективности техник того или иного направления.

 

< назад | к содержанию | вперед >