Плот хейердала: Грандиозное путешествие Тура Хейердала в океане на плоту. Никто не верил, а у него получилось. Давайте, вспомним, как это было | Природа Северо-Запада

Содержание

Тики — история отважного исследователя и его товарищей

Кон-Тики – это плот, на котором ученый Тур Хейердал с командой из 5 человек проплыл из Перу в Полинезию. 101-дневное путешествие состоялось в далеком 1947 году. Но до сих пор экспедиция считается необыкновенной и обрастает легендами.

 

Как возникла идея экспедиции?

Целью путешествия на «Кон-Тики» было доказать, что индейцы Южной Америки могли пересечь Тихий океан и заселить полинезийские острова. Тур Хейердал считал, что инки совершали длительные заплывы на плотах из дерева. По примерному «маршруту миграции» индейцев и поплыл «Кон-Тики».

Тур Хейердал

Однако сама теория зародилась гораздо раньше. Тур Хейердал –норвежский археолог и этнограф, проводивший массу исследований по всему миру. Так, за 10 лет до экспедиции ученый вместе с женой оказался на Маркизском архипелаге.

Один из старцев поведал семье о Кон-Тики – боге местных племен. В истории говорилось, что божество помогло предкам полинезийцев покинуть большую страну, преодолеть океан и заселить здешние острова.

Бог Кон-Тики

Легенда поразила Тура Хейердала. Ученый продолжил исследование и нашел подтверждение мифа. В джунглях Полинезии этнограф обнаружил гигантские статуи Кон-Тики. Изваяния были идентичны памятникам инков в Южной Америке.

Идея путешествия по стопам бога Кон-Тики зародилась в 1946, за год до отплытия. Хейердал начал изучать старинные манускрипты, рисунки и архивы. Работа увенчалась успехом: исследователь обнаружил подробное изображение плотов южноамериканских индейцев.

 

Поиск единомышленников

Тур Хейердал беседовал с сотней ученых, путешественников и моряков. Однако большинство из них считало идею о заплыве на плоту сумасшедшей. Исследователь не терял надежды, и вскоре у него появились единомышленники. Новые знакомые начали активно искать спонсоров проекта. В итоге о норвежском ученом и его плане написали газеты.

Тур Хейердал проводил одни переговоры за другими. В число спонсоров проекта вошло и военное министерство США. Чиновники обеспечили экспедицию сухими пайками и необходимым снаряжением: спальными мешками, спецобувью и др. Позже Тур Хейердал встретился с президентом Перу и получил разрешение на строительство в местном порту.

 

Строительство и конструкция плота

Власти Перу выделили Хейердалу и его команде портовый док и несколько рабочих. При строительстве плота были использованы задокументированные технологии инков:

Плот Кон-Тики

  1. «Кон-Тики» строили из бальсы, очищенной от коры. Бальзовое дерево считается самым легким и прочным в мире. Подходящие экземпляры доставили в порт из Эквадора.
  2. Материал использовался сырым. Влага внутри дерева выступала в качестве пропитки и не позволяла морской воде впитываться глубже. В результате плот долго продержался на плаву.
  3. «Кон-Тики» соорудили без использования гвоздей. Основу плота составили 9 бальсовых бревен длиной 10–14 метров. Сверху на них уложили деревья меньшего диаметра, образовав палубу. Бальзовые бревна и другие составные части перевязали канатами, уложенными в прорезанные пазы. Это препятствовало перетиранию веревок бревнами.
  4. Над основанием установили мачту и рулевое весло с широкой лопастью. Оба элемента были изготовлены из мангрового дерева, которое не тонет.
  5. «Кон-Тики» имел острый нос, благодаря использованию бревен различной длины. Такой подход позволил увеличить скорость движения.
  6. Судно было оснащено парусом площадью 27 м2 и 2 рядами досок, торчащих из дна плота и выполнявших роль выдвижных килей. Механизм препятствовал боковому сносу «Кон-Тики» и облегчал управление им.
  7. Для удобства палубу устлали циновками из молодого бамбука. А посередине разместили небольшую бамбуковую хижину с крышей из банановых листьев.

Плот Кон-Тики

Завершив строительство, команда увидела точную копию древних южноамериканских плотов. Судну решили дать имя бога полинезийцев и инков, вдохновившего Тура Хейердала на плавание. В связи с этим на парус нанесли изображение бога Кон-Тики.

 

Оценка плота критиками

Посмотреть на готовый плот прибывала делегация за делегацией. Критики в один голос заявляли, что «Кон-Тики» не достигнет цели и развалится от первой же крупной волны. Зеваки даже заключали пари, как скоро плот пойдет ко дну. Экспедицию называли «авантюрой» и «массовым самоубийством». Но Тур Хейердал не отменил плавание.

 

Экипаж «Кон-Тики»

Руководителем экспедиции стал сам Тур Хейердал. В его команду вошло еще 5 человек:

Экипаж Кон-Тики

  1. Эрик Хессельберг – штурман и художник, совершивший несколько кругосветных плаваний;
  2. Кнут Хаугланд – радист, участник Второй мировой войны;
  3. Турстейн Робю – второй радист, совершивший военный подвиг: несколько месяцев он передавал в Англию доносы с немецкого линкора «Тирпиц»;
  4. Герман Ватцингер – инженер и техник, знавший основы метеорологии и гидрологии;
  5. Бенгт Даниэльссон – кок и единственный из членов команды, говоривший по-испански.

Тур Хейердал сознательно не брал в команду профессиональных моряков. Ученый не хотел, чтобы успех экспедиции объяснили опытностью экипажа. Это дало бы повод усомниться в способности перуанских индейцев повторить подобное плавание.

Седьмым неофициальным членом команды и одновременно ее талисманом стал южноафриканский зеленый попугай Лолита. Пернатый товарищ не переставая болтал по-испански. К несчастью, на пол пути птицу смыло за борт во время шторма.

 

Как проходила экспедиция?

«Кон-Тики» отплыл 28 апреля 1947 года из порта Кальяо в Перу. Катер «Гуардиан Рио» отбуксировал плот на 50 миль, прямо до течения Гумбольдта. Далее команда взяла управление в свои руки. Каждый день «Кон-Тики» преодолевал путь в 80 км. В один из погожих дней плот прошел рекордное расстояние в 130 км.

Кон-Тики в пути

Для экспедиции было выбрано наиболее благоприятное время года с Южным экваториальным течением и пассатами. Поэтому за время путешествия «Кон-Тики» пережил лишь 2 шторма, один из которых длился 5 дней. В итоге на полпути разошлись бревна, потерялось кормовое весло, а парус и палуба получили сильные повреждения. Когда буря закончилась, экипаж сумел устранить поломки.

31 июля, на 93-й день путешествия, команда заметила остров Пука-Пука. Однако пристать к нему не удалось, поскольку плот моментально унесло течением. На 97-й день плавания «Кон-Тики» подошел к острову Ангатау.

Весь день экипаж искал проход в опасных рифах. К вечеру с другой стороны острова показалась деревня. Однако даже с помощью местных островитян команда не смогла направить «Кон-Тики» против ветра в безопасный проход.

На 100-й день плавания плот подошел к атоллу Рароиа в Полинезии. Однако территория также была полностью окружена рифами. Экипаж решил пробиться на сушу во время прилива. Несколько часов плот било мощнейшими волнами. После этого наступил прилив: «Кон-Тики» смог попасть на берег и команда высадилась.

7 августа 1947 года, на 101-й день плавания, экспедиция на «Кон-Тики» была завершена. Экипаж перетащил все необходимые вещи на остров и провел там неделю, пока к ним не приплыли местные островитяне. А еще некоторое время спустя команду забрал норвежский корабль, отправленный властями для спасения экспедиции.

 

Встречи с акулами

Единственная сложность во время заплыва состояла в регулярной проверке узлов. Для этого членам экипажа приходилось спускаться под воду, где проплывали стаи акул. Хищники окружали «Кон-Тики» из-за запаха крови от пойманной для пропитания рыбы.

С акулой

Чтобы спуск под воду был менее опасным, команда соорудила специальную корзину. Заметив акулу, проверяющий прятался в конструкцию и подавал знак, чтобы его вытащили на поверхность.

Однажды плот начала преследовать гигантская китовая акула. В итоге один из участников экспедиции не выдержал и воткнул в нее копье, заставив скрыться. Акулы нередко окружали «Кон-Тики» и даже пытались укусить ученых. К счастью, все обошлось.

Особенной стала встреча с акулой-другом. Животное пристало к плоту почти на неделю. Тур Хейердал лично прикармливал хищника, бросая пищу прямо в пасть. Однако один из членов команды попытался поймать акулу за хвост, и «приятельница» уплыла.

 

Провизия и питьевая вода

Индейцы в пути обходились сушеным бататом и вяленым мясом. Но Хейердал решил не рисковать. На плот был взят 3-месячный запас еды и питья: армейские сухие пайки, фрукты и 1100 литров воды в небольших бидонах.

плот кон-тики

Для защиты от морской воды провизия хранилась в картонных коробках, покрытых асфальтом (битумом). Тару размещали на основных бревнах под палубой: дерево блокировало доступ солнечных лучей и обеспечивало прохладу.

Продукты готовили на примусе, который хранился в ящике из мангрового дерева. Однажды прибор стал причиной пожара на борту. Однако экипаж во время среагировал: беды удалось избежать.

Большая часть экипажа питалась морепродуктами. На борт нередко попадала летучая рыба, а в специальной сетке скапливался планктон. Кроме того, рыбная ловля позволяла за 20 минут поймать целый обед. Чаще всего на удочку попадалась рыба-дельфин, бонито, тунец и скумбрия. Чуть позже исследователи научились хватать за хвост и затаскивать на плот небольших акул.

В качестве эксперимента, двое членов команды питались исключительно армейскими пайками. На тот момент такой рацион считался инновацией и не был опробован. Консервами питался и остальной экипаж, особенно во время шторма, когда рыбалка была мало возможна.

экипаж в хижине

На «Кон-Тики» было достаточно питьевой воды. Но уже через несколько недель пути она стала неприятной на вкус. Поэтому участники экспедиции регулярно пополняли запасы, собирая дождевую воду. Также была предпринята попытка, подобно индейцам, пить лимфатическую жидкость из гланд рыб. Кроме того, команда выяснила, что зерна овса устраняют неприятный привкус морской воды и делают ее пригодной для питья.

приготовление еды

Для нормализации водно-солевого обмена в организме экипаж периодически добавлял морскую воду в питьевую. Так, удавалось восполнить недостаток соли, потерянной с потом.

 

Быт

В первый же день команда распределила обязанности и расписала вахты. Важные вопросы участники экспедиции решали на собраниях. Подход обеспечил дружественную атмосферу в коллективе малознакомых людей. Кроме того, к плоту привязали резиновую лодку.

В ней можно было побыть, если хотелось уединения. С лодки также вели видеосъемку плота для будущего документального фильма.

Тур Хейердал ежедневно записывал в дневник свои наблюдения, брал пробы рыб и планктона, снимал фильм. Радисты следили за сохранностью портативной и стационарной радиостанции в условиях сырости, отправляли в эфир рапорты и метеосведения. Кок готовил и читал: в каюте хранилась его личная библиотека. Техник устранял поломки, занимался метео- и гидроизмерениями.

Художник латал парус, а также делал смешные зарисовки товарищей или морских обитателей.

 

Научные достижения: что доказал Тур Хейердал?

Благодаря путешествию на «Кон-Тики» Тур Хейердал смог:

  1. Доказать теорию миграции индейцев в Полинезию. Заплыв показал, что выходцы из Южной Америки вполне могли пересечь Тихий океан на плотах и заселить острова архипелага.
  2. Раскрыть тайну появления кокосовых пальм в Полинезии. Во время плавания Тур Хейердал установил, что из-заморской воды кокосы теряют способность к всходам. Значит, плоды не могли быть занесены на острова течением. Кокосовые орехи были привезены на плотах индейцами из Латинской Америки.
  3. Найти живую змеиную макрель. Ранее обнаруживали лишь трупы рыбы на берегу. В ходе путешествия выяснилось, что змеиная макрель поднимается к поверхности за добычей только в ночное время. Кроме того, экипаж подметил, что рыба прекрасно привлекается светом.
    Рыба "Змеиная макрель"Рыба «Змеиная макрель»

 

Фильм и книга

Тур Хейердал написал книгу «Путешествие на “Кон-Тики”». Произведение стало бестселлером и было переведено на 67 языков. Всего издали 50 млн экземпляров.

 

Прямо во время плавания Тур Хейердал снял документальный фильм о заплыве на «Кон-Тики». Творение ученого было награждено премией «Оскар». А в 2012 году в Норвегии сняли полнометражный исторический фильм о событиях 1947 года.

 

Послесловие

Путешествие на «Кон-Тики» стало мировой сенсацией. Команда из 6 человек преодолела 6980 км на плоте из дерева, доказав, что человеку подвластна стихия. Сам же «Кон-Тики» хранится в одном из музеев Осло – на родине Тура Хейердала. Ученые утверждают, что плот по-прежнему способен выдержать длительный заплыв.

Дорогие Друзья, делитесь этой историей с друзьями в социальных сетях — кнопки ниже. Мы уверены, что многие о ней не знают, но узнав, будут удивлены таким событием в истории, которое вызывает восхищение.

Подписывайтесь на обновление сайта. Впереди вас ждет еще много интересного :)

Тур Хейердал. Путешествие на Кон-Тики

Об этом путешествии уже сложены легенды и даже снят полнометражный художественный фильм. Путешествие на Кон-Тики стало самым знаменитым путешествием Тура Хейердала. И о нём будут помнить ещё многие и многие годы, продолжать восхищаться мужеством и бесстрашием этих романтиков, во главе которых был Тур Хейердал.

Путешествие на плоту Кон-Тики вдохновило многих людей на смелые поступки и стало визитной карточкой Тура Хейердала. Именно этот переход по Тихому Океану принёс ему мировую известность, а уж потом и все остальные его не без того замечательные приключения.

Кон-Тики — это плот, сделанный из 9 бальзовых тропических деревьев. Длина их от 10 до 14 метров. Деревья эти были срублены в джунглях Эквадора и привезены на его побережье. Кон-Тики имел острый нос, который улучшал его качества и увеличивал скорость.

Строительство плота

Первоначально Тур Хейердал и его команда планировали найти и срубить бальзовые деревья на побережье Эквадора, как это делали инки, но они ничего не нашли. Пришлось лететь вглубь страны и там срубать эти деревья. Они срубили 9 самых больших деревьев, которые только могли найти и сняли с них кору так, как это делают индейцы. Брёвна они сплавили аж до самой Лимы, столицы Перу, откуда они и начали свой поход.

Прямо там они приступили к строительству своего плота. Власти Перу выделили им док в порту и рабочих этого дока, которые и проделали основную работу. Большие бальзовые брёвна были основой плота, сверху они положили ещё 9 бальзовых брёвен, но меньшего диаметра. Эти брёвна стали основой палубы, которую они застелили бамбуковыми циновками. Также из бамбука была построена небольшая хижина в центре палубы. Крыша хижины выполнена из банановых листьев.

Судно было собрано без единого гвоздя и все части его были связаны верёвками. Точно так же сооружали свои плоты древние жители этих мест — инки. Мачта и руль судна были сделаны из мангрового дерева, которое тонет в воде.

Власти не верили, что плот сможет дойти до островов Полинезии, и даже заключали пари между собой. Но люди, собравшиеся перед отплытием, старались взять у команды автографы, в надежде, что плот всё-таки сможет дойти до намеченной цели.

Плот получил название Кон-Тики, в честь бога солнца древних инков. В те времена люди поклонялись этому богу и вырезали его голову в разных статуях. Изображение одной из этих статуй появилось на парусе этого судна. Легенда гласит, что замученный народ в конце концов прогнал Кон-Тики на запад, и он уплыл со своими людьми за Тихий Океан. Среди полинезийцев же ходили легенды о великом Тики, который приплыл со своими людьми с востока. По стопам этого древнего бога и решил поплыть Тур Хейердал со своей командой.

28 апреля 1947 года плот Кон-Тики отплыл от перуанского порта Кальяо. Для того, чтобы это судно не мешало портовому движению, военно-морской буксир вытянул плот на 50 миль, вплоть до течения Гумбольдта. Дальше команда Тура Хейердала проследовала уже самостоятельно.

 

Экипаж Кон-Тики

Тур Хейердал (1914—2002) — руководитель экспедиции (на фото 3-й)

Эрик Хессельберг (1914—1972) — штурман и художник. Он нарисовал изображение бога Кон-Тики на парусе судна (на фото 4-й)

Бенгт Даниельссон (1921—1997) — исполнял обязанности кока. Он интересовался теорией миграции. Также помогал как переводчик, так как единственный из экипажа говорил по-испански (на фото 2-й)

Кнут Хаугланд (1917—2009) — радист (на фото1-й)

Турстейн Робю (1918—1964) — второй радист (на фото 5-й)

Герман Ватцингер (1916—1986) — инженер технических измерений. Во время экспедиции вёл метеорологические и гидрологические наблюдения (на фото 6-й)

Седьмым участником экспедиции был южно-американский попугай Лолита.

В пути

На борт судна постоянна попадала летающая рыба и другие морепродукты. Недостатка в морепродуктах у них не было — за бортом открытый океан. Часто попадалась рыба-дельфин. Также собирали планктон, тянув за собой мелкую сетку.

Они готовили еду на примусе, который взяли с собой и поместили в деревянный ящик. Один раз кок задремал и загорелась бамбуковая стена хижины, но её смогли легко потушить. Еда, как и различное оборудование, хранилась под палубой, между бамбуковыми циновками и бальсовым основанием. Всё необходимое было упаковано в картонные коробки, залитые асфальтом (битумом), чтобы в них не попадала влага.

Часть эксперимента заключалась в том, что двое членов экипажа не ели рыбу и другие морепродукты — для них была специальная диета, которую нужно было испробовать. Они питались американскими пайками, разработанными для военных, но ещё не были испробованы.

Если им хотелось свежей рыбы, то для этого нужно было просто закинуть крючок за 20 минут до еды — и рыба гарантированно будет к обеду!

Также они пробовали пить лимфатическую жидкость, полученную из гланд рыбы. Этим самым они хотели посмотреть возможность добычи питьевой воды в открытом море. Участники экипажа Кон-Тики взяли с собой чуть меньше тонны пресной воды, которую время от времени пополняли идущими тропическими дождями. Для поддержания солевого баланса иногда они смешивали пресную воду с морской.

Команде пришлось наблюдать и более больших представителей ихтиофауны Тихого Океана. Они видели китов и ловили акул, а один раз к ним подошла близко крупнейшая из акул — китовая акула. Они так долго наблюдали за ней, что у одного участника сдали нервы и он воткнул копьё в неё, после чего акула исчезла. Бывало, им приходилось держать на палубе до 9 акул.

Бывали и случаи, когда акулы чуть было не укусили участников экипажа, но, к счастью, всё обошлось без каки-либо травм.

Они взяли с собой резиновую лодку, с которой снимали некоторые виды плота, а также, если вдруг кому-то хотелось побыть вне команды, одному, то он мог сесть в эту лодку и плыть в ней, привязанный к плоту.

До того, как они достигли половины пути, они пережили два больших бури, одна из которых длилась 5 дней. Во время бури у них не было времени даже на съемку. В шторм был сломан парус, рулевое весло, а брёвна разошлись. Была разрушена палуба, но им удалось её починить. Также они потеряли своего попугая.

Кон-Тики шёл со средней скоростью 80 км в день, рекордом их скорости был один день, за который они проделали 130 км. Участникам экипажа постоянно приходилось проверять узлы под водой, это удовольствие было не из приятных, поскольку была вероятность нападения акул. Хотя акулы и не нападали на плот до того, как в воду не падала хотя бы капля крови.

Однажды Ватцингер упал в воду, вследствие чего не мог догнать плот, несмотря на то, что он плыл очень быстро. Вслед за ним прыгнул Хаугланд — доплыл до него. Для безопасного погружения под воду они построили корзину ныряльщика, с помощью которой можно было спрятаться от акул. Когда акулы подойдут близко, ныряльщику надо было спрятаться в эту корзину, после чего команда вытянет его на борт.

Наконец они увидели знак о приближении земли — рядом с ними пролетал фрегат. Они подходили к коралловому архипелагу Туамоту. Это были острова Французской Полинезии. Нужно было смотреть в оба, так как велика была вероятность наткнуться на коралловые рифы. Острова такие низкие, что издали их можно разглядеть, только когда прибой бил о рифы.

 

На 93-ий день наблюдатель с мачты обнаружил землю — это был один из островов южных морей, на котором росли кокосовые пальмы. Они прошли мимо него. Затем, через 4 дня они увидели лодку местных жителей, они подплыли к ним и стали помогать команде Кон-Тики грести. После команда пошла ещё дальше и на 101 день они увидели землю в 3-ий раз.

Маршрут Кон-Тики

Кое-как, борясь с волнами и океаном, они доплыли до кораллового атолла Рароиа и вылезли на берег. Брёвна плота выдержали. Они доказали, что на самодельном плоту из бальзовых брёвен вполне можно переплыть из Южной Америки к островам Полинезии. Они прибыли на остров 7 августа 1947 года. Они проделали путь длиной в 6980 км.

Они перетащили свои вещи на этот необитаемый остров и прожили там неделю, пока не увидели подплывающую лодку с местными.

Плот Кон-Тики хранится сейчас в одноимённом музее в Осло. Тур Хейердал и его команда доказали теоретическую возможность пересечения Тихого океана южноамериканскими индейцами. Также они доказали, что кокосовые орехи не могли переплыть океан сами и потом взойти: из-за морской воды орехи становятся непригодными к всходам, а стало быть, на острова их завезли люди.

На островах Полинезии они посадили семена различных растений, в знак того, что индейцы, приплывшие сюда многие годы назад, садили различные растения.

Бальзовые брёвна выдержали весь маршрут и после этого ещё хорошо держались в воде благодаря тому, что были сырыми, жидкость внутри деревьев играла роль пропитки и не давала морской воде впитаться глубже. Точно так же строили свои плоты древние инки.

Автор: Олег Приходько





На маленьком плоту «Кон-Тики». Путешествие как первое мировое реалити-шоу | Люди | Общество

Путешествие норвежца Тура Хейердала на плоту через Тихий океан сейчас считается значимым событием в исследовании планеты и истории человечества. Однако в своё время путешествие не только принесло множество открытий и заставило официальную науку пересмотреть свой взгляд на целый ряд вещей, оно, по сути, стало первым реалити-шоу, за которым 101 день следил весь мир. А после входа книг, документальных и художественных фильмов об этой экспедиции её по праву можно считать настоящим культурным явлением.

Тур Хейердал, около 1980 г. Тур Хейердал, около 1980 г. Фото: Commons.wikimedia.org

«Опомнитесь, вы все утонете!»

Все началось с того, что Тур Хейердал выдвинул смелую гипотезу. По его мнению, острова Полинезии были заселены выходцами из Америки, а не из Азии, как считала тогда наука. Научное сообщество подняло норвежского коллегу на смех. Его трактаты и доказательства никто всерьёз не воспринимал. А особо ярые скептики решили взять Хейердала на слабо. Мол, если вы такой умный, постройте плот и попробуйте повторить маршрут, который якобы легко проходили те же древние инки. Вот тут-то мировое шоу и стартовало. Когда стало ясно, что учёный вызов принял и полным ходом готовится к авантюрному путешествию, эти же самые скептики вместе с остальным научным миром и журналистами пытались отговорить его от этой затеи. «Это же будет самоубийство! Опомнитесь, вы все утонете!» — твердили они учёному. Но тот уже «закусил удила».

Лолиту смыло за борт

Подготовка к экспедиции осложнялась тем, что Хейердалу поначалу никак не удавалось найти спонсоров и набрать команду из 5 человек. Помог «вирусный маркетинг». О затее учёного стали писать в газетах — и спонсоры были найдены. Вместе с отчаянным учёным в экспедицию отправились ещё 5 человек: штурман и художник Эрик Хессельберг, кок Бенгт Даниэльссон, два радиста (Кнут Хаугланд и Турстейн Робю), а также техник, инженер и метеоролог Герман Ватцингер. Седьмым участником экспедиции стал южноафриканский попугай по кличке Лолита. Лолиту, правда, смыло во время одного из штормов. Как только плот из бальсовых брёвен был построен (к слову, аутентично, без единого гвоздя), путешественники отправились в путь.

Экипаж «Кон-Тики». Слева направо: Кнут Хаугланд, Бенгт Даниельссон, Тур Хейрдал, Эрик Хессельберг, Турстейн Робю и Герман Ватцингер. Экипаж «Кон-Тики». Слева направо: Кнут Хаугланд, Бенгт Даниельссон, Тур Хейрдал, Эрик Хессельберг, Турстейн Робю и Герман Ватцингер. Фото: Commons.wikimedia.org Командир экипажа папирусной лодки «РА-2» Тур Хейердал. 1970 год.

Шоу начинается!

Помимо научных наблюдений и экспериментов, команда вела трансляцию своей авантюры практически в прямом эфире. Радисты почти каждый день передавали на берег сводки метеонаблюдений, океанских течений и так далее. Кроме того, один из радистов вёл подробнейший дневник путешествия. Записывалась каждая мелочь. Однажды, устав от писанины, первый радист воскликнул с отчаянием: «Готов поклясться, что вся эта переписка весит десять килограммов!» Второй радист лишь спокойно поправил его: «Двенадцать. Я взвесил». А чтобы уж совсем ничего не упустить и выжать из своего путешествия максимум, члены команды фиксировали всё на кинокамеру. Книга на основе записей и фильм на основе документальных съёмок должны были стать кульминацией этого шоу. Пока же весь мир довольствовался радиограммами с «Кон-Тики». «Они уже утонули?» — спрашивали с горящими глазами одни. «Ещё нет!» — радостно отвечали другие. Люди в самых разных странах делали ставки, заключали пари, с нетерпением ожидая развязки.

Не ждали?! А мы приплыли!

7 августа 1947 года, преодолев несколько тысяч километров, плот подошел к атоллу Рароиа, входящему в архипелаг Туамоту. Но путешественников там никто не ждал. Совсем никто: остров оказался необитаемым. Неделю команда топталась на этом клочке суши, пока к нему случайно не подплыла лодка с местными жителями.

Когда путешественники выбрались на большую землю к цивилизации, это стало мировой сенсацией. И началом триумфа. Книга Хейердала «Экспедиция „Кон-Тики“» была переведена на 70 языков и разошлась тиражом более 50 миллионов экземпляров. Смонтированный путешественником документальный фильм «Кон-Тики» в 1952 году был удостоен премии «Оскар».

Впоследствии появился и художественный фильм о легендарном путешествии, также удостоенный множества номинаций и наград. А Тур Хейердал приобрёл не только признание научного мира. Он стал настоящей мировой звездой. Он совершил ещё множество путешествий, написал 20 книг. Конечно же, в числе своих поклонников он приобрёл массу последователей. Увы, не всем удалось столь же благополучно завершить свои экспедиции, как Хейердалу. Некоторые повторили судьбу попугая Лолиты.

Могила Тура Хейердала в Колла-Микери. Могила Тура Хейердала в Колла-Микери. Фото: Commons.wikimedia.org/ Nick Michael

через Тихий океан на «Кон-Тики»

Начало «авантюры»

В 1937 году Тур Хейердал с женой отплыли из Марселя на Таити. Чтобы добраться до острова, им пришлось пересечь Атлантический океан, Панамский канал и Тихий океан. Проведя месяц в доме таитянского вождя, они переехали на одинокий остров Фату-Хива, где провели год в отрыве от цивилизации. Хотя цель экспедиции состояла в изучении местной фауны, Хейердала гораздо больше заинтересовал вопрос о путях заселения Полинезии.

Тур Хейердал с женой Лив. (flickr.com)


Во время вынужденной поездки на остров Хиваоа за медицинской помощью Хейердал свел знакомство с норвежцем Хенри Ли, жившим на острове с 1906 года. Тот показал молодому исследователю каменные статуи в джунглях, о происхождении которых никто ничего не знал. Но Ли упомянул, что подобные статуи известны также по находкам в Колумбии — стране, находившейся почти в 6 тыс. км к востоку от Маркизских островов. Также именно от Ли Хейердал узнал о Тике — боге местных племен. По легенде, раньше в Перу был народ белых богов, прибывших с севера. Однако после поражения в битве с инками на озере Титикака они бесследно исчезли.

Позднее Хейердалу удалось обнаружить на острове огромные изваяния бога Тики, которые напоминали статуи в Южной Америке.

Остров Фату-Хива. (britannica.com)


Исследование флоры и фауны островов, а также океанских течений привело норвежца к мысли, что господствующие ветры, которые идут с севера, через Гаити, способствовали появлению на островах первых поселенцев. Эта точка зрения полностью расходилась с утвердившимся тогда мнением, согласно которому предки полинезийцев пришли на острова с берегов юго-восточной Азии. Также до окончательного оформления теории норвежского путешественника считалось, что кокосы, которые произрастали на архипелаге, были занесены морской водой из Южной Америки.

Хейердал провел немало времени в архивах и музеях, изучая старинные манускрипты и рисунки, на которых изображались плоты древних индейцев Южной Америки. Исследователь попытался даже заинтересовать и убедить в правильности своей теории ученого из Нью-Йорка, предоставив доказательства, однако тот лишь улыбнулся и сказал ему: «Ну что ж, попробуйте пройти из Перу до тихоокеанских островов на бальсовом плоту».

Так, возникла идея путешествия на плоту от латиноамериканского побережья к островам Полинезии.

По заветам древних индейцев

Плот для путешествия был построен из бальcы — легчайшего дерева в мире. Судно, аналогичное тем, что раньше делали индейцы, соорудили без единого гвоздя. Оно состояло из 9 брёвен длиной от 10 до 14 метров, сложенных так, что у плота был острый нос.

Модель судна, на котором совершалось плавание. (flickr.com)


Бревна были перевязаны канатами, над ними возвышалась мачта с большим (27 кв. м) прямоугольным парусом. Плот был оснащён кормовым веслом и двумя параллельными рядами швертов (досок, торчащих из дна плота вниз и исполняющих роль киля и руля). Палуба была устлана бамбуком. Посреди плота стояла небольшая, но довольно крепкая хижина с крышей из банановых листьев. Своему плоту путешественники дали имя «Кон-Тики» — по имени легендарного полинезийского героя.

Судно Тура Хейердала и его команды. Вид с океана. (nrk.no)


28 апреля 1947 года из небольшого порта Кальяо на побережье Перу в Тихий океан отправился необыкновенный кортеж. Буксир ВМС Перу «Гуардиан Рио» тащил плот Хейердала. Примерно в 50 милях от берега, достигнув течения Гумбольдта, экипаж буксира попрощался с путешественниками, и для них начался длинный и опасный путь к Полинезии.

«Кон-Тики» в открытом море

На борту судна было всего шесть человек: Хейердал, радисты Кнут Хаугланд и Турстейн Робю, кок Бенгт Даниэльссон (единственный из экипажа говорил по-испански), техник, инженер и метеоролог Герман Ватцингер, штурман и художник Эрик Хессельберг. Седьмым членом экипажа был южноафриканский попугай Лолита, который стал талисманом команды, однако во время бури упорхнул с судна.

Уже первые дни плавания показали, что плот устойчив и благодаря океанскому течению и ветрам медленно, но верно движется в нужном направлении. На судне был наведен относительный порядок, все имущество, приборы и съестные припасы надежно закрепили. Сразу же распределили обязанности и расписали вахты.

Тур Хейердал спускается с лестницы на судне. (kon-tiki.no)


«Бенгта скорее всего можно было найти в дверях каюты, где он лежал на животе, углубившись в один из семидесяти трех томов своей библиотеки. А вообще мы назначили его стюардом, это он отмерял нам дневной паек. Герман в любое время суток мог оказаться где угодно — то с метеорологическими приборами на мачте, то с подводными очками под плотом, где он проверял шверт, то за кормой, в надувной лодке, где он занимался воздушными шарами и какими-то непонятными приборами. Он был у нас начальником технической части и отвечал за метеорологические и гидрографические наблюдения. Кнют и Торстейн без конца возились со своими отсыревшими сухими батареями, паяльниками и схемами. Каждую ночь они поочередно дежурили и посылали в эфир наши рапорты и метеосводки. Эрик чаще всего латал парус, или сращивал канаты, или вырезал деревянные скульптуры, или рисовал бородатых людей и удивительных рыб. Точно в полдень он вооружался секстантом и взбирался на ящик, чтобы поглядеть на солнце и высчитать, сколько мы прошли за сутки. Сам я прилежно заполнял судовой журнал, составлял рапорты, собирал пробы планктона и рыб, снимал кинофильм», — пишет Хейердал в своей книге о повседневной жизни на плоту и обязанностях каждого члена экипажа.

Команда продумывает план действий. (flickr.com)


На плоту все по два часа несли вахту, причем, ночью дежурный обязательно привязывался канатом. Вопросы, связанные с текущей деятельностью, решали на общих собраниях.

Готовили по очереди, а основной пищей служила свежая рыба. Два члена экипажа решили поучаствовать в эксперименте: отказались от рыбы и стали употреблять сухие пайки, которые были сделаны для американских военнослужащих и еще не были опробованы ранее. Перед выходом в плавание коробки с пайками залили тонким слоем асфальта, чтобы предотвратить попадание в них морской воды. Их запаса должно было хватить на четыре месяца. Питьевую воду обычно смешивали с морской, а запасы пресной воды пополнялись во время тропических дождей. Кроме того, на плоту были запасы фруктов и кокосов, а также очень много рыболовных снастей.

Одним из самых популярных занятий во время плавания была рыбная ловля. Иногда рыба сама запрыгивала на плот. Каждое утро Хейердал и его спутники находили на палубе десятки летучих рыб, которые тут же отправлялись на сковородку (на плоту был небольшой примус, который находился в деревянном ящике). Океан кишел тунцами, скумбриями и рыбами-бонито. Однако встречались и опасные представители морской фауны: членам экипажа приходилось даже использовать копье, чтобы уберечь судно от стаи китовых акул.

Тур Хейердал с уловом. (flickr.com)


Путешественники могли рассчитывать только на собственные силы — маршрут проходил в стороне от морских путей. Единственная значительная опасность произошла в середине пути: плот пережил две больших бури, одна из которых не прекращалась в течение пяти дней. Во время шторма экипаж потерял рулевое весло, а парус и палуба получили серьезные повреждения. Когда ветер утих, команде удалось восстановить поломку, покрепче связать бревна, которые сильно разошлись, и благополучно продолжить путь.

Земля!

Первый раз экипаж увидел землю 30 июля, это был остров Пука-Пука. 7 августа 1947 года плот подошел к атоллу Рароиа, входящему в островной архипелаг Туамоту. Чтобы добраться до земли, команде нужно было преодолеть коралловый риф. Путешественники решили «оседлать» его во время прилива. Они пережили несколько ужасных часов под ударами мощных волн, после чего сумели-таки перебраться через риф и вброд добраться до песчаного берега.

Маршрут экспедиции «Кон-Тики». (flickr.com)


В океане команда Хейердала провела 101 день, преодолев 8 тыс. км и доказав, что на бальсовых плотах подобные плавания могли совершаться и в древности. Это делало вполне вероятной и относительно безопасной миграцию людей из Латинской Америки на острова Полинезии.

Хейердал написал по итогам плавания книгу «Путешествие на Кон-Тики», которая стала мировым бестселлером. Также путешествие снималось на кинопленку и было потом представлено в формате документального фильма. В 1952 году лента была удостоена «Оскара».

Возвращение домой

Из порта Папеэте на Таити, где путешественники дожидались оказии для возвращения на родину, их вместе с плотом забрало норвежское судно. Теперь легендарный плот находится в Осло, где создан музей Кон-Тики. В нем выставлены также и другие предметы из всемирно известных экспедиций Тура Хейердала, в том числе папирусная лодка «Ра-II».

Музей «Кон-Тики». (flickr.com)


Позднее Хейердал совершал похожие переходы на лодках «Ра», «Ра-II» и «Тигрис». Также он проводил археологические раскопки на Галапагосских островах, на острове Пасхи и в Тукуме.

«Кон -Тики». На деревянном плоту через океан.

65 лет назад – 28 апреля 1947 года – норвежский ученый Тур Хейердал вместе с пятью товарищами отплыл из Перу на деревянном плоту. У экспедиции была важная, хотя и слегка сумасшедшая миссия – доказать, что южноамериканские индейцы пересекли Тихий океан и заселили острова Полинезии. Хейердал утверждал, что предки инков могли покрывать огромные водные пространства на обычных плотах. Чтобы доказать свою теорию, норвежец отправился в путешествие по предполагаемому «маршруту миграции».Кон-Тики. На деревянном плоту через океан.

Свой плот Тур Хейердал назвал в честь легендарного полинезийского героя Кон-Тики. Того самого, который тысячи лет назад пересек со своим племенем Тихий океан. Путешествие на «Кон-Тики» заняло 101 день. Экипаж из шести человек, пробившись сквозь штормы и десятки прочих неприятностей, добрался до атолла Рароиа в Полинезии. Это приключение принесло Хейердалу огромную известность, а сам он написал книгу «Экспедиция „Кон-Тики“», которая превратилась в бестселлер. Восхищаясь мужеством норвежского ученого, Redigo рассказывает о том, что сделал Хейердал, чтобы добиться успеха, и приправляет текст цитатами из его собственной книги.
Был убедителен и подключил все связи
«За бутылкой хорошего виски хозяин сообщил, что его интересует наша экспедиция. Он предложил нам финансовую помощь при условии, что мы напишем ряд статей для газет, а по возвращении выступим с докладами в ряде городов».
Тур Хейердал
В сумасшедшую идею Хейердала – «превращение» в индейцев и пересечение на плоту Тихого океана – поначалу не верил никто. Незнакомые люди крутили пальцем у виска, ученые мужи посмеивались, а друзья яростно отговаривали норвежца от безумной затеи. Однако настойчивость Хейердала не знала границ. Рассказывая о своей мечте десяткам скептичных исследователей, путешественников, моряков и простых обывателей, Тур не только не терял уверенности в себе, но и оставался в «профите», заводя множество новых знакомств.
Со временем у норвежца появились единомышленники, которые, в свою очередь, стали искать выходы на спонсоров и всех, кто мог оказать поддержку. «Вирусный маркетинг» сделал свое дело: о плавании на плоту написали несколько газет, Хейердал проводил одну деловую встречу за другой – даже с делегатами ООН. В числе помощников оказалось и военное министерство США. После тяжелых переговоров с чиновниками Пентагона, путешественник добился того, чтобы экспедицию обеспечили продовольственным пайком. Помимо провизии, военные предоставили Хейердалу полезную экипировку вроде спальных мешков и специальной обуви. Позже, уже в Перу, упрямый Тур сумел встретиться с президентом страны и выпросить разрешение на постройку плота в военно-морском порту Кальяо.

«Я не хотел набирать экипаж из моряков, так как они вряд ли лучше нас были знакомы с плотами. Кроме того, мне не хотелось, чтобы в случае удачного исхода экспедиции ее успех приписали бы тому, что мы были более опытными моряками, чем древние строители плотов из Перу».
Тур Хейердал
Звучит странно – как это без моряков? Отправиться в открытый океан на три-четыре месяца, не имея на борту ни одного профи? Однако Тур Хейердал был убежден, что «морские волки» в его путешествии будут только обузой. Его опыт общения с бывалыми моряками показал, что они совершенно не смыслят в вождении плотов, хотя, безусловно, много знают о кораблях. Пригодились ли бы их умения в экспедиции? Вряд ли.
Тем не менее, в команде Хейердала все равно оказался человек, имеющий прямое отношение к корабельному делу. Им стал Эрик Хессельберг, художник, который совершил в юности несколько кругосветных плаваний (позже он стал знаменит; среди его друзей были Пикассо и Сименон). С еще одним участником экспедиции Тур подружился в норвежском доме моряков в Бруклине. Это был Герман Ватцингер, инженер, приехавший в Нью-Йорк изучать холодильные устройства. Его познания в метеорологии и гидрографии могли оказаться полезными во время путешествия. Также в команду были приглашены Кнут Хаугланд и Турстейн Раабю – связисты, участвовавшие во Второй мировой (Раабю прославился тем, что несколько месяцев передавал в Англию донесения о том, что происходило на борту немецкого линкора «Тирпиц»). С шестым участником экспедиции Хейердал познакомился в Перу – им стал Бенгт Даниельссон, рыжий швед, изучавший быт горных индейцев. Даниельссон оказался единственным иностранцем в команде – все остальные были норвежцами. Он же был единственным, кто владел испанским языком.

«Я разыскал дневники первых европейцев, ступивших на тихоокеанское побережье Южной Америки. В них было много рисунков и описаний больших плотов индейцев, связанных из бальзовых бревен. Все они имели прямоугольный парус, килевые доски и длинное рулевое весло на корме».
Тур Хейердал
Путешественник прекрасно понимал, что ему нужен был плот, похожий на те, которыми пользовались древние индейцы. Ни капли не современнее – иначе его эксперимент попросту не имел бы смысла. Проведя несколько недель в архивах библиотек и пообщавшись со знающими людьми, Тур Хейердал узнал, из чего ему надо строить плот. Требовалось найти бальзу – редкие деревья с очень прочной и легкой древесиной. Именно из бальзы инки выдалбливали себе каноэ и делали доисторические плоты.
Хейердал думал, что легко отыщет бальзовые бревна для плота прямо в Эквадоре, куда он сперва прилетел со своими товарищами. Однако выяснилось, что на лесопилках отсутствует нужный материал. Дерево было либо пересушенным, либо просто неподходящим по размеру. Группе норвежцев пришлось забраться вглубь страны (они воспользовались грузовым самолетом), к подножию Анд – в места, где росли гигантские эвкалипты, жили горные индейцы и все еще промышляли золотоискатели. На одной из местных ферм путешественники нашли целую рощу подходящих бальзовых деревьев. Сделав девять бревен и связав их во временные плоты, парни сплавились на них по реке до Гуаякиля, а потом, уже с помощью парохода, транспортировали в Кальяо, главный морской порт Перу.

«Эксперты, осматривавшие наш плот, не обещали нам ничего хорошего. Штормы или ураган смоют нас за борт, волны будут перекатываться через плот даже при самом легком бризе, а наша одежда, пропитанная соленой водой, постепенно разъест кожу и испортит все, что мы с собой возьмем».
Тур Хейердал
Итак, плот был готов. Над девятью могучими бальзовыми бревнами, перевязанными канатами, возвышалась матча с гигантским (27 квадратных метров) прямоугольным парусом. Палуба была устлана бамбуком. Посреди плота стояла небольшая, но довольно крепкая хижина с крышей из банановых листьев. С виду деревянная посудина была точной копией древних перуанских и эквадорских плотов.
Поблагодарив рабочих за помощь в постройке «Кон-Тики», Хейердал и сотоварищи приготовились к приему делегаций. Посмотреть на плот, который собирался пересечь Тихий океан, хотелось всем – от адмиралов и журналистов до важных чиновников. Здесь-то путешественникам и пришлось пережить первый шторм – из язвительной критики и суровых прогнозов. Опытные морские волки камня на камне не оставили от «Кон-Тики», обсуждая его неуклюжесть и размеры. Одни считали, что плот слишком мал и не переживет ни одной бури, другие думали, что он, наоборот, слишком большой и разломится пополам на гребне первой мощной волны. Люди даже заключали пари на то, через сколько дней плот пойдет ко дну. На Хейердала как руководителя экспедиции выпала большая доля насмешек. Но, благодаря своему упрямству и удивительной психологической устойчивости, путешественник большую часть критики пропустил мимо ушей. Отступать уже некуда, считал норвежец, и друзья полностью его поддержали.
Взял с собой большой запас еды и научился ловить рыбу
«В пути нам предстояло узнать, можно ли ловить в открытом море рыбу и собирать дождевую воду. Я считал, что мы должны были взять с собой тот фронтовой паек, который нам выдавался во время войны».
Тур Хейердал
Норвежец хотел с точностью до деталей повторить плавание индейцев, но все же решил не экспериментировать с едой. Он знал, что аборигены когда-то легко обходились во время плаваний сушеным бататом и вяленым мясом. Однако пользоваться древними «рецептами» в нынешней ситуации было рискованно. Если бы запас продуктов вдруг испортился, шесть взрослых мужчин могли просто умереть с голоду.
Большей частью провизии путешественников снабдил Пентагон. На плот были погружены несколько сотен коробок с консервами, покрытые сверху тонким слоем асфальта – чтобы не попала влага. Их запаса должно было хватить на четыре месяца. Кроме того, экипаж запасся большим количеством созревающих фруктов, кокосами, а также рыболовными снастями: нужно было понять, как обстоят дела с уловом посреди открытого океана. И рыбные «запасы» морских глубин не подвели. Во время плавания команда «Кон-Тики» с удивлением поняла, что добыча сама идет в руки. Каждое утро Хейердал и его компаньоны находили на палубе десятки летучих рыб, которые тут же отправлялись на сковородку (на плоту был небольшой примус). Океан кишел тунцами, скумбриями и рыбами-бонито. Приспособившись к морской рыбалке, друзья даже стали ловить акул, иногда затаскивая их на плот, просто схватив за шершавый хвост. Тем не менее, наши герои понимали, что выдержать долгое путешествие помог им именно запас консервов, которыми они могли питаться и в штиль, и во время штормов.

«В тропиках в знойные дни можно вливать в себя столько воды, что она польется через рот обратно, но вы по-прежнему будете испытывать жажду. Организму нужна не вода, а, как это ни странно, соль».
Тур Хейердал
На борт «Кон-Тики» перед отплытием к островам Полинезии было погружено полсотни контейнеров с 1100 литрами родниковой воды. Этого запаса легко хватило бы на несколько месяцев пути. Хотя уже через несколько недель путешественники почувствовали, что вода испортилась и стала противной на вкус.
Хейердал часто думал о том, как справлялись с жаждой его предшественники индейцы. Они хранили воду в сушеных выдолбленных тыквах и в толстых бамбуковых стволах. Пили воду из отверстий, после чего затыкали дырки крепкими пробками. Кроме того, аборигены владели секретами, с помощью которых выживали даже тогда, когда вода иссякала. Они «выжимали» пойманную рыбу, в результате чего выделялась жидкость, способная утолить жажду. Не прибегая к такому весьма экстравагантному способу, Хейердал и компания все же научились контролировать свои потребности в воде. Понимая, что организм требует соли (которую теряет во время потения), они смешивали пресную воду с морской. А вскоре научились пить и саму морскую воду – когда случайно узнали, что зерна овса почти полностью уничтожают ее неприятный соленый вкус.
Справился с парусом и попал в нужное течение
«Наибольшую угрозу представляли для нас предательские завихрения течения к югу от островов Галапагос. Они могли быть роковыми для нас, если бы мы попали в них. Сильные морские течения могли подхватить наш плот и унести его к берегам Центральной Америки, швыряя во все стороны».
Тур Хейердал
Оказавшись в открытом море (плот был оттащен от берега с помощью буксира), экипаж «Кон-Тики» стал ждать попутного ветра. Однако главным условием нормального движения плота были не столько пассаты, сколько правильное течение. А точнее течение Гумбольдта, о котором был хорошо наслышан Тур Хейердал. Именно оно должно было понести плот на северо-запад, к островам Полинезии. Попав в начале пути в небольшой шторм и потратив несколько дней на то, чтобы научиться управляться с парусом и килем, путешественники в итоге довольно шустро понеслись в нужном направлении со скоростью 55-60 морских миль в сутки.
Сперва наши герои опасались любой крупной волны. Однако вскоре выяснилось, что тяжелый и массивный «Кон-Тики» легко справляется с неприятностями. Плот, словно гигантские санки, просто «въезжал» на гребень волны и таким же образом «сползал» вниз. Вода захлестывала посудину сотни раз в день, но тут же уходила сквозь щели в бревнах. Хейердал ради интереса посчитал, что ежедневно на корму обрушивалось почти 200 (!) тонн воды. Во время штормов эта цифра достигала 10 тысяч тонн воды в сутки. Однако плоту все было нипочем. Легкие, но очень прочные бальзовые бревна выдерживали любой натиск.

«Кнут и Турстейн были все время заняты своими промокшими батареями, паяльниками и различными радиосхемами. Понадобились весь их опыт и сноровка, полученные во время войны, для того чтобы маленькая радиостанция, невзирая на брызги и сырость, работала бесперебойно».
Тур Хейердал
Участников экспедиции перед началом путешествия не связывала долгая и крепкая дружба. Парни практически не были знакомы и знали лишь о профессиональных умениях друг друга. Все имели разные характеры. Провести больше трех месяцев в обществе одних и тех же людей – не шутка. Было ясно, что от любого рода конфликтов экипаж могут сберечь грамотное распределение обязанностей и постоянная занятость.
И проблем с этим не возникало – работа на плоту была всегда. Вахтенные дежурства сменялись рыбалкой, а рыбалка – приготовлением обедов. Обязанности кока путешественники выполняли по очереди. Кнут Хаугланд и Турстейн Раабю ежедневно стучали ключами Морзе, сам Хейердал старательно вел дневник наблюдений, записывая каждую мелкую деталь (основываясь на этих записях, он позже и написал ставшую известной книгу). Этнолог Бенгт Даниельссон взял с собой на плот 70 трудов по социологии и превратился в книжного червя. Герман Ватцингер постоянно возился с метеорологическими инструментами и прочими измерительными приборами. Эрик Хессельберг чинил паруса и делал смешные рисунки своих бородатых компаньонов и морских обитателей.
Завел хвостатых и крылатых товарищей
«Мы установили дружественные отношения с акулой, которая плыла за нами сегодня. Во время обеда мы ее кормили и совали куски прямо в пасть. Она вела себя, как собака, о которой с уверенностью нельзя сказать, злая она или ласковая».
Тур Хейердал
На борту плота во время путешествия находились не шесть, а семь участников экспедиции. Седьмым был зеленый попугай, которого притащил с собой Герман. Нахохлившаяся птица сидела в клетке и трещала по-испански, постоянно веселя окружающих. Вскоре попугай осмелел, начал разгуливать по плоту и подружился с радистами, регулярно забегая в их уголок. К сожалению, через пару месяцев пути птицу смыла за борт большая волна. Океан поглотил попугая за считанные секунды, и больше его никто не видел.
Однако у путешественников стали появляться новые друзья. В одном из отверстий в плоту поселился краб Юханнес: он жил неподалеку от рулевого весла и с нетерпением ждал, когда ему выдадут очередную порцию корма. Схватив клешнями печенье или кусок рыбы, краб уносился в нору, где быстро стрескивал угощение. С экипажем подружились и рыбы-лоцманы, которые следовали за «Кон-Тики» сотни километров и трогательно ждали, когда люди начнут мыть посуду, чтобы слопать остатки еды. Но самой неожиданной «приятельницей» Хейердала стала акула, приставшая к плоту на несколько дней. Путешественники подкармливали хищницу рыбой и едва ли не хлопали ее по бокам. Однако акула вскоре ушла, обидевшись на то, что друзья попытались схватить ее за хвост.

«Многие корабли в районе архипелага Туамоту попадались в ловушку подводных рифов и разбивались в щепки о кораллы. С моря нам не было видно коварной западни. Мы шли, следуя направлению волн, и видели лишь их круглые, поблескивавшие на солнце гребни, которые исчезали на пути к острову».
Тур Хейердал
Через 90 дней пути команда Хейердала начала ощущать приближение земли. В небе появились косяки птиц, которые целеустремленно летели на запад. Плот, без сомнения, несло прямо к одному из многочисленных островов Полинезии, разбросанных в океане. 30 июля путешественники наконец увидели землю – это был островок Пука-Пука в архипелаге Туамоту. Но радость быстро сменилась разочарованием: течение пронесло плохоуправляемый плот мимо клочка суши и потащило дальше.
Через несколько дней Тур Хейердал приплыл к атоллу Рароиа. Здесь экипаж поджидала целая полоса препятствий: чтобы добраться до земли, команде нужно было найти проход в стене острых, как бритва, коралловых рифов. Важно было не допустить жертв и не потерять плот – иначе успех экспедиции ставился под большой вопрос. Выбившись из сил в попытках пробиться сквозь риф, путешественники решили «оседлать» его во время прилива. Ухватившись покрепче за плот, они пережили несколько ужасных часов под ударами мощных волн. После чего сумели-таки перебраться через риф и вброд добраться до песчаного берега. Плот был спасен, а миссия выполнена! Впереди команду ждали танцы с туземцами, праздничные церемонии на Таити и торжественное возвращение домой – уже на пассажирском пароходе.


Через 101 день пути команда «Кон-Тики» ступила на сушу одного из островков атолла Рароиа.

Повторение следует – Weekend – Коммерсантъ

Повторение следует

28 апреля 1947 года Тур Хейердал с пятью спутниками отплыли на плоту «Кон-Тики» из перуанского порта Кальяо по предполагаемому маршруту миграции предков полинезийцев. Путешествие продлилось 101 день и доказало, что плот из бальсовых бревен может быть доставлен к архипелагу Туамоту за счет подводных течений без дополнительной навигации. Революции в науке оно не совершило, зато стало объектом культа: документальный фильм об экспедиции получил «Оскара», написанная Хейердалом книга была переведена на 70 языков и стала бестселлером, а сама авантюра породила массу последователей. К 70-летию начала самого громкого путешествия в истории экспериментальной археологии Weekend вспомнил другие большие свершения, которые кто-то отважился повторить

218 год до н. э. 1959 год

 

1 слон 7 человек 2 осла 240 км

 

В 1955 году студент инженерного факультета Кембриджского университета Джон Хойт наткнулся в The Times на дискуссию историков о точном маршруте, по которому в 218 году до н. э. Ганнибал с 60-тысячным войском, в том числе отрядом на слонах (античные историки утверждали, что 15-дневное горное путешествие удалось пережить минимум 37 слонам), пересек Альпы, чтобы вторгнуться в Италию. Все лето Хойт, любитель истории и альпинизма, провел в горах, исследуя возможные маршруты и сравнивая их с описаниями местности в исторических источниках, и пришел к выводу, что с наибольшей вероятностью Ганнибал использовал перевал Коль-дю-Клапье. Спустя три года, закончив учиться, он решил проверить свои выводы на практике — и преодолеть выбранный маршрут со слоном. Слона Хойту одолжил Туринский зоопарк. Индийскую слониху Джамбо по рекомендации итальянского Общества защиты животных перед путешествием экипировали в специально сшитые ботинки для каменистых участков и попону для сохранения тепла. Несколько большую проблему представлял ее рацион: ежедневно ей требовалось 68 кг сена, 23 кг яблок, 18 кг хлеба и 9 кг моркови. Чтобы перевезти такое количество еды, в состав экспедиции включили двух ослов, а к ним — двух погонщиц ослов. Помимо них и Хойта в путешествие отправились армейский ветеринар, лечивший слонов во время Второй мировой в Бирме, студент из Бирмы, погонщик слонов из Туринского зоопарка и друг Хойта, взявший на себя функции секретаря. В конце июля 1959 года группа отправилась в путь из французского города Монмельяна. Слониху пытались переименовать в Ганнибеллу, но безуспешно: на новое имя Джамбо откликаться отказалась. Намеченный маршрут был почти полностью преодолен, однако за 8 км до финиша группе пришлось сойти с него из-за опасности камнепадов и остаток пути пройти по перевалу Мон-Сенис — другому предполагаемому пути Ганнибала. В общем сложности поход занял 10 дней — на пять дней меньше, чем у Ганнибала, а Альпы и спустя 2177 лет оказались приспособле

от охоты на гадюк до охоты на Одина – Архив

  • Юноша Хейердал с гренландской лайкой Казаном, верным спутником в походах

    1/2

  • Девятнадцатилетний Хейердал с очередной пойманной гадюкой

    2/2

Поздний ребенок зажиточного пивовара и работницы антропологического музея, фанатично преданной идеям Дарвина, Тур был стеснительным и замкнутым ребенком — самым младшим и одновременно самым богатым в своем классе. Позднее ему удалось изменить полупрезрительное отношение одноклассников благодаря увлечению зоологией: в подаренной отцом пристройке к дому он организовал собственную кунсткамеру с десятками животных — она стала достопримечательностью города Ларвика; центральный экспонат — гадюку — Хейердал поймал сам, чем окончательно завоевал доверие одноклассников. Но основным лейтмотивом детства стал не домашний музей, а паническая водобоязнь — невероятная для норвежца фобия: в детстве Хейердал дважды чуть не утонул, в том числе и зимой подо льдом, и считал, что никогда не научится плавать и даже не будет пытаться; он действительно отправился в свое самое известное путешествие на «Кон-Тики», плохо владея этим навыком. Хорошо он владел ружьями и топорами. Каждое лето они с матерью уезжали в загородный дом под Лиллехаммером, где под присмотром местного лесного отшельника Тур осваивал стрельбу (не по живым мишеням), рыбалку и проходил школу выживания в дикой природе, став страстным поклонником экстремальных походов.

 

Хейердал и Лив Кушерон-Торп в день свадьбы

 

Первая жена Хейердала, с которой он познакомился на вечеринке, когда ему было восемнадцать лет. Он с ходу предложил ей поехать на Тихоокеанские острова, для того чтобы оторваться от всепоглощающей современной цивилизации и зажить как не тронутые прогрессом люди, — на тот момент идея уже была сформирована и Тур хаотично искал спутницу. Лив неожиданно согласилась, еще через четыре года (которые ушли на попытки получения образования в Университете Осло) у них все получилось. Родители девушки, узнав о планах дочери, были в ужасе; отец Хейердала недоумевал, зачем сыну брать на остров жену, в то время как там живет тьма экзотических красавиц, однако свадьбу сыграли перед Рождеством 1937 года — и на следующий день пара отправилась на Маркизские острова. Объявленный срок экспедиции равнялся двум годам, официальный повод путешествия — исследовательский.

Лив стоически пережила соседство туземцев и тропический фурункулез, играла большую роль в первой экспедиции Хейердала, что впоследствии он тщательно завуалировал в воспоминаниях и лекциях: в них ей отводилась роль второго плана. Эгоистичное отношение к первым двум женам, каждая из которых играла огромную роль в его исследовательской и литераторской работе, вообще отличало Хейердала. С первой женой он развелся через 12 лет после их попытки бегства от действительности; Лив родила ему двух сыновей, которые — в некоторой степени — тоже стали путешественниками: Тур Хейердал-мл. был в экспедиционной команде на острове Пасхи, Бьерн Хейердал занимался сельским хозяйством в Кении.

 

 

Фотография: kon-tiki.no

Для самой первой экспедиции Тур с Лив выбрали полинезийский остров Фату-Хива, куда корабли могли не заходить месяцами. Высадившись, молодожены арендовали у префекта участок земли, с помощью туземцев построили бамбуковую хижину и начали жить в диких условиях — но с кастрюлей и ножом (которые их заставил взять с собой капитан корабля) и научным оборудованием, необходимым для исследования (которым, на случай возвращения в Норвегию, занимался Тур). 

На Фату-Хиве к Хейердалу начали приходить идеи о заселении бассейна Тихого океана, которым обязан своим появлением «Кон-Тики». Первичной причиной стала находка примитивных наскальных рисунков рыб, мужчин, женщин и масок, похожих на индейскую символику, — после нее он начал задумываться о связи полинезийцев с Южной Америкой, искать новые теории и решил переквалифицироваться из зоолога в антрополога.

Фотография: kon-tiki.no

Но райская жизнь быстро закончилась. Проходящая мимо шхуна завезла на остров «испанку», которая моментально умертвила пятьдесят процентов населения; после долгого отсутствия на Фату-Хива вернулся католический священник, заподозривший в норвежцах миссионеров и моментально настроивший против них свою паству (то есть все выжившее население острова). Начался сезон дождей и комаров, вместе с которым Хейердалы подхватили болезнь фе-фе и их ноги покрывались язвами. Отчаявшись дождаться судна, они решили покинуть остров самостоятельно — на шлюпке. В компании нескольких туземцев они преодолели 100 километров до острова Хива-Оа, где была цивилизация в лице врача с лекарствами, — ампутации удалось избежать.

На Хива-Оа Тур познакомился с местным фермером и отшельником, норвежцем Хенри Ли, который показал своему земляку каменные статуи, практически не отличающиеся от колумбийских, что укрепило его предположения о происхождении полинезийцев, — как и рассказ последнего каннибала Фату-Хивы о Тики, местном языческом божестве, которое походило на американского бога Кон-Тикси-Виракоча.

Первым сдался и решил возвращаться в Европу Хейердал — жизнь вне цивилизации оказалась сложнее, чем он предполагал. Его постигло разочарование в туземцах, которые, как он писал в дневниках, «лишь занимаются любовью и ждут, пока кокосовый орех упадет с пальмы». Местных женщин в интервью и лекциях он впоследствии называл проститутками, а мужчин — сбродом; в общем, студенческий дауншифтерский проект не удался.

 

Хейердал с сослуживцем Бьорном Рерхольтом, который впоследствии помог найти радиооборудование для «Кон-Тики»

Начало Второй мировой войны пацифист Хейердал застал в канадском Белла-Куле, где искал (и нашел) наскальные изображения масок, подобные тем, что он видел в Полинезии. Узнав о вторжении немцев в Норвегию, он попытался записаться в добровольцы в норвежском консульстве в Ванкувере, где его встретил раздраженный консул, выходец из Германии, который предложил заняться освобождением индейцев, вместо того чтобы создавать проблемы. Вместо фронтовика Хейердал стал ванкуверским разнорабочим, а затем в исследовательских целях попробовал пересечь США и пешком прошел через национальный парк Меса-Верде с ночевкой в пустыне. Летом 1942 года он все-таки был призван в армию и был отправлен с семьей под Торонто в лагерь «Малая Норвегия» для подготовки к боевым действиям.

«Малая Норвегия» была большой коммуной норвежских солдат, которые прибывали туда со всего мира, перед тем как отправиться на фронт. В августе 1943-го, оставив семью в Торонто, Хейердал погрузился на судно Queen Mary, которое перевезло их на Британские острова, после солдаты несколько месяцев чистили картошку и сапоги в шотландской глубинке. За время простоя в голове Хейердала наметился план экспедиции на «Кон-Тики», тогда же он познакомился с Кнутом Хеугланном, которому сразу же предложил отправиться в путешествие.

Хейердал во время Второй мировой так и не побывал на линии фронта, но научил солдат строить иглу

Осенью 1944-го Хейердала с группой солдат все-таки отправили в бой и высадили в норвежском Финнмарке — там они должны были наладить связь между Лондоном и ничейной землей, образовавшейся между отступившими немецкими и переставшими наступать советскими войсками. Потеряв в пути радиооборудование, за оставшееся до конца войны время Тур так и не побывал в боях, зато оставил массу воспоминаний о жизни во время войны у полярного круга: русский водитель грузовика в тулупе, поющий «Волга, Волга» при виде северного сияния; крестьяне-саамы на санях, вытаскивающие автомобили изо льда; бедствующая норвежская миссия, конфискующая у людей остатки еды и вызывающая своим обмундированием смех у русских (про русских на войне Хейердал пишет с пиететом как о народе, не тронутом «современным абсурдным и безответственным менталитетом джаза и комиксов»). На настоящий фронт он попал аккурат в последний день войны — выстрелить ему так ни разу и не удалось.

 

  • Хейердал во время Второй мировой так и не побывал на линии фронта, но научил солдат строить иглу

    Чтобы делать фотографии плота со стороны, Хейердал отплывал от него на резиновой лодке

    Фотография: Getty Images

    1/4

  • Хейердал во время Второй мировой так и не побывал на линии фронта, но научил солдат строить иглу

    Слева — этнолог Бенгт Даниельссон, единственный швед на плоту, который взял с собой в плавание семьдесят книг

    Фотография: kon-tiki.no

    2/4

  • Хейердал во время Второй мировой так и не побывал на линии фронта, но научил солдат строить иглу

    Позывными «Кон-Тики» был сигнал «Lima India 2 Bravo» — телеграфистами

    3/4

  • Хейердал во время Второй мировой так и не побывал на линии фронта, но научил солдат строить иглу Фотография: kon-tiki.no

    4/4

Строить бальзовый плот, подобный тем, на которых, по мнению Хейердала, индейцы доплыли до Полинезии, он начал не только чтобы проверить свою теорию, но и затем, чтобы вызвать интерес у широких масс населения, раз уж к его рукописям не проявляли должного внимания ученые. Экспедицию Тур собирал в рекордно короткие сроки — семь месяцев, за деньгами и снаряжением он обращался во всевозможные инстанции, каким-то чудом сумев заручиться поддержкой Министерства обороны США, которое выдало оснащение в обмен на отчет о том, как оно проявило себя в таком плавании. Часть денег дали издатели, часть — газеты, еще часть пришла от старых знакомых из пароходной компании «Фред Ульсен»; решающий взнос внес отец. Бальзовые бревна для плота участники экспедиции транспортировали по побережью из Эквадора и строили его сами. Команду отличало то, что, кроме одного участника, никто не имел моряцкого опыта, зато всем нужно было по той или иной причине (развод, Вторая мировая, год в джунглях) разгрузить голову.

Двадцать седьмого апреля в 11.30 из порта Кальяо отчалил плот с пятью норвежцами и одним шведом. Дальнейшее известно: 101 день в океане на неуправляемом плоту, охота на акул как развлечение, размокающие бревна, общение с радиолюбителями из Лос-Анджелеса, попойка на День независимости Норвегии (в ходе которой чуть не был утерян компас, после чего на борту объявили мораторий на алкоголь), потеря и спасение инженера Германа Ватцингера, шоколадка в подарок тому, кто первым увидит землю и рифы, на которых плот закончил свое плавание. Затем — прием у президента Трумэна и короля Норвегии (тот всю аудиенцию задавал вопросы исключительно про туземок), международная слава, мировой тур с лекциями, сверхпопулярная нон-фикшн-книга, «Оскар» за документальный фильм о путешествии и одноименный музей на полуострове Бюгдей — самый посещаемый в Норвегии.

 

Во время подготовки одного из исследований

Фотография: Hulton-Deutsch Collection/Corbis

Хейердал опубликовал научные работы о том, что Полинезию заселяли с востока, а не запада, но научное сообщество ему не поверило. «На северо-западном побережье Америки найдены объекты, напоминающие соответствующие объекты в Полинезии? Значит, их туда привез Джеймс Кук», — американский антрополог Маргарет Мид. «Вся экспедиция опирается на миф, о котором, по его словам, он слышал от старого вождя с Фату-Хивы. Он только сделал рекламу Скандинавии и показал, что отвага викингов все еще жива у их современных потомков», — финский профессор, социолог и историк религии Рафаэль Карстен. «Хейердал не доказал ничего сверх того, о чем мы и раньше знали, — что норвежцы — умелые моряки», — американский антрополог Ральф Линтон. «Экспедиция на «Кон-Тики» — поход скаутов», — франко-швейцарский этнограф Альфред Метро. К пренебрежительным выводам ученые прилагали устоявшиеся теории — их раздражала прыть, с которой норвежский путешественник, не закончивший университет, въезжает в их зону влияния и завоевывает поклонников по всему миру. Несмотря на монографии и различные доказательства, академическое сообщество сопротивлялось теориям Хейердала после всех его экспедиций — до самой смерти. Что, впрочем, не помешало ему получить десятки медалей географических обществ, стать членом нескольких академий наук, получить степень доктора наук пяти университетов (в том числе Киевского и Московского) и оказаться одним из главных популяризаторов науки второй половины двадцатого века.

 

Хейердал у подножия одной из статуй на острове Пасхи

Предыстория экспедиций на остров Пасхи началась на Галапагосах: узнав, что там нашли каменную голову, похожую на те, что он видел в Полинезии, Хейердал снарядил археологическую экспедицию. Голова оказалась поделкой местного немца-фермера, сделавшего ее для своих детей, зато археологами были найдены черепки, происходившие с побережья Эквадора и Перу, что добавляло аргументов теориям Тура. Остров Пасхи он считал ключом к пониманию миграций народов в Тихом океане — и не только из-за тех же каменных голов; если их плот так просто доплыл до Полинезии, то что мешало индейцам заселить остров, который находится к Южной Америке гораздо ближе?

Экспедиция 1955–1956 годов состояла из норвежских и американских археологов, которые провели несколько месяцев, раскапывая каменные статуи (оказалось, что под землей скрывались туловища), высекали их и перетаскивали без современной техники (туземцы все равно продолжали верить, что статуи передвигались по острову сами) и активно общались с местным населением. Хейердал, щедро плативший населению сигаретами, чашками риса и американскими долларами, быстро стал кем-то вроде божества — такой щедрый белый человек, столько знающий об истории острова, не мог быть послан не высшими силами.

Итогом экспедиции стала версия: остров заселяли два племени — длинноухих и короткоухих, вторые восстали против первых и сожгли их во рву в восточной части острова; мифы жителей Пасхи подтвердились раскопками, в ходе которых в месте сожжения нашли древесный уголь 300-летней давности. Что опять же, по версии путешественника, свидетельствовало о том, что миграция на острове происходила в два потока — с запада и востока (где индейцы тоже вытягивали мочки ушей). 

 

  • Хейердал у подножия одной из статуй на острове Пасхи

    Так выглядела лодка «Ра-2» (которая ничем не отличалась от первой «Ра»)

    Фотография: Bettmann/Corbis

    1/4

  • Хейердал у подножия одной из статуй на острове Пасхи Фотография: РИА «Новости»

    2/4

  • Хейердал у подножия одной из статуй на острове Пасхи Фотография: РИА «Новости»

    3/4

  • Хейердал у подножия одной из статуй на острове Пасхи Фотография: РИА «Новости»

    4/4

Прочитав статью американского археолога, в которой тот перечислял шесть десятков сходств между культурами древних египтян и перуанских индейцев, Хейердал с присущей ему смелостью предположил, что последние не только могли уплыть на бальзовом плоту на запад, но и приплыть на тростниковой лодке с востока: на этих идентичных транспортных средствах передвигались египтяне по Нилу и инки по Титикаке и вдоль побережья.

К концу 1960-х Хейердал был уже суперзвездой и самым известным в мире путешественником. Хрущев, осматривая музей «Кон-Тики», попросился к нему в следующую экспедицию (Хейердал предложил ему запастись черной икрой). Лодку «Ра» строили под прицелом телекамер у пирамиды Хеопса — на это дал согласие египетский президент Садат (ему надо было поднимать престиж страны после Шестидневной войны), а потом тащили аж до Марокко, откуда она отправлялась в плавание. Строили трое коптов, которых Тур нашел в Чаде, — одного из них он впоследствии возьмет в плавание. В этот раз все члены экспедиции были из разных стран — русский врач (см. Юрий Сенкевич), итальянский кинооператор, американский штурман, мексиканский антрополог и египетский ныряльщик. Специальный жест был сделан как символ оживления дружбы между нациями мира во времена Вьетнамской войны, студенческих волнений и арабо-израильского конфликта; судно вышло в плавание под флагом и патронажем ООН с напутствием главы этой организации и президента Никсона. Невероятно, но практически незнакомые мужчины ужились вместе и практически не конфликтовали, даже несмотря на то, что в первый же день на плоту сломались оба рулевых весла, а во второй порвался парус и сломалась державшая его рея. «Дрейфующая связка тростника» (как назвал «Ра» биограф Хейердала Квам) проболталась в море еще 7 недель, пока не затонула совсем, немного не дотянув до Барбадосских островов, где как раз в этот момент начинался сезон ураганов. Участников спасла вторая жена Хейердала, приплывшая на шхуне с Барбадосов.

Через десять месяцев новая версия «Ра» вышла из марокканского Сафи — с почти идентичным составом, к которому добавился японский кинооператор, а место копта занял марокканский химик. В ходе первого плавания участники обнаружили в океане гигантские нефтяные пятна, которые не замечали или не хотели замечать трейлеры и лайнеры с высокими палубами. Вопросы загрязнения океана начали подниматься именно тогда, и, пожалуй, это главный вклад проекта «Ра» в мировую науку. Вторая лодка успешно переплыла Атлантический океан за 57 суток.

 

Сенкевич во время экспедиции «Тигрис

Фотография: ИТАР-ТАСС

Юрий Сенкевич, советский ученый-медик, стал связующим звеном между Хейердалом и его многочисленными советскими поклонниками. К концу 1960-х в нашей стране продали два миллиона экземпляров книг о «Кон-Тики», а Тур был желанным гостем на конгрессах антропологов. Будучи влюбленным в Союз еще со Второй мировой, Хейердал накануне экспедиции на «Ра» обратился к дипломатам, чтобы те подыскали ему русского врача — знающего английский язык и с хорошим чувством юмора. Через два месяца в Египет прилетел тридцатидвухлетний Сенкевич, работавший доктором в отряде космонавтов и не имевший никакого морского опыта. Перед первой встречей русского доктора и норвежского путешественника Сенкевич от волнения перебрал, чем сразу понравился Хейердалу; когда первый «Ра» пошел ко дну, Сенкевич до последнего отказывался с него уходить. Эти экспедиции сделали Сенкевича главным путешественником страны, в которой почти никто не ездил в путешествия; с норвежцем они дружили до самой его смерти. Благодаря этой дружбе все россияне, рожденные до 1990 года, знают историю острова Пасхи и Полинезии лучше, чем многие западные интеллектуалы, — о исследованиях и путешествиях Хейердала постоянно рассказывала телепередача Сенкевича «Клуб путешественников».

 

  • Сенкевич во время экспедиции «Тигрис

    Экипаж лодки «Тигрис»; Хейердал — с бородой и в синей футболке, рядом с ним Сенкевич — в желтых плавках

    Фотография: kon-tiki.no

    1/2

  • Сенкевич во время экспедиции «Тигрис

    Лодка «Тигрис»

    Фотография: ИТАР-ТАСС

    2/2

 

Продолжая искать альтернативы устоявшимся теориям о путях миграции народов, в конце 1970-х Хейердал отправился в последнюю свою крупную экспедицию — на той же тростниковой лодке, только большего размера, — доказывать, что между Месопотамией и Индской цивилизацией существовали торговые и миграционные связи. Экипаж был увеличен представителями Германии, Норвегии, США и Дании, преодолеть он собирался расстояние в 6000 километров. На пятом месяце плавания команда сожгла дрейфующую лодку вблизи Джибути в знак протеста против конфликта между Эфиопией и Сомали, который не позволял закончить путешествие: «Сегодня мы сжигаем наше гордое суденышко… в знак протеста против проявлений бесчеловечности в мире 1978 года, в который мы возвратились из открытого моря. Нам пришлось остановиться у входа в Красное море. В окружении военных самолетов и кораблей наиболее цивилизованных и развитых стран мира, не получив разрешения на заход от дружественных правительств, руководствующихся соображениями безопасности, мы были вынуждены высадиться в маленькой, еще нейтральной Республике Джибути, потому что кругом соседи и братья уничтожают друг друга, пользуясь средствами, предоставленными теми, кто возглавляет движение человечества по пути в третье тысячелетие».

 

Хейердал встречается со студентами МГУ во время одной из своих поздних поездок в Россию

Фотография: РИА «Новости»

В 2000 году, уже будучи 85-летним стариком, Хейердал организовал раскопки в Азове, откуда, по его предположениям, происходили викинги. До этого он четырежды посещал Азербайджан, где видел камни-украшения, узоры которых были похожи на норвежские. В Азове он нашел пряжки, принадлежавшие, по его мнению, средневековым викингам, и предположил, что бог Один существовал на самом деле и жил в приазовском городе Танаисе. Теории подверглись мощнейшей обструкции ученых, в частности — из-за сомнительных лингвистических параллелей, которые Хейердал проводил между Одином и удинами (один из древнейших народов Восточного Кавказа), Тюром (бог войны в скандинавской мифологии) и турками, Азовом и асами (высшие боги в скандинавской мифологии). В 2002 году Хейердал умер от рака головного мозга, так и не закончив свое исследование (но успев выпустить книгу о нем), — за 10 лет последователей, которые бы этим занялись, не нашлось; однако, в 2006 году путь «Кон-Тики» повторили шестеро смелых, среди которых был его внук. Экологическую экспедицию они посвятили Туру Хейердалу.

Статья о Хейердале в The Free Dictionary

Спустя 101 день плот сел на мель на атолле в Полинезии, и Хейердал считал, что опровергает скептиков, которые утверждали, что такое путешествие невозможно. Хейердал много лет был управляющим партнером группы ISCO и входил в несколько советов директоров, включая партнеров IIC. Совет директоров 11b, 11c, 11f), хотя некоторые из них, найденные Хейердалом и Фердоном (1961), больше. Отвергнутые каждым издателем, к которому он подходит, чтобы напечатать свой необычный тезис, Хейердал в конечном итоге решает, что единственный способ доказать это — это совершить путешествие. сам, как смотрит весь мир.Режиссер Йоахим Роннинг сказал CBS News, что Хейердал считал, что океаны — это дороги, по сути, 1500 лет назад, и он потратил десять лет, пытаясь принять свою теорию, и когда ему никто не поверил, он решил доказать свою правоту. Тур Хейердал и его команда, которые переплыли Тихий океан на плоту из бальзового дерева в 1947 году, чтобы доказать, что моряки из Южной Америки заселили полинезийские острова. Navigateur norvegien Thor Heyerdahl, qui, parti du port de la ville le17 mai 1970 a bord d’un bateau en papyrus baptise RA, atteint les Barbades pres du continent America.НОРВЕЖСКИЙ ПУТЕШЕСТВЕННИК Пересечение Тихого океана Туром Хейердалом из Южной Америки в Полинезию в 1947 году на самодельном плоту из бальзового дерева и последовавшая за ним книга подпитали увлечение исследованием многих поколений. Среди тем — Африканская ассоциация, Антарктида, путешествие Бигль, Гертруда Белл, Джеймс Кук, Жак-Ив Кусто, Чарльз Дарвин, Клуб исследователей, Пустыня Гоби, Тур Хейердал, Международный геофизический год, семья Лики, Экспедиция Льюиса и Кларка, Дэвид Ливингстон и Генри Мортон Стэнли, Александр Маккензи, карты и картографирование, история океанографии, экспедиции Пауэлла, российские исследования, Общество женщин-географов и пилотируемые и беспилотные исследования космоса.Результаты тестов из других стран сообщаются реже, хотя это представляет интерес, поскольку есть некоторые свидетельства того, что оценки SDQ могут варьироваться в зависимости от этнической принадлежности (Achenbach et al., 2008; Sagatun, Lien, Sogaard, Bjertness, & Heyerdahl, 2008; Woerner , Becker, & Rothenberger, 2004). .Ножницы

— Official Raft Wiki

Эта страница на других языках: Español

Ножницы
Очень хорошо режет шерсть.
Требуется
Металлический слиток 1
Петля 1
Лом 2
Описание

Использует

15

Размер штабеля

1

Тип

Инструменты

Shear — это инструмент на плоту.

The Shear необходимо исследовать в таблице исследований. После создания его можно использовать на прирученных ламах, чтобы получить шерсть. Учитывая его низкую долговечность и низкую степень использования, это довольно дорогой предмет, для изготовления которого требуется две металлические руды.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.