Правила поведения в условиях террористических актов: Правила поведения при угрозе террористического акта

Содержание

Внимание! Правила поведения в условиях угрозы террористических актов

Террористический акт не знает заранее своих конкретных жертв, ибо направлен, прежде всего, против государства. Его задача – подчинить государство, его органы, всю общественность, заставить их выполнять требования террористов и стоящих за ними лиц и организаций.

 

 

Существует несколько основных правил поведения в условиях угрозы террористических актов: 
1. Посещая места массового скопления людей, многолюдные мероприятия, следует проявлять осмотрительность и гражданскую бдительность. 
2. Обращайте внимание на оставленные кем-то подозрительные предметы (пакет, коробка, чемодан и т.д.). 
3. Обнаружив что-либо подобное, не трогайте, не вскрывайте, зафиксируйте время, поставьте в известность администрацию, дождаться прибытия полиции (телефон 112). 
4. Если вы услышали выстрелы, находясь дома, каковы должны быть ваши первые действия: не входите в комнату, со стороны которой слышатся выстрелы, не стойте у окна, сообщите по телефону о выстрелах в правоохранительные органы (телефон 112).

 
5. Если вам поступила угроза по телефону, вам необходимо запомнить разговор, оценить возраст говорящего, темп речи, голос, зафиксировать время, обратиться после звонка в правоохранительные органы. 
6. Если рядом прогремел взрыв, рекомендуется упасть на пол, убедиться в том, что не получил серьезных ран, осмотреться, постараться по возможности оказать первую медицинскую помощь, выполнять все распоряжения спасателей. 
7. Если вы оказались в числе заложников, то нужно помнить, что главная ваша цель – остаться в живых. Не допускайте истерик, не пытайтесь оказать сопротивление. Ничего не предпринимайте без разрешения, помните – спецслужбы начали действовать. 
8. Если вы заметили что-то неладное: вам начинают аккуратно внушать новые установки с учетом ваших особенностей, фобий или потребностей – вас вербуют, ограничьте доступ к своим страницам в социальных сетях! 

По данным МВД России, в среднем до 80 % участников группировок экстремистской направленности составляют лица в возрасте от 15 до 30 лет.

Большинство молодежных экстремистских группировок носят неформальный характер. Современные экстремисты активно используют все возможности средств массовой информации и формируют целые команды по работе. Играют на любопытстве, максимализме молодых людей. Будьте бдительны!

Правила поведения при угрозе совершения террористического акта

Терроризм в любых формах своего проявления превратился в одну из самых опасных проблем, с которыми человечество вошло в XXI столетие. К террористическому акту невозможно подготовиться заранее, поэтому следует всегда быть настороже.

Общие рекомендации

- обращайте внимание на подозрительных людей, предметы, на любые подозрительные мелочи;

- сообщайте обо всем подозрительном сотрудникам правоохранительных органов;

- никогда не принимайте от незнакомцев пакеты и сумки, не оставляйте свой багаж без присмотра;

- у семьи должен план действий в чрезвычайных обстоятельствах, у всех членов семьи должны быть номера телефонов, адреса электронной почты

- необходимо назначить место встречи, где Вы сможете встретиться с членами вашей семьи в экстренной ситуации;

- в случае эвакуации, возьмите с собой набор предметов первой необходимости и документы;

- всегда узнавайте, где находятся резервные выходы из помещения;

- в доме необходимо укрепить и опечатать входы в подвалы и на чердаки, установить домофон, освободить лестничные клетки и коридоры от загромождающих предметов;

- организовать дежурство жильцов вашего дома, которые будут регулярно обходить здание, наблюдая, все ли в порядке, обращая особое внимание на появление незнакомых лиц и автомобилей, разгрузку мешков и ящиков

- если произошел взрыв, пожар, землетрясение, никогда не пользуйтесь лифтом;

- старайтесь не поддаваться панике, что бы ни произошло.

При угрозе терракта:

- всегда контролируйте ситуацию вокруг себя, особенно когда находитесь на объектах транспорта, культурно - развлекательных, спортивных и торговых центрах;

-при обнаружении забытых вещей, не трогая их, сообщите об этом водителю, сотрудникам объекта, службы безопасности, органов милиции. Не пытайтесь заглянуть внутрь подозрительного пакета, коробки, иного предмета;

- не подбирайте бесхозных вещей, как бы привлекательно они не выглядели. В них могут быть закамуфлированы взрывные устройства (в банках из-под пива, сотовых телефонах и т.п.). Не пинайте на улице предметы, лежащие на земле;

- если вдруг началась активизация сил безопасности и правоохранительных органов, не проявляйте любопытства, идите в другую сторону, но не бегом, чтобы Вас не приняли за противника;

- при взрыве или начале стрельбы немедленно падайте на землю, лучше под прикрытие (бордюр, торговую палатку, машину и т.п.). Для большей безопасности накройте голову руками;

- случайно узнав о готовящемся теракте, немедленно сообщите об этом в правоохранительные органы;

- если Вам стало известно о готовящемся или совершенном преступлении, немедленно сообщите об этом в органы ФСБ или МВД.

Правила поведения в общественных местах и при возникновении террористического акта

Версия портала для слабовидящих включает в себя: возможность изменения размеров шрифта, выбора цветовой схемы, а также содержит функцию «включить / выключить» изображения.

Посетитель портала может настраивать данные параметры после перехода к версии для слабовидящих.

Используя настройку «Размер шрифта», можно выбрать один из трех предлагаемых размеров шрифта.
При помощи настройки «Цветовая схема» пользователь может установить наиболее удобную для него цветовую схему портала (бело-черная, черно-белая и фиолетово-желтая).

Нажав кнопку «Выкл.» / «Вкл.» можно включить или выключить показ изображений, размещенных на портале. При выключении функции «Изображения», на месте изображений появится альтернативный тест.

Все настройки пользователя автоматически сохраняются в cookie браузера и используются для отображения страниц при каждом визите на сайт, при условии, что посетитель портала не выходил из текущей версии.

По умолчанию выбираются следующие параметры: размер шрифта – 22px, бело-черная цветовая схема и включенные изображения.

Для того чтобы вернуться к обычной версии, необходимо нажать на иконку.

Увеличить размер текста можно воспользовавшись другими способами: 

Включение Экранной лупы Windows: 

1. Через меню Пуск:

Пуск → Все программы → Стандартные → Специальные возможности → Экранная лупа.

2. Через Панель управления:

Панель управления → Специальные возможности → Центр специальных возможностей → Включить экранную лупу.

3. С помощью сочетания клавиш «Windows и ”+”».

Использование сочетания клавиш:

1. В браузерах Internet Explorer, Mozilla Firefox, Google Chrom, Opera используйте сочетание клавиш Ctrl + "+" (увеличить), Ctrl + "-" (уменьшить).

2. В браузере Safari используйте сочетание клавиш Cmd + "+" (увеличить), Cmd + "-" (уменьшить).

Настройка высокой контрастности на компьютере возможна двумя способами:

1. Через Панель управления:

Пуск → Все программы → Стандартные → Центр специальных возможностей → и выбираете из всех имеющихся возможностей «Настройка высокой контрастности».

2. Использование «горячих клавиш»: 

Shift (слева) + Alt (слева) + Print Screen, одновременно.

 

Лекция на тему: «Правила безопасного поведения при угрозе террористического акта» | Республика Северная Осетия

 

Сотрудники Центра по противодействию экстремизму МВД по РСО-Алания 19 октября 2018 года провели лекцию с методическим объединением преподавателей ОБЖ школ города Владикавказа на тему: «Правила безопасного поведения при угрозе террористического акта».

Мероприятие проходило в школе №6.
В ходе лекций сотрудники Центра по противодействию экстремизму МВД по РСО-Алания напомнили присутствующим о различных террористических актах, которые совершались на территории республики в разные годы, а затем, вместе с педагогами, рассмотрели основные правила, которые необходимо соблюдать в случае попытки совершения теракта. Помимо теоретических материалов, преподавателям показали профилактический видеофильм, в котором подробно описывались различные виды террористических актов и рассказывалось, как возможно не допустить из них.
Правоохранители довели до присутствующих, какая ответственность предусмотрена за совершение преступлений террористического и экстремистского характера, в том числе посредством сети «Интернет».
«Это очень злободневная тема. Мы много о ней говорим и на уроках, и вне занятий, но возвращаться к этой теме еще раз никогда не будет лишним. Подобные лекции я считаю нужно проводить регулярно. И очень интересно, когда привлекаются такие специалисты, как сотрудники Центра по противодействую экстремизму МВД.
Этот опыт поможет педагогам более доходчиво объяснять учащимся школ об опасности, которую представляет собой терроризм и экстремизм в реалиях современного общества», - отметил преподаватель истории и ОБЖ школы №18 Юрий Татров.
Присутствующие во главе с руководителем методического объединения преподавателей ОБЖ школ города Владикавказа Борисом Дунаевым поблагодарили сотрудников МВД за познавательную лекцию и отметили, что хотели бы проводить подобные мероприятия на регулярной основе.
«Такие мероприятия очень полезны для учителей, для того, чтобы понять, в каком виде лучше преподать детям основные правила безопасного поведения при угрозе совершения террористического акта. Благодарим Министерство внутренних дел за то, что пришли, прочитали такую интересную лекцию. Думаю, это была не последняя подобная встреча», - заключил Борис Викторович.

Статус материала:

  • Дата публикации:
    25.10.2018, 14:43
  • Дата последнего изменения:
    25.10.2018, 17:45

Барнаульцам рассказали о правилах поведения при угрозе террористических актов БАРНАУЛ :: Официальный сайт города

Порядок приема и рассмотрения обращений

Все обращения поступают в отдел по работе с обращениями граждан организационно-контрольного комитета администрации города Барнаула и рассматриваются в соответствии с Федеральным Законом от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», законом Алтайского края от 29. 12.2006 № 152-ЗС «О рассмотрении обращений граждан Российской Федерации на территории Алтайского края», постановлением администрации города Барнаула от 21.08.2013 № 2875 «Об утверждении Порядка ведения делопроизводства по обращениям граждан, объединений граждан, в том числе юридических лиц, организации их рассмотрения в администрации города, органах администрации города, иных органах местного самоуправления, муниципальных учреждениях, предприятиях».

Прием письменных обращений граждан, объединений граждан, в том числе юридических лиц принимаются по адресу: 656043, г.Барнаул, ул.Гоголя, 48, каб.114.

График приема документов:

 понедельник –четверг с 08.00 до 17.00пятница с 08.00 до 16.00, перерыв с 11.30 до 12.18. При приеме документов проводится проверка пунктов, предусмотренных ст.7 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»:

1. Гражданин в своем письменном обращении в обязательном порядке указывает либо наименование государственного органа или органа местного самоуправления, в которые направляет письменное обращение, либо фамилию, имя, отчество соответствующего должностного лица, либо должность соответствующего лица, а также свои фамилию, имя, отчество (последнее — при наличии), почтовый адрес, по которому должны быть направлены ответ, уведомление о переадресации обращения, излагает суть предложения, заявления или жалобы, ставит личную подпись и дату.

2.  В случае необходимости в подтверждение своих доводов гражданин прилагает к письменному обращению документы и материалы либо их копии.

3.  Обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в форме электронного документа, подлежит рассмотрению в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В обращении гражданин в обязательном порядке указывает свои фамилию, имя, отчество (последнее — при наличии), адрес электронной почты. Гражданин вправе приложить к такому обращению необходимые документы.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу рассматривается в течение 30 дней со дня его регистрации.

Ответ на электронное обращение направляется в форме электронного документа по адресу электронной почты, указанному в обращении, или в письменной форме по почтовому адресу, указанному в обращении.

Итоги работы с обращениями граждан в администрации города Барнаула размещены на интернет-странице организационно-контрольного комитета.

Официальный сайт Владимирской школы - Правила поведения при угрозе террористического акта

 

Разработка урока по ОБЖ

Учитель: Цыганов В.М.

Тема урока: « Правила поведения при угрозе террористического акта»

Цель урока: Познакомить учащихся с правилами безопасного поведения в различных ситуациях террористического характера.

Задачи:

1.Познакомить учащихся с наиболее опасными террористическими актами.

2.Познакомить учащихся с признаками угрозы взрыва.

3.Обсудить с учащимися правила безопасного поведения при следующих ситуациях:

- если произошел взрыв

- если вас завалило обломками стен

- обеспечение безопасности при перестрелке

1.                 Оргмомент

    Актуализация знаний учащихся по пройденной теме: « Система борьбы с терроризмом» .

 

На прошлом уроке мы с вами говорили о системе борьбы с терроризмом.

- Какие формы борьбы с терроризмом существуют в мировой практике?

- В каких случаях проводится контртеррористическая операция?

- Какие силы и средства могут привлекаться для проведения контртеррористической  операции?

- Какая уголовная ответственность предусмотрена за участие в террористической деятельности?

2.                Сообщение темы урока

Сегодня мы с вами продолжим говорить о терроризме.

Познакомимся с правилами поведения при угрозе террористического

акта.

( Откройте тетради, запишите число и тему урока : « Правила поведения при угрозе террористического акта».

Цель урока: Познакомимся с правилами безопасного поведения в различных ситуациях террористического характера.

План урока

1.Правила безопасного поведения при угрозе взрыва и при взрыве.

2.Обеспечение безопасности в случае захвата в заложники или похищении.

3.Обеспечение безопасности при перестрелке.

4.Порядок приема сообщений , содержащих угрозы террористического характера по телефону.

Вводное слово учителя

Террористы сегодня ведут войну против мирных граждан практически на всех континентах. Захват заложников или взрыв с большим числом пострадавших, к сожалению, перестали быть уникальными событиями.

Не обошла эта беда и Россию – все мы помним трагические ситуации последних лет, горе и возмущение наших сограждан. В настоящее время специалистами   федеральных служб, занимающими борьбой с террором, разработаны рекомендации для населения страны по правилам поведения при угрозе возникновения террористических актов и при террористических актах.

 К наиболее опасным террористическим актам можно отнести:

- Взрывы в местах массового скопления людей.

- Захват воздушных и морских судов, автомашин и других транспортных средств, удерживание в них заложников.

- Похищение людей с целью получения выкупа и угроза физического уничтожения заложника.

- Воздействие на опасные промышленные объекты ( например: химически опасные производства, атомные электростанции, арсеналы и другие опасные военные объекты, разрушение которых или нарушение их работы может вызвать массовое поражение людей.)

- Отравление систем водоснабжения, продуктов питания, искусственное распространение возбудителей инфекционных заболеваний.

- Искусственное заражение местности радиоактивными отходами.

4.Знакомство с правилами поведения при возможной опасности взрыва.

Признаками  угрозы взрыва являются :

1).обнаружение подозрительного предмета , который может оказаться самодельным взрывным устройством.

Если вы обнаружили подозрительный предмет – не оставляйте этот факт без внимания.

А) в общественном транспорте.

Опросите людей, находящихся рядом, постарайтесь установить принадлежность предмета ( сумки и т.д.) или кто мог его оставить.

Если хозяин не установлен, немедленно сообщите о находке водителю.

Б.) В подъезде своего дома:

Опросите соседей, возможно он принадлежит им .

Если владелец не установлен – немедленно сообщите о находке в ваше  отделение милиции.

В.) В администрации ( учреждение)

Немедленно сообщите о находке руководителю учреждения.

Во всех перечисленных случаях:

- не трогайте , не вскрывайте и не передвигайте находку.

- зафиксируйте время обнаружения находки.

- постарайтесь сделать так, чтобы люди отошли как можно дальше от опасной находки.

- обязательно дождитесь прибытия оперативно – следственной группы.

- не забывайте, что вы являетесь основным очевидцем.

Помните!

Внешний вид предмета может скрывать его настоящее назначение .В качестве камуфляжа для взрывных устройств используются : обычные сумки, пакеты, свертки, коробки , игрушки т.д.

        5.Работа с книгой

Самостоятельная работа.

  1. Самостоятельно прочитайте признаки опасности взрыва – стр.113 « Рубрика  -  «Это должен знать каждый»

Какие признаки еще вы дополните? ( устные ответы детей).

2.Чтение цепочкой правила « Как вести себя, если произошел взрыв».

Стр.115.

6. Знакомство с ситуацией « Если вас завалило обломками стен».

Как вы будете себя вести?

А).Самостоятельная работа с книгой.

Прочитайте рекомендации специалистов – стр.115.

- Что вам советуют специалисты? ( устные ответы детей).

7. Знакомство с ситуацией « В случае захвата в заложники».

Если вы оказались в заложниках:

- не допускайте действий, которые смогут спровоцировать нападающих к применению оружия;

- переносите оскорбления, унижения, не смотрите в глаза преступникам, не ведите себя вызывающе.

- выполняйте требования преступников, не возражайте им, не рискуйте жизнью своей и окружающих, не допускайте истерики и паники;

- прежде чем что-либо сделать, спрашивайте разрешения ( встать, пить, сесть и т.д.)

- если вы ранены, постарайтесь не двигаться, этим вы предотвратите дополнительную потерю крови.

 

8.Знакомство с правилами поведения «При нападении с целью похищения».

Работа с книгой – стр.117. – чтение цепочкой.

Учитель: От вашей выдержки и умения ориентироваться в сложной обстановке зависит успех вашего освобождения.

9. Знакомство с правилами « Как вести себя при перестрелке».

Работа с книгой – стр. 120 – чтение цепочкой.( вслух)

10.Знакомство о порядке приема сообщений, содержащих угрозу террористического характера по телефону.

- постарайтесь дословно запомнить разговор и зафиксировать его на бумаге.

- по ходу разговора отметьте пол, возраст, особенно речь звонившего ( голос, темп речи, манера речи, произношение и т.д.).

- Отметьте звуковой фон ( шум, звуки, голос),

- Отметьте характер звонка ( городской или междугородний).

- Зафиксируйте точное время начала разговора и его продолжительность.

- При наличии на вашем телефонном аппарате автомата определение номера – запишите определившийся номер в тетрадь.

11.Закрепление изученного

 - Какие террористические акты относятся к наиболее опасным?

- Какое значение придается бдительности и наблюдательности граждан и своевременному информированию представителей правоохранительных органов о замеченных признаках возможного теракта?

- Как вы думаете , от каких личных качеств заложника, зависит успех его  освобождения ?

- Какой крупнейший террористический акт был организован вооруженными формированиями в Северной Осетии в сентябре 2004 года?

12. Итог урока

Оценки за работу на уроке учащимся.

Вывод: Успех в борьбе с терроризмом возможен только в том случае, если все граждане страны будут проявлять бдительность и наблюдательность, своевременно информировать правоохранительные органы и спец.подразделения о замеченных признаках возможного теракта.

Презентация к уроку 

 

РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ПРАВИЛАМ ПОВЕДЕНИЯ ПРИ УГРОЗЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА


РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ПРАВИЛАМ ПОВЕДЕНИЯ УЧАЩИХСЯ, ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ И ПЕРСОНАЛА ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ПРИ УГРОЗЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА, А ТАКЖЕ В СЛУЧАЕ ОБНАРУЖЕНИЯ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫХ ПРЕДМЕТОВ

ОБЩИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ДЕЙСТВИЯМ ПРИ УГРОЗЕ СОВЕРШЕНИЯ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА

Цель данных рекомендаций ─ помочь гражданам правильно ориентироваться и действовать в экстремальных и чрезвычайных ситуациях, а также обеспечить создание условий, способствующих расследованию преступлений. Любой человек должен точно представлять свое поведение и действия в экстремальных ситуациях, психологически быть готовым к самозащите.

Обращайте особое внимание на появление незнакомых лиц и автомобилей, разгрузку мешков и ящиков подозрительных людей, на любые подозрительные предметы и мелочи, обо всем подозрительном незамедлительно сообщайте руководству учреждения образования и в правоохранительные органы.

Никогда не принимайте от незнакомцев пакеты и сумки, не оставляйте свои вещи без присмотра.

У всех (учащихся, преподавателей и персонала образовательных учреждений)должны быть номера телефонов (собственные, родителей и близких), адреса электронной почты, на случай возникновения чрезвычайных обстоятельств

Необходимо знать, где в образовательном учреждении находятся запасные (резервные) выходы из помещений, а также где размещены схемы и планы эвакуации.

Входы в подвалы и на чердак и на объектах образования должны быть закрыты и опечатаны, пути эвакуации (лестницы, коридоры) - освобождены от загромождающих предметов.

Технические средства обеспечения безопасности (системы видеонаблюдения, «тревожные» кнопки, системы пожарной сигнализации, домофоны) должны быть включены и находиться в исправном состоянии.

ДЕЙСТВИЯ ПРИ УГРОЗЕ СОВЕРШЕНИЯ
ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА

Всегда контролируйте ситуацию вокруг себя, особенно в местах массового пребывания граждан.

При обнаружении забытых вещей, не трогая их, сообщите об этом, сотрудникам объекта образования, службы охраны, полиции.

Не пытайтесь заглянуть внутрь подозрительного пакета, коробки, иного предмета.

Не подбирайте бесхозных вещей, как бы привлекательно они не выглядели.
В них могут быть закамуфлированы взрывные устройства (в сотовых телефонах, банках из-под лимонада, сока и т.п.).

Не пинайте на улице предметы, лежащие на земле.

Если вдруг началась активизация сил безопасности и правоохранительных органов, не проявляйте любопытства, идите в другую сторону, но не бегом, чтобы вас не приняли за противника.

При взрыве или начале стрельбы немедленно падайте на землю, лучше под прикрытие (бордюр, торговую палатку, машину и т.п.). Для большей безопасности накройте голову руками.

Случайно узнав о готовящемся теракте, немедленно сообщите об этом в правоохранительные органы.

ОБНАРУЖЕНИЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНОГО ПРЕДМЕТА, КОТОРЫЙ МОЖЕТ

ОКАЗАТЬСЯ ВЗРЫВНЫМ УСТРОЙСТВОМ
Если обнаруженный предмет не должен, по вашему мнению, находиться в этом месте, не оставляйте этот факт без внимания.

Если вы обнаружили неизвестный предмет в учреждении:

немедленно сообщите о находке администрации образовательного учреждения или охране (дежурному персоналу).

не трогайте, не передвигайте, не вскрывайте обнаруженный предмет;
зафиксируйте время обнаружения предмета;

постарайтесь сделать все возможное, чтобы люди отошли как можно дальше от находки;
обязательно дождитесь прибытия оперативно-следственной группы (помните, что вы являетесь очень важным очевидцем).

Помните: внешний вид предмета может скрывать его настоящее назначение. В качестве камуфляжа для взрывных устройств используются самые обычные бытовые предметы: сумки, пакеты, коробки, игрушки и т.п.

Родители и педагоги! Вы отвечаете за жизнь и здоровье ваших детей. Разъясните детям, что любой предмет, найденный на улице или в подъезде, может представлять опасность.

не предпринимайте самостоятельно никаких действий с находками или подозрительными предметами, которые могут оказаться взрывными устройствами, это может привести к их взрыву, многочисленным жертвам и разрушениям.

ДЕЙСТВИЯ ПРИ ПОЛУЧЕНИИ

ИНФОРМАЦИИ ОБ ЭВАКУАЦИИ

Сообщение об эвакуации может поступить не только в случае обнаружения взрывного устройства и ликвидации последствий террористического акта, но и при пожаре, и иных ЧС.

Получив сообщение от руководства образовательного учреждения, представителей властей или правоохранительных органов о начале эвакуации, соблюдайте спокойствие и четко выполняйте их команды.

Не допускайте паники, истерики и спешки. Помещения, классы и учебные кабинеты покидайте организованно.

Если произошел взрыв, пожар, землетрясение, никогда не пользуйтесь лифтом.
Старайтесь не поддаваться панике, что бы ни произошло.

Возвращайтесь в покинутое помещение только после разрешения ответственных лиц.

Помните, что от согласованности и четкости ваших действий будет зависеть жизнь и здоровье многих людей!

Понимание терроризма

Определить, что толкает людей к терроризму, - непростая задача. Во-первых, террористы вряд ли станут добровольцами в качестве подопытных, а изучение их действий издалека может привести к ошибочным выводам. Более того, террорист одной группы является борцом за свободу другой группы, что подтвердят миллионы арабов, поддерживающих палестинских террористов-смертников.

Принимая во внимание эти сложности, психология терроризма больше связана с теорией и мнениями, чем с хорошей наукой, признают исследователи. Но ряд психологов начинают собирать достоверные данные. Они считают, что в целом более полезно рассматривать терроризм с точки зрения политической и групповой динамики и процессов, а не индивидуальных, и что универсальные психологические принципы, такие как наш подсознательный страх смерти и наше стремление к значению и личной значимости, могут помочь объяснять некоторые аспекты террористических действий и нашу реакцию на них.

В конечном итоге такая информация может помочь в сложных поисках предотвращения терроризма.Выводы психологов предполагают, что, например, ослабление страха людей перед культурным уничтожением, демонстрация нашей общей человечности или демонстрация несоответствия между мечтой и реальностью причастности к терроризму может удержать потенциальных террористов от обращения к насилию.

На самом деле, идея о том, что террористов можно отговорить от совершения насилия с помощью мирного диалога и протянув руку помощи, больше не является несбыточной мечтой идеалиста, а фактически является целью растущего числа программ «дерадикализации» во всем мире, говорит социальный психолог Арье Круглански, доктор философии, содиректор Национального консорциума по изучению терроризма и мер реагирования на терроризм, или START, одного из нескольких университетских центров передового опыта, созданных в соответствии с Законом о внутренней безопасности 2002 года.

«Хотя по-прежнему существует большая потребность в оценке этих программ, - говорит Круглански, изучающий некоторые из этих программ, - в некоторых случаях, кажется, есть некоторые подлинные успехи».

Приманка ужаса

В течение многих лет психологи изучали индивидуальные особенности террористов, выискивая ключи, которые могли бы объяснить их готовность к насилию. Хотя теперь исследователи согласны с тем, что большинство террористов не являются «патологами» в любом традиционном смысле, несколько важных выводов были почерпнуты из интервью с примерно 60 бывшими террористами, проведенного психологом Джоном Хорганом, доктором философии, который руководит Международным центром изучения болезней Университета штата Пенсильвания. Терроризм.

Хорган обнаружил, что люди, которые более открыты для вербовки и радикализации террористов, как правило:

  • Почувствуйте злость, отчужденность или бесправие.

  • Считают, что их нынешнее политическое участие не дает им силы для реальных изменений.

  • Отождествляйте себя с предполагаемыми жертвами социальной несправедливости, с которой они борются.

  • Почувствуйте необходимость действовать, а не просто говорить о проблеме.

  • Считаю, что насилие над государством не аморально.

  • Пусть к делу сочувствуют друзья или родственники.

  • Считайте, что присоединение к движению дает социальные и психологические награды, такие как приключения, дух товарищества и обостренное чувство идентичности.

Помимо индивидуальных характеристик террористов, Хорган понял, что более плодотворно исследовать, как люди меняются в результате участия террористов, чем просто спрашивать, почему они вообще входят.Он обнаружил, что это потому, что вопрос «почему» имеет тенденцию давать стандартные, идеологические ответы, а вопрос о том, как раскрывается важная информация о процессах входа, участия и выхода из организаций. Потенциальные области, к которым можно обратиться, включают изучение бесчисленных способов присоединения людей к организациям, будь то набор персонала или личное решение; как лидеры влияют на решение людей взять на себя определенные роли, например, прославляя роль террориста-смертника; и факторы, побуждающие людей уйти.

В свою очередь, такие данные могут помочь создать правдоподобные вмешательства, говорит он.Например, исходя из того, что он узнал о том, почему люди уходят из организаций, особенно многообещающей стратегией может быть выделение того, что обещанный гламурный образ жизни никогда не сбывается - опыт, горько описанный бывшим террористом, ныне скрывающимся. Мужчина сказал Хоргану, что в подростковом возрасте его заманили в движение, когда вербовщики романтизировали это дело. Но вскоре он обнаружил, что его товарищи придерживаются сектантских ценностей, а не идеалистических, которые у него были, и он был в ужасе, когда убил свою первую жертву в упор.

«Эти дети не могут поверить в реальность участия», - говорит Хорган. «Разговор с раскаивающимися бывшими террористами, у многих из которых есть кровь на руках, дает исключительную возможность использовать собственные слова и действия террористов против них».

Некоторые психологи считают, что терроризм наиболее точно рассматривается через политическую призму. Психолог Кларк Макколи, доктор философии, соисследователь в START и директор Центра изучения этнополитических конфликтов Соломона Аша в колледже Брин-Мор, пришел к выводу, что терроризм - это «война слабых» - средство, с помощью которого группы, которым не хватает материальная или политическая власть борется с тем, что они считают репрессивными силами.По сути, он считает, что террористические действия и реакция правительства на них представляют собой динамическое взаимодействие, при котором действия одной группы влияют на действия другой. В качестве одного примера, если террористы совершают нападение, а государство использует крайнюю силу, чтобы послать наказывающий сигнал, террористы могут использовать это действие для разжигания антигосударственных настроений среди граждан, оправдывая свои следующие действия. Тем не менее, по его словам, исследования сосредоточены почти исключительно на террористических действиях и не учитывают другую важную сторону уравнения.«Если вы не можете следить за тем, что мы делаем в ответ, как вы можете надеяться выяснить, что работает лучше или хуже?» - говорит Макколи.

Роль культурных ценностей

Как ни парадоксально, бессознательный страх смерти может лежать в основе большей части мотивации терроризма и реакции на терроризм, утверждает психолог Том Пищински, доктор философии из Университета Колорадо в Колорадо-Спрингс. Вместе с коллегами Джеффом Гринбергом, доктором философии, и Шелдоном Соломоном, доктором философии, Пищински разработал «теорию управления терроризмом», согласно которой люди используют культуру и религию, чтобы защитить себя от страха смерти, который находится на грани осознания.

В десятках исследований команда вызывала мысли о смерти, подсознательно предъявляя людям стимулы, связанные со смертью, или вставляя задание на отсрочку и отвлечение между напоминанием о смерти и оценкой людьми ее последствий. Это подсознательное побуждение побуждает людей психологически защищаться от смерти способами, которые имеют мало поверхностного отношения к проблеме смерти, как выяснила команда Пищинского. К ним относятся цепляние за свою культурную самобытность, упорный труд, чтобы жить в соответствии с ценностями своей культуры, и делать все возможное, чтобы защитить эти ценности. (И наоборот, исследователи показали, что побуждение людей к сознательному размышлению о своей смертности увеличивает их намерение участвовать в улучшающих жизнь образах поведения, таких как упражнения.)

Чтобы проверить, применима ли теория к конфликту между Ближним Востоком и Западом, команда Пищинского провела ряд исследований в США, Иране и Израиле. Во всех трех странах люди, которым тонко напомнили об их смертности и, таким образом, были настроены сильнее цепляться за свою групповую идентичность, с большей вероятностью поддерживали насилие против чужой группы.Иранцы были более склонны поддерживать теракты террористов-смертников против жителей Запада. Американцы с большей вероятностью выступали за использование военной силы для борьбы с исламскими экстремистами, даже если это означало убийство тысяч мирных жителей. Израильтяне более склонны мириться с насилием против палестинцев. Результаты исследований кратко изложены в статье в журнале «Поведенческие науки о терроризме и политической агрессии» (том 1, № 1).

Дальнейшее исследование, проведенное содиректором СНВ Круглански, проливает свет на роль "коллективистского мышления" в терроризме.Его опросы тысяч людей в 15 арабских и других странах показали, что мусульмане с более коллективистским менталитетом с большей вероятностью поддержат террористические атаки против американцев, чем мусульмане с более индивидуалистическими взглядами. Исследование, представленное в «Политическая психология», также показало, что чем ниже люди сообщают о личном успехе в жизни, тем сильнее они склонны поддерживать коллективистские идеи и поддерживать нападения на американцев. Полученные данные свидетельствуют о том, что присоединение к террористическим группам может дать чувство безопасности и означать, что люди не ощущают себя личностями, говорит Круглански.

«Причастность к коллективистскому делу всегда была отличительной чертой людей, готовых пойти на личные жертвы», - говорит он.

В более глобальном смысле страх культурного уничтожения может способствовать разжиганию террористических настроений, говорит психолог и эксперт по терроризму Фатали Могхаддам, доктор философии с факультета психологии Джорджтаунского университета. В статье «Как глобализация стимулирует терроризм: односторонние преимущества единого мира и почему это способствует насилию» (Praeger, 2008) Могаддам утверждает, что быстрая глобализация вынудила различные культуры вступить в контакт друг с другом и угрожает господством или исчезновением некоторых групп - культурный вариант «выживания сильнейшего».«

«Исламский терроризм можно истолковать как одну из форм реакции на восприятие фундаменталистского образа жизни, который подвергается нападкам и вот-вот исчезнет», - говорит он.

Из-за таких убеждений психологи отслеживают общественное мнение, чтобы определить, как лучше всего способствовать миру. Пищинки, например, провел еще неопубликованное исследование, показывающее, что отношение людей к насилию вне группы можно изменить, если им напомнить об общей человеческой проблеме.В двух недавних исследованиях его команды американцы, справляющиеся с «войной с террором», и палестинцы в разгар израильских бомбардировок были настроены думать либо о локальной катастрофе, либо о глобальном потеплении. Некоторые также получили напоминания о собственной смертности. В обоих исследованиях только те, кто был озабочен мыслями о смерти и глобальном потеплении, увеличили свою поддержку миротворческой деятельности.

«Действительно обнадеживает то, что даже в разгар конфликта с вашим собственным народом напоминания о смертности и общем деле уменьшают поддержку войны и увеличивают поддержку миротворчества», - говорит Пищинки.

Изучение дерадикализации

В реальном мире психологи также изучают эффективность инициатив, предпринимаемых в таких странах, как Египет, Ирак, Саудовская Аравия, Сингапур и Соединенное Королевство, которые стремятся смягчить сердца и умы задержанных террористов. В предварительном исследовании Круглански и его коллеги отмечают, что многие из этих программ имеют общий доступ:

  • Интеллектуальная составляющая, часто включает умеренных мусульманских священнослужителей, которые ведут диалоги с заключенными в тюрьму об истинных учениях Корана о насилии и джихаде.

  • Эмоциональный компонент , который ослабляет гнев и разочарование заключенных, проявляя искреннюю заботу о своих семьях, используя такие средства, как финансирование образования их детей или предложение профессионального обучения их женам. Этот аспект также основан на том факте, что задержанные устали от своего образа жизни и заключения.

  • Социальный компонент , который касается того факта, что заключенные часто возвращаются в общества, которые могут возродить их радикальные убеждения.Программа в Индонезии, например, использует бывших боевиков, которые теперь являются законопослушными гражданами, чтобы убедить бывших террористов в том, что насилие над мирным населением ставит под угрозу имидж ислама.

Некоторые из этих усилий уже оказались многообещающими, - говорит Круглански. Например, крупнейшая радикальная исламская группировка Египта Аль-Гамаа аль-Исламия отказалась от кровопролития в 2003 году в результате сделки, заключенной при посредничестве мусульманского поверенного между группой и египетским правительством, и программы, в которой мусульманские ученые обсуждали с заключенными лидеры группы об истинном значении ислама. В результате лидеры написали 25 томов, аргументирующих ненасилие, и с тех пор группа не совершала новых террористических актов, говорит Круглански. Вторая крупная египетская группировка, «Аль-Джихад», отказалась от насилия в 2007 году на основе аналогичной программы.

Пять других подобных инициатив в Северной Ирландии, Йемене, Саудовской Аравии, Индонезии и Колумбии изучаются Хорганом из Университета штата Пенсильвания. Его еще не опубликованное исследование предлагает структуру, которую политики могут использовать для оценки этих программ, включая изучение того, как каждое усилие концептуализирует и измеряет успех, а также оценку реальности и практического значения этих заявлений об успехе.

Учитывая его собственный опыт общения с бывшими террористами, Хорган осторожен в отношении того, чего ожидать от этих программ. В своем недавнем исследовании он обнаружил, что некоторые из этих усилий не только не имеют четких критериев для определения того, что составляет «успех», но и что фактическая дерадикализация редко является особенностью таких программ - бывшие террористы могут воссоединиться с обществом и удержаться от участия в террористических актах, но сохраняют свои радикальные убеждения.

«Нет никаких доказательств того, что отказ от терроризма обязательно приводит к дерадикализации», - утверждает он.

Команда Круглански обещает пролить больше света на эту проблему с помощью разрабатываемого ими инструмента оценки, который будет определять изменение отношения у тех, кто прошел такие программы, включая измерение неявного изменения отношения, которое более точно отражает их истинные чувства, чем просто то, что, по их мнению, является дело.

Из-за большого разнообразия типов программ и культурных и социальных условий, в которых они реализуются, необходимо, чтобы успешные усилия разрабатывали каждую программу на индивидуальной основе, добавляет исследователь терроризма Макс Тейлор, доктор философии из Университета. Св.Эндрюс и соредактор с Хорганом книги «Будущее терроризма» (Рутледж, 2000).

«Одна большая проблема с политикой терроризма в целом состоит в том, что она имеет тенденцию интерпретировать вещи с нашей точки зрения, основываясь на том, что имеет для нас смысл», - говорит Тейлор. «Проблема не в этом: проблема в том, что имеет смысл для людей на местах».


Тори ДеАнджелис, писатель из Сиракуз, штат Нью-Йорк

Этика

и глобальная война с террором: можно ли бороться с конфликтами с негосударственными структурами справедливо?

Хотя существует множество подходов к этике войны, законы войны уходят корнями в западную традицию, которая рассматривает войну как нечто, чего следует избегать и что совершенно отличается от мира.Если войны нельзя избежать, то ее следует ограничить соображениями справедливости. Справедливые войны ограничены по своим причинам, целям, продолжительности и ведению; они не должны идти на до бесконечности , без видимого конца.

Jus ad bellum вопросов касаются законной власти, что обычно означает, что только суверенные государства могут вести войну с целью восстановления мира. Месть, справедливость или обращение в религию больше не являются надлежащими целями. Единственная справедливая причина - это самооборона, понимаемая как ответ на вооруженное нападение, которое является фактическим или неизбежным в том смысле, что оно уже началось.Дальнейшие условия включают опасения, такие как: последнее средство, были испробованы другие варианты; есть хорошие шансы на успех, сила будет действенной, цели могут быть достигнуты; что война нужна, больше ничего не получится; и соразмерность целей - даже справедливая война наносит некоторый вред, поэтому общее благо войны должно перевешивать этот вред.

Если война оправдана, ее ведение должно быть ограничено принципами различения и соразмерности, различения между комбатантами и некомбатантами или боевиками, а также должной осторожностью, чтобы попытаться ограничить ущерб последним и избежать неоправданного уничтожения.Правосудие после войны сосредотачивается на индивидуальной и государственной ответственности за акты агрессии.

Традиция справедливой войны оставляет все эти соображения на столе. В общем, эта традиция сложна и всеобъемлюща, гибка и влиятельна. Он также менее точен, чем закон. Итак, если мы спрашиваем, может ли контртеррористическая война быть справедливой, мы должны задаться вопросом, необходима ли такая война и может ли она быть ограничена по причинам, целям, продолжительности и ведению.

Я собираюсь обсудить этику контртеррористической войны с помощью особой тактики: а именно, использования целенаправленных смертельных ударов, будь то крылатые ракеты, пилотируемые самолеты или беспилотные летательные аппараты (на сегодняшний день большинство этих ударов проводится с помощью беспилотных летательных аппаратов).Цель ударов - убить лидеров военных организаций, снизить их возможности атаковать США и их союзников. С 2002 года количество ударов дронов в год, их местоположения и типы людей, считающихся законными целями, увеличились. Эти удары теперь не столько о возмездии против «Аль-Каиды» за 9/11, сколько о предотвращении потенциальных атак «Аль-Каиды» и других организаций в США и за рубежом. Удары дронов считаются четкими и соразмерными.Их защитники утверждают, что удары хирургически точны. Если все пойдет хорошо, они поймают плохого парня и не причинят вреда невиновным. Теоретически можно внимательно относиться к дискриминации при выборе цели и при нанесении отдельных ударов дронов. Надлежащая забота о жизни гражданского населения и минимизация вреда гражданскому населению уже являются ключевыми критериями. После Дрездена, Токио и Вьетнама положение гражданского населения улучшилось.

Удары дронов обычно убивают меньше мирных жителей, чем большие бомбы, но удары дронов убивают и ранят мирных жителей, а также могут привести к войне.Это вопросы на уровне jus in bello и jus ad bellum . Забастовки несовместимы с призывом традиции справедливой войны избегать войны и другими проблемами jus ad bellum .

Как я пришел к таким выводам? На базовом уровне программа нанесения ударов с дронов основана на знакомых, теперь уже принятых как должных, предположениях о войне с террором и целенаправленном убийстве в этой войне. Во-первых, уголовное законодательство и правоохранительные органы не способны предотвратить эти нападения.Во-вторых, мы живем в постоянном состоянии неминуемой угрозы, которая оправдывает обращение к оружию и войне как к средству защиты. Небо упало, падает и продолжит падать. Только война может нас спасти. В-третьих, Дональд Рамсфельд выразился очень лаконично: «Невозможно защищаться везде, в любое время, против каждой техники». Он сказал: «Поэтому вам просто нужно идти за ними». Утверждается, что неспособность защитить все активы от риска нападения требует предотвращения, которое часто определяется исключительно как превентивный военный удар.Террористы - это комбатанты, которые должны стать мишенью для убийства, потому что они представляют, по словам Обамы, «постоянную и неминуемую угрозу». Люди, определенные как террористы, являются законной целью, которую можно превентивно убить.

Целевое убийство подтверждается дополнительными утверждениями. Во-первых, целенаправленное убийство этично, потому что оно является защитным и необходимым - мы не можем арестовать потенциальных террористов. Во-вторых, это форма справедливости, при которой боевики получают по заслугам. Кроме того, удары дронов носят дискриминационный характер и приводят к небольшому количеству жертв.Как сказал Обама в Вест-Пойнте в 2014 году: «Принимая прямые меры, мы можем придерживаться стандартов, отражающих наши ценности. Это означает, что наносить удары следует только тогда, когда мы сталкиваемся с постоянной неминуемой угрозой, и только тогда, когда почти наверняка не будет жертв среди гражданского населения ». Мы пришли к выводу, что «почти наверняка не будет жертв среди гражданского населения», потому что технологии наблюдения позволяют ЦРУ быть вездесущим, что делает его и Соединенные Штаты всеведущими, способными знать, что люди делают, и, что более важно, что они намерены делать или может быть в состоянии сделать.

Также утверждается, что удары беспилотников не требуют больших затрат и не представляют опасности для американских солдат, и что удары беспилотников ограничены и отличаются от других элементов войны с террором. Риск эскалации обычных методов применения силы нашими союзниками невелик. Эти аргументы могут показаться довольно убедительными, но у них есть множество проблем. Во-первых, и это проще всего, удары не так разборчивы, как мы предполагали, хотя есть некоторые споры о том, кто и сколько погибло в результате ударов.Удары носят неизбирательный характер, потому что они поражают гражданское население и вызывают или способствуют более широким войнам, наносящим ущерб гражданскому населению. Во-вторых, справедливые войны должны быть ограничены. Контртеррористическая война по сути безгранична в своем оправдании, потому что ее цель - полная безопасность от того, что может случиться. Контртерроризм может продолжаться столько, сколько потребуется.

В целом, удары дронов не помогают нам ограничить войну с террором, ограничивая применение силы, калибруя и контролируя ее последствия. Эффект прямо противоположный.Как утверждает Майкл Вальцер в своей недавней статье Dædalus , удары дронов настолько просты, что снижают порог применения силы. Поскольку непосредственные затраты невелики, мы сбрасываем со счетов или воображаем, что можем уменьшить или контролировать любые будущие затраты и долгосрочные последствия. Кроме того, на оперативном уровне не существует различия между якобы изолированными точными ударами дронов и другими видами применения силы. Удары дронов обычно происходят в контексте оккупации, агрессии или, как в Йемене и Пакистане, интегрируются в обычные действия У.S. прокси, которые вооружены, обучены и финансируются Соединенными Штатами. Таким образом, мы имеем иллюзию управляемости и точности и фантазию об обеспечении безопасности.

В-третьих, данные не показывают, что Соединенные Штаты снизили риски, а именно риски для тех, кто наносит удары, и риски для американцев и их союзников. Четкой причинно-следственной связи между ударами и действиями боевиков нет. Соединенные Штаты заявляют, что в краткосрочной перспективе забастовки снизят активность боевиков.Боевики заявляют, что наносят удары в ответ на атаки дронов. Как снова отмечает Уолцер в своем эссе Dædalus , война с террором все больше затрагивает сердца и умы, но «дроны не завоевывают сердца и умы». Никто не может сделать всех и везде в безопасности в любое время. Таким образом, мы попадаем в бесконечный цикл убийств и поиска новых угроз. Возрастает использование дронов, а затем эскалация войны. Есть начало и продолжение, но нет конца, и нет плана конца, только предположение, что мы можем каким-то образом добиться победы, убив всех, кто может представлять угрозу.

Удары дронов не соответствуют критериям jus ad bellum . Демократия подрывается отсутствием прозрачности и подотчетности; Самозащита - это правое дело, но оно имеет слишком широкое определение, чтобы включать потенциальные угрозы в будущем. Последнее средство подрывается, потому что предпосылки войны с террором институционализированы. Неясно, необходимы ли удары дронов или являются ли они единственным способом достижения целей, или даже достигают ли они того, что они намеревались сделать в стратегическом смысле. Правильное намерение не выполняется, если продолжается война и мир недостижим. Мы не можем оценить события соразмерности, потому что у нас нет данных и мы ведем постоянную и бесконечную войну.

Дроны и глобальная война с террором, таким образом, бросают вызов и размывают категории. Когда угроза понимается как неизбежная, мы стираем временное различие между текущими угрозами, угрозами, которые сейчас явными, и будущими угрозами. Мы также стираем различия между полем боя и зонами без войны или мирными зонами.Кроме того, война дронов, которая атакует потенциальных будущих комбатантов, стирает роли между комбатантом и мирным, истребителем и гражданским лицом. Целенаправленное убийство повсюду и в любое время стирает различие между территориальной самообороной и глобальной самообороной, когда личность определяется глобально. Наконец, различия относительно уровня риска, который мы можем терпеть, размыты. Другими словами, стирается грань между войной и миром.

Ошибка точности ударов дронов заключается в том, что если мы сможем контролировать время и место ударов, мы сможем контролировать последствия этих ударов и свести к минимуму любые непредвиденные эффекты, включая усиление радикализации людей, живущих в районах, где происходят удары. .Война с помощью дронов - это часть более крупной войны, которая неэтична, потому что она не ограничена в том смысле, что ограничены только войны. Жесткое обвинение, но я считаю, что это так. Удары дронов могут привести к эскалации.

Война возвращается: эволюция внутреннего терроризма в США

Краткие сведения CSIS

22 октября 2020 г.

Выпуск

Сторонники превосходства белых и другие экстремисты-единомышленники совершили две трети террористических заговоров и нападений в США в 2020 году, согласно новым данным CSIS.Анархисты, антифашисты и другие единомышленники-экстремисты организовали 20 процентов заговоров и нападений, хотя количество инцидентов выросло по сравнению с предыдущими годами, поскольку эти экстремисты нацелены на правоохранительные, военные и правительственные объекты и персонал. Однако, несмотря на эти выводы, число жертв внутреннего терроризма относительно невелико по сравнению с предыдущими годами.


Введение

Растет озабоченность угрозой внутреннего терроризма, когда экстремисты двигаются по политическим, расовым, этническим, экономическим, медицинским и другим причинам.В октябре 2020 года ФБР арестовало Адама Фокса, Барри Крофта и нескольких других сообщников в заговоре с целью похищения и, возможно, казни губернатора Мичигана Гретхен Уитмер. Члены этой сети, имевшей связи с ополченцами в Мичигане и других штатах, называли губернатора Уитмер «тираном» и утверждали, что у нее «сейчас неконтролируемая власть». 1 Они также обсудили похищение губернатора Вирджинии Ральфа Нортама, отчасти из-за его приказов о закрытии, чтобы замедлить распространение Covid-19. 2

Некоторые U.Правительственные органы С. обозначили угрозу со стороны внутренних экстремистов, хотя большинство из них не предоставило последних данных о террористических актах. В своей оценке внутренней угрозы , опубликованной в октябре 2020 года, Министерство внутренней безопасности США пришло к выводу, что «агрессивные экстремисты, мотивированные расовыми и этническими мотивами, особенно экстремисты, выступающие за превосходство белой расы (WSE), - останутся самой постоянной и смертоносной угрозой на Родине. 3 В отчете также говорилось, что анархисты и другие люди, вдохновленные антиправительственными и антиавластными идеологиями, представляют угрозу.Но он не предоставил данные за 2020 год. Федеральное бюро расследований также утверждало, что «главная угроза, с которой мы сталкиваемся со стороны воинствующих экстремистов внутри страны», исходит от насильственных экстремистов, мотивированных расовыми и этническими мотивами, включая сторонников превосходства белой расы. 4 Тем не менее, официальные лица ФБР публично не обнародовали свои данные, из-за чего гражданским лицам США сложно судить о степени и типе угрозы.

Чтобы восполнить этот пробел, данный анализ предоставляет новые данные о внутренней террористической угрозе в Соединенных Штатах.Это задает несколько вопросов. Каковы основные тенденции внутреннего терроризма в 2020 году по таким направлениям, как мотивация, тактика и цели террористов? Как 2020 год по сравнению с предыдущими годами? Чтобы ответить на эти вопросы, авторы построили набор данных о террористических атаках и заговорах в Соединенных Штатах с 1 января 2020 года по 31 августа 2020 года, который обновил более широкий набор данных CSIS о террористических инцидентах в Соединенных Штатах с 1994 по 2020 год. 5

Основываясь на данных, в этом анализе есть несколько выводов, которые более подробно обсуждаются позже в этой оценке.Во-первых, сторонники превосходства белой расы и другие экстремисты-единомышленники провели 67 процентов террористических заговоров и атак в США в 2020 году. Они использовали автомобили, взрывчатые вещества и огнестрельное оружие в качестве основного оружия и предназначались для демонстрантов и других лиц из-за их расовой, этнической принадлежности, религиозный или политический состав - например, афроамериканцы, иммигранты, мусульмане и евреи. Во-вторых, в 2020 году по сравнению с предыдущими годами увеличилось количество анархистских, антифашистских и других аналогичных нападений и заговоров, на которые пришлось 20 процентов террористических инцидентов (рост с 8 процентов в 2019 году).Эти типы экстремистов использовали взрывчатые вещества и зажигательные средства в большинстве нападений, после чего применялось огнестрельное оружие. Они также были нацелены на полицейский, военный и правительственный персонал и объекты. В-третьих, насилие со стороны крайне левых и ультраправых было тесно переплетено, создавая классическую «дилемму безопасности». 6 Поскольку трудно отличить наступательное и оборонительное оружие, вооруженные лица с разных сторон реагировали друг на друга во время протестов и беспорядков, и попытки каждой стороны защитить себя и приобрести оружие, как правило, угрожали другим.

Несмотря на эти выводы, это насилие необходимо понимать в историческом контексте. Число жертв террористических атак на родине США все еще относительно невелико по сравнению с некоторыми периодами в истории США, поэтому важно не преувеличивать угрозу. 7 Примерно за половину лет с 1994 года в результате терроризма погибло на человек больше, чем в 2020 году - по крайней мере, в период с 1 января по 31 августа 2020 года. Также не было террористических атак с массовыми жертвами, что резко контрастирует с такими инцидентами. как взрыв в Оклахома-Сити в апреле 1995 года, в результате которого погибли 168 человек; теракты в сентябре 2001 г. , в результате которых погибло около 3000 человек; и теракт в Орландо в июне 2016 г., в результате которого погибло 49 человек.Тем не менее, уровень насилия в Соединенных Штатах может вырасти в течение следующего года в зависимости от политической поляризации, продолжения пандемии Covid-19 (и реакции на политические решения по смягчению ее распространения), ухудшения экономических условий, растущей озабоченности по поводу иммиграции (будь то реальная или предполагаемые), расовая несправедливость или другие факторы. Также возможно, что организационная структура экстремизма может развиться из сегодняшнего децентрализованного ландшафта и включать более иерархически структурированные группы.

Остальная часть этого отчета разделена на три раздела. Первый дает определение терроризма и отличает акцент настоящего доклада на терроризме от других явлений, таких как преступления на почве ненависти и беспорядки. Во втором разделе излагаются и анализируются данные о терроризме за 2020 год. Третий исследует будущие события, в том числе возможность насилия после президентских выборов 2020 года.

Определение терроризма

Этот отчет посвящен терроризму, а не другим проблемам, таким как преступления на почве ненависти, протесты, беспорядки или более широкие гражданские беспорядки.Терроризм - это преднамеренное применение или угроза насилия негосударственными субъектами для достижения политических целей и оказания широкого психологического воздействия. 8 Насилие и угроза насилия - важные составляющие терроризма. Этот анализ делит терроризм на несколько категорий: религиозный, этнонационалистический, агрессивный ультраправый, жестокий крайний левый и другие (включая терроризм, который не вписывается ни в одну из других категорий). 9 Такие термины, как ультраправый и крайне левый терроризм, не соответствуют основным политическим партиям в Соединенных Штатах, таким как республиканская и демократическая партии, которые сторонятся терроризма.Они также не соответствуют подавляющему большинству политических консерваторов и либералов в Соединенных Штатах, которые не поддерживают терроризм. Напротив, терроризм организован небольшой группой воинствующих экстремистов. Как утверждает исследователь терроризма Вальтер Лакер, «террористические движения обычно невелики; некоторые действительно очень малы, и хотя историки и социологи иногда могут объяснить массовые движения, движения малых частиц в политике, как и в физике, часто не поддаются никакому объяснению ». 10

Религиозный терроризм включает насилие в поддержку религиозной системы убеждений, такой как ислам, иудаизм, христианство или индуизм.Основная угроза со стороны религиозных террористов в Соединенных Штатах исходит от салафит-джихадистов, вдохновленных Исламским государством и Аль-Каидой. 11 Этнонационалистический терроризм относится к насилию в поддержку этнических или националистических целей, которые часто включают борьбу за самоопределение и сепаратизм по этническому или националистическому принципу. В связи с относительно низким уровнем этнонационалистического терроризма в Соединенных Штатах (в 2020 году таких инцидентов не было) в данном обзоре не рассматривается этнонационалистический терроризм. 12 Ультраправый терроризм относится к использованию или угрозе насилия со стороны субнациональных или негосударственных образований, чьи цели могут включать расовое или этническое превосходство; оппозиция государственной власти; гнев на женщин, в том числе из-за непроизвольного целомудрия (или «инселя»); вера в определенные теории заговора, такие как QAnon; и возмущение определенными политиками, такими как аборты. 13 Некоторые экстремисты из числа крайне правых, склонных к насилию, поддержали «акселерационизм», который включает в себя действия, способствующие социальным потрясениям и разжиганию гражданской войны. 14 Крайний левый терроризм включает использование или угрозу насилия со стороны субнациональных или негосударственных образований, которые выступают против капитализма, империализма и колониализма; защищать черный национализм; заниматься вопросами защиты окружающей среды или прав животных; придерживаться прокоммунистических или просоциалистических убеждений; или поддержать децентрализованную социальную и политическую систему, такую ​​как анархизм. 15 Другое связано с применением или угрозой насилия со стороны субнациональных или негосударственных образований, которые не вписываются ни в одну из вышеперечисленных категорий, например антиправительственного движения бугалу, приверженцы которого стремятся начать гражданскую войну ( или «бугалу») в Соединенных Штатах. 16

Сосредоточившись на терроризме, этот отчет не охватывает более широкие категории ненавистнических высказываний или преступлений на почве ненависти. Терроризм и преступления на почве ненависти в некоторой степени пересекаются, поскольку некоторые преступления на почве ненависти включают применение или угрозу насилия. 17 Но преступления на почве ненависти могут также включать ненасильственные инциденты, такие как граффити и словесные оскорбления. Совершенно очевидно, что преступления на почве ненависти и язык вражды представляют опасность для общества и представляют собой угрозу, но этот анализ сосредоточен только на терроризме и использовании - или угрозе - насилия для достижения политических целей. Кроме того, этот анализ не фокусируется на протестах, грабежах и более широких гражданских беспорядках. Хотя эти инциденты важно анализировать - особенно в свете событий 2020 года, последовавших за смертью Джорджа Флойда, - большинство из них не являются терроризмом. Некоторые не прибегают к насилию, а у других отсутствует политическая мотивация. Например, некоторые грабежи после смерти Джорджа Флойда были совершены аполитичными преступниками. 18 Тем не менее, кодирование инцидентов как терроризма в некоторых случаях является сложной задачей, что рассматривается в методологии, прилагаемой к этому анализу.

Наконец, хотя правительственные чиновники и ученые часто стремятся сосредоточить внимание на террористических группах и организациях , ландшафт терроризма в Соединенных Штатах остается в высшей степени децентрализованным. Многие вдохновлены концепцией «сопротивления без лидера», которая отвергает централизованную иерархическую организацию в пользу децентрализованных сетей или индивидуальной деятельности. 19 Как утверждает Кэтлин Белью в своем исследовании движения за власть белых в Соединенных Штатах, цель сопротивления без лидеров состоит в том, чтобы «предотвратить проникновение групп и судебное преследование организаций и отдельных лиц путем формального отделения активистов друг от друга и устраняя официальные заказы. 20 В дополнение к своим децентрализованным структурам агрессивные крайне правые и крайне левые в Соединенных Штатах имеют широкий спектр идеологий. Децентрализованный характер терроризма особенно примечателен в отношении случаев применения насилия, которые, как показывают данные CSIS, часто планируются и организуются одним человеком или небольшой сетью. Следовательно, этот анализ часто относится к террористическим лицам и сетям, а не группам.

Анализ данных

Для оценки террористической угрозы в США CSIS собрала набор данных о 61 инциденте, произошедшем в стране в период с 1 января по 31 августа 2020 года. (Ссылку на методологию можно найти в конце брифа.) Эти инциденты включали как атаки, так и заговоры. Авторы закодировали идеологию преступников в одну из четырех категорий: религиозные, жестокие ультраправые, жестокие крайне левые и другие (в этот период не было никаких этнонационалистических атак или заговоров). Все религиозные нападения и заговоры в наборе данных CSIS были совершены террористами, мотивированными салафитско-джихадистской идеологией. Из четырех атак, обозначенных как «другие», все были совершены приверженцами движения бугалу.В этом разделе данные анализируются в трех частях: количество атак и заговоров, цели и тактика, а также количество погибших.

Нападения и заговоры: Большинство внутренних террористических атак и заговоров в период с 1 января по 31 августа 2020 года были совершены сторонниками превосходства белой расы, антиправительственными экстремистами из крайне правых, склонных к насилию, и недобровольными целями безбрачия (incels). Как показано на Рисунке 1, ультраправые террористы совершили 67 процентов нападений и заговоров, крайне левые террористы совершили 20 процентов, а экстремисты с другими мотивами (например, сторонники движения Бугалу) и салафит-джихадисты совершили по 7 процентов.

В середине января 2020 года шесть членов The Base, транснациональной группы сторонников превосходства белой расы, были арестованы в Джорджии и Мэриленде по обвинению в подготовке террористических атак. 21 8 мая ФБР арестовало антиправительственного экстремиста Кристиана Стэнли Фергюсона в Кливленде, штат Огайо, который планировал устроить засаду и казнить сотрудников федеральных правоохранительных органов, а затем начать восстание. 22 Фергюсон также публиковал агрессивные сообщения на платформе цифровой дистрибуции Discord.В одной из трех атак в 2020 году, связанных с онлайн-«мансферой», Армандо Эрнандес-младший был арестован в Глендейле, штат Аризона, после стрельбы по парам в районе Вестгейт-Энтертейнмент, в результате чего были ранены три человека. 23

Цели и тактика: Рост числа протестов и политических митингов летом 2020 года привел к заметным изменениям целей и оружия, используемых агрессивными крайне левыми и крайне правыми экстремистами.

Актеры обеих ориентаций в большинстве своих атак нацелены на демонстрантов. 24 Демонстранты были основными целями ультраправых террористов - в 50 процентах атак и заговоров, включая нападения сторонников превосходства белой расы и других, которые выступали против движения Black Lives Matter. Например, 30 мая Брэндон Маккормик пригрозил протестующим Black Lives Matter в Солт-Лейк-Сити, штат Юта, ножом и заряженным блочным луком, выкрикивая оскорбления на расовой почве. 25 Как и в предыдущие годы, агрессивные ультраправые экстремисты часто преследовали государственные, военные и полицейские цели (18 процентов инцидентов) и частных лиц по признаку расы, пола и других факторов (18 процентов инцидентов).

В то время как основными целями (58 процентов) анархистов и антифашистов были полиция, правительство, военный персонал и учреждения, 42 процента их атак и заговоров в 2020 году также были нацелены на демонстрантов. Среди них были толпы, поддерживающие полицию и Дональда Трампа, а также протестующие против абортов. Рост числа жестоких нападений крайне левых и крайне правых на демонстрантов, возможно, был вызван возникающей дилеммой безопасности в городских районах, где было взрывоопасное сочетание больших толп, разгневанных демонстрантов и оружия.

Также увеличилось количество нападений на автомобили, большинство из которых были нацелены на демонстрантов и большинство из них было совершено сторонниками превосходства белой расы или другими, кто выступал против движения Black Lives Matter. Например, 7 июня Гарри Х. Роджерс - член Ку-клукс-клана - намеренно въехал на своем синем пикапе Chevrolet в толпу демонстрантов Black Lives Matter, ранив одного. 26 Позже Роджерс был осужден и приговорен к шести годам тюремного заключения. С января по август 2020 года автомобили были использованы в 11 жестоких атаках ультраправых, что составляет 27 процентов всех террористических актов ультраправых, что делает их оружием, наиболее часто используемым в атаках ультраправых.Это знаменует собой значительный рост с 2015 по 2019 год, когда транспортное средство было использовано только в одном насильственном нападении ультраправых. Хотя нападения транспортных средств на демонстрантов были наиболее частыми среди сторонников превосходства белой расы, одно из таких нападений было совершено также жестоким левым преступником. 25 июля Исайя Рэй Кордова на своем внедорожнике въехал в толпу в Итоне, штат Колорадо, которая собралась на митинг в защиту полиции. 27

Этот всплеск атак на транспортных средствах мог быть вызван простотой использования транспортных средств для массовых собраний, таких как протесты.Согласно заключению Министерства внутренней безопасности, «атаки такого рода требуют минимальных возможностей, но могут иметь разрушительные последствия в людных местах с низким уровнем видимой безопасности». 28 Несмотря на тревогу, эти атаки на транспортных средствах не были столь смертоносными, как атаки в таких городах, как Ницца, Франция, в июле 2016 года, когда погибли 86 человек; Барселона в августе 2017 года, в результате чего погибли 16 человек; или Нью-Йорк в октябре 2017 года, в результате которого погибли 8 человек.

Взрывчатые вещества, зажигательные вещества и огнестрельное оружие оставались обычным явлением как в агрессивных атаках и заговорах ультраправых, так и у крайне левых, несмотря на рост числа атак транспортных средств, связанных с митингами и протестами.Огнестрельное оружие использовалось почти в четверти жестоких инцидентов со стороны ультраправых и было использовано в 34 процентах жестоких нападений и заговоров крайне левых. 6 июня местная полиция арестовала Брэндона Мура в Кус-Бэй, штат Орегон, после того, как он угрожал протестующим пистолетом, говоря: «Жизнь белых имеет значение». 29 Между тем, взрывчатые вещества и зажигательные средства использовались в половине инцидентов крайне левых, все из которых были нацелены на собственность или персонал правительства или полиции, и в 25 процентах жестоких нападений и заговоров ультраправых.28 мая крайне левые экстремисты в Миннеаполисе, штат Миннесота, совершили поджог третьего участка полицейского управления Миннеаполиса, когда толпа кричала: «Сожги, сожги». 30 Министерство юстиции США обвинило четырех человек - Дилана Шекспира Робинсона, Дэвона Де-Андре Тернера, Брайса Майкла Уильямса и Брандена Майкла Вулфа - в заговоре с целью поджога и других преступлений при нападении на Третий участок. 31

В целом, данные показывают, что внутренний терроризм развился на основе всплеска публичных демонстраций, начавшегося в мае.Эти тенденции были не комментарием к самим протестам, а скорее к способности экстремистов адаптироваться к возможностям и близости вооруженных лиц в городах с различными политическими и идеологическими мотивами. Данные, собранные Проектом сбора данных о местонахождении вооруженных конфликтов и событиях (ACLED), показали, что из 10 600 демонстраций в период с мая по август почти 95 процентов были мирными, а примерно 5 процентов - менее 570 - были связаны с насилием ». 32

Погибших: Несмотря на большое количество террористических актов, за первые восемь месяцев 2020 года в результате внутреннего терроризма погибло всего пять человек. В 2020 году произошло в четыре раза больше террористических инцидентов со стороны крайне левых и столько же террористических инцидентов со стороны ультраправых, чем за весь 2019 год. Тем не менее, только 5 из 61 инцидента (8 процентов), зарегистрированных в период с января по август 2020 года, привели к гибели людей, за исключением преступника. Некоторые из этих инцидентов были заговорами, разорванными ФБР или другими правоохранительными органами, которые предполагали, что правоохранительные органы эффективно предотвратили несколько крупных атак. Тем не менее, количество погибших в 2020 году было низким по сравнению с предыдущими пятью годами, когда общее количество погибших колебалось от 22 до 66.Все пять смертельных атак в 2020 году были совершены с применением огнестрельного оружия. 33

Из пяти нападений со смертельным исходом, каждое из которых привело к гибели одного человека, одно было совершено активистом Антифа, одно - ультраправым экстремистом, одно - антифеминисткой и два - сторонником движения Бугалу. . 34 29 августа в Портленде, штат Орегон, в результате смертельного нападения крайне левого крыла Майкл Рейноэль, экстремист-антифа, застрелил Аарона «Джея» Дэниэлсона. 35 25 июля Дэниел Перри застрелил протестующего в Остин, Техас. 36 19 июля антифеминистка Рой Ден Холландер застрелила семью окружного судьи США Эстер Салас, убив ее сына и ранив мужа. 37 Наконец, в 2020 году произошло два смертельных нападения бугалу. 29 мая Стивен Каррилло застрелил Пэта Андервуда, офицера службы безопасности, и ранил своего партнера в Окленде, штат Калифорния. 38 Каррильо 6 июня 2020 года также убил заместителя Шерифа округа Санта-Крус в Бен-Ломонде, штат Калифорния, из автомата. 39

Относительно низкое количество погибших по сравнению с большим количеством террористических инцидентов предполагает, что экстремисты в 2020 году уделяли приоритетное внимание отправке сообщений посредством запугивания и угроз, а не убийств. Учитывая, что большая часть нападений была проведена с применением транспортных средств или огнестрельного оружия, вероятность летального исхода была высокой, но явным отсутствием воли.

Будущие разработки

Все большее количество оценок угроз на уровне федерального правительства и штатов США делает вывод о том, что внутренний терроризм может сохраниться в Соединенных Штатах в обозримом будущем, в том числе в 2021 году и в последующий период.Например, Управление внутренней безопасности и готовности Нью-Джерси прогнозировало, что «внутренние экстремисты - в первую очередь анархисты, антиправительственные и расовые мотивы - будут продолжать манипулировать национальными инцидентами» и останутся угрозой по крайней мере до 2021 года. 40 Взгляд в сторону В будущем стоит обратить внимание на несколько вопросов.

Во-первых, существуют различные сценарии продолжения - и даже роста - насилия после выборов в ноябре 2020 года, которые могут сохраниться до 2021 года и далее. Растущая политическая поляризация, растущие экономические проблемы, постоянство Covid-19 и растущая обеспокоенность по поводу иммиграции могут привести к росту внутреннего терроризма.

Действия крайне левых и крайне правых экстремистов, вероятно, будут взаимосвязаны, поскольку различные стороны реагируют на действия других во время протестов, беспорядков, демонстраций и онлайн-активности. Похоже, некоторые экстремисты предполагают, что другие готовы применить силу, что повышает вероятность насилия. У всех сторон есть доступ к огнестрельному оружию, зажигательным веществам, грубой взрывчатке и другому оружию, и они готовы приносить их на демонстрации.Эта ситуация представляет собой классическую дилемму безопасности. 41 Усилия каждой стороны по усилению собственной безопасности и приобретению оружия непреднамеренно угрожают другой стороне. Поскольку людям может быть трудно различить наступательное и оборонительное оружие, даже усилия одной стороны защитить себя могут побудить других вооружиться, создавая спираль действий, которая ведет к насилию. 42 Как показано на Рисунке 6, инциденты с терроризмом внутри страны не были изолированы по конкретным географическим точкам, что позволяет предположить, что рост терроризма, вероятно, будет национальной проблемой, а не региональной.Широкий размах внутреннего терроризма также затрудняет прогнозирование будущих инцидентов.

В случае победы демократов на президентских выборах угроза может быть связана с конкретными атаками радикализированных сторонников превосходства белой расы, ополченцев и других связанных лиц. В этих инцидентах основным оружием - особенно при нападениях со смертельным исходом -, вероятно, будут огнестрельное оружие и взрывчатые вещества, как подчеркивается в заговорах ополченцев 2020 года против губернаторов Мичигана и Вирджинии.Основываясь на данных Национальной системы мгновенной проверки криминального прошлого (NICS), количество проверок информации об огнестрельном оружии при покупке оружия в 2020 году достигло самого высокого уровня - за всю историю - , а за последнее десятилетие оно удвоилось. 43 Распространение огнестрельного оружия, в том числе автоматического, вызывает особое беспокойство в ультраполяризованном политическом климате Соединенных Штатов. По нашим данным, целями, скорее всего, будут демонстранты, политики или отдельные лица в зависимости от их расы, этнического происхождения или религии, например афроамериканцы, латиноамериканцы, мусульмане и евреи.

В случае победы республиканского президента, например, основная угроза может исходить от крупномасштабных демонстраций в городах, некоторые из которых перерастут в насилие. Анархисты, антифашисты и другие крайне левые экстремисты использовали цифровые платформы и другие публикации, чтобы утверждать, что Дональд Трамп - неофашист и что насилие законно. 44 Как утверждал антифашистский журнал It’s Going Down : «Внезапно анархисты и антифа, которых демонизируют и оттесняют более широкие левые, услышали от либералов и левых:« вы были правы все время.’» 45 Активист «Антифа» из Балтимора объяснил использование насилия как постепенное и нарастающее: «Вы сражаетесь с ними кулаками, поэтому вам не нужно драться с ними ножами. Вы сражаетесь с ними ножами, поэтому вам не придется сражаться с ними с помощью оружия. Вы сражаетесь с ними с помощью оружия, поэтому вам не нужно сражаться с ними танками ». 46 Анархисты, антифашисты и другие крайне левые лица и сети все чаще используют огнестрельное оружие - в дополнение к взрывчатым веществам и зажигательным устройствам - при проведении атак.В этом сценарии основными целями могут быть правительственные, военные и полицейские объекты и персонал.

Цифровые платформы, скорее всего, останутся основным полем битвы. Крайне левые экстремисты, скорее всего, продолжат использовать платформы социальных сетей, такие как Reddit, Facebook и Twitter, для распространения пропаганды и подстрекательства к насилию против политических оппонентов, правоохранительных органов, вооруженных сил и правительства. 47 Многие использовали лозунги, такие как ACAB («все копы - ублюдки»), которые использовались в мемах в рамках их пропагандистских кампаний.Ультраправые экстремисты, вероятно, будут использовать множество основных платформ (таких как Facebook, Twitter, Instagram, YouTube, Telegram и Reddit), менее известные платформы (такие как Gab, Discord, Minds и Bitchute), форумы (например, Stormfront и IronForge) и другие онлайн-сообщества, чтобы подстрекать к насилию против афроамериканцев, евреев, иммигрантов и других. 48 Экстремисты со всех сторон, вероятно, будут использовать цифровые платформы для сбора средств, общения, распространения пропаганды, проведения доксинговых кампаний (раскрытия личной информации человека), запугивания целей и координации действий.

Во-вторых, внутренний ландшафт может сместиться от децентрализованной экстремистской среды к более организованным и иерархически структурированным группам. Согласно заключению одного исследования, концепция Луи Бима «сопротивление без лидера» оказалась «почти полной неудачей как метод разжигания широкомасштабного вооруженного сопротивления правительству США». 49 Наиболее эффективные организации боевиков создали централизованные организационные структуры, позволяющие их лидерам контролировать, как организовывается насилие и как обеспечивается безопасность и управление финансами. 50

В Соединенных Штатах существует несколько групп, таких как База, Дивизия Атомваффен (включая переименованные версии, такие как Национал-социалистический порядок) и Дивизия Фейеркрига, с определенной структурой руководства и механизмами командования и управления. Существуют также свободные экстремистские движения, которые имеют ограниченную структуру - особенно на местах или в Интернете - но не имеют четкой иерархии и идеологии. Примеры включают «Трехпроцентников», «Хранителей клятвы», «Бугалу», QAnon и некоторые местные сети анархистов, антифашистов и ополченцев.Были некоторые признаки большей организации, в том числе создание сетевых центров, таких как MyMilitia, которые предоставляют людям возможность найти существующие ополчения в Соединенных Штатах - или даже создать свои собственные. 51

Переход к более иерархическим группам может иметь как минимум два следствия. Это может повысить компетентность и профессионализм этих организаций во многих областях, таких как планирование атак, набор персонала, обучение, повышение операционной безопасности и сбор средств.В 1960-х и 1970-х годах экстремисты в Соединенных Штатах создали более централизованные группы, такие как Орден, Мау-Мау и Белые рыцари, для повышения своей эффективности. 52 Но исследования террористических и других боевых групп показывают, что централизованные группы более уязвимы для проникновения со стороны правоохранительных органов и спецслужб. 53

К счастью, есть хорошие новости. Число жертв внутреннего терроризма сегодня относительно невелико, а вероятность гражданской войны, о которой беспокоились некоторые эксперты и предсказывали некоторые экстремисты, ничтожна. 54 В прошлом Соединенные Штаты переживали более жестокие периоды. Примеры включают всплеск терроризма сторонников превосходства белой расы в 1950-х и 1960-х (например, Ку-клукс-клан), насилие чернокожих националистов в 1960-х (например, Черная Освободительная армия), революционное левое насилие в 1960-х и 1970-х годах (например, Погода Underground) и пуэрториканское националистическое насилие в конце 1960-х и 1970-х (например, Вооруженные силы национального освобождения или FALN). 55 Кроме того, после 11 сентября 2001 года Соединенные Штаты столкнулись с серьезными угрозами со стороны салафитских джихадистов, таких как Наджибулла Зази, Фейсал Шахзад, Умар Фарук Абдулмуталлаб, Нидал Хасан, Омар Матин и Мохаммед Альшамрани, которые совершали или планировали массовые убийства. раненые нападения.

Но Соединенные Штаты пережили эти периоды благодаря стойкости американцев и эффективности правоохранительных органов, разведки и других органов национальной безопасности США. Во время своей второй инаугурационной речи президент США Авраам Линкольн сказал, что это лучший способ побудить американцев собраться вместе во времена разногласий:

Ни к кому не стремится; с благотворительностью для всех; с твердостью в правде, поскольку Бог дает нам видеть правду, давайте стремиться к завершению работы, в которой мы находимся; залатать раны нации; заботиться о том, кто вынесет битву, и о его вдове и его сироте - делать все, что может достичь и лелеять справедливого и прочного мира между нами и со всеми народами. 56

Слова президента Линкольна сегодня не менее актуальны.

Сет Дж. Джонс - председатель Гарольда Брауна и директор проекта по транснациональным угрозам в Центре стратегических и международных исследований (CSIS) в Вашингтоне, округ Колумбия. Катрина Докси - руководитель программы и научный сотрудник проекта по транснациональным угрозам CSIS. Николас Харрингтон - руководитель программы и научный сотрудник проекта «Транснациональные угрозы» в CSIS. Грейс Хван - научный сотрудник кафедры стратегии Берка в CSIS.Джеймс Субер - научный сотрудник Проекта транснациональных угроз CSIS.

Авторы выражают особую благодарность Брайану Майклу Дженкинсу, Колину Кларку, Джейкобу Уэру и Алексу Фридланду за их обзор документа, включая набор данных, и их полезную критику. Также спасибо Дэвиду Браннану и Полу Смиту за их комментарии.

Обзор методологии, использованной при составлении набора данных, см. Здесь.

Этот краткий обзор стал возможным благодаря общей поддержке CSIS.Этот брифинг не спонсировался напрямую.

Краткие отчеты CSIS выпускаются Центром стратегических и международных исследований (CSIS), частным, освобожденным от налогов учреждением, занимающимся вопросами международной государственной политики. Его исследования являются беспристрастными и непатентованными. CSIS не занимает определенных политических позиций. Соответственно, следует понимать, что все взгляды, позиции и выводы, выраженные в данной публикации, принадлежат исключительно автору (авторам).

© 2020 Центр стратегических и международных исследований. Все права защищены.

Для получения ссылок обратитесь к PDF-файлу.

Применимость МГП к терроризму и борьбе с терроризмом

В последние годы снова наблюдается рост негосударственных вооруженных групп, прибегающих к террористическим актам, и последующее объединение вокруг них ряда других негосударственных вооруженных групп. Штаты и Организация Объединенных Наций отреагировали на эти события ужесточением существующих контртеррористических мер и / или законодательства и введением новых.Нет сомнений в том, что принятие ответных мер по обеспечению государственной безопасности является законным. Однако при этом необходимо поддерживать гарантии защиты человеческой жизни и достоинства, изложенные в МГП и МППЧ

Выдержка из доклада «Международное гуманитарное право и вызовы современных вооруженных конфликтов», документа, подготовленного МККК для 32-я Международная конференция Красного Креста и Красного Полумесяца (Женева, Швейцария, 8-10 декабря 2015 г.)

Ответные меры по борьбе с терроризмом в сочетании с активным диалогом о борьбе с терроризмом на внутренних и международных форумах в значительной степени способствовали стиранию границ между вооруженным конфликтом и терроризмом с потенциально неблагоприятными последствиями для МГП.По-видимому, среди государств растет тенденция рассматривать любой акт насилия, совершаемый негосударственной вооруженной группой в вооруженном конфликте, как "террористический" по определению, даже если такие акты фактически являются законными в соответствии с МГП. Это соответствует давней обеспокоенности некоторых государств тем, что признание существования вооруженного конфликта на их территории «узаконит» участвующие негосударственные вооруженные группы. Общий результат - отрицание того, что такие группы, обозначенные как «террористические», могут быть участниками NIAC по смыслу МГП.Вышеупомянутые события вновь привлекли внимание к проблеме взаимосвязи между правовыми рамками, регулирующими МГП и терроризм.

Постоянная необходимость различать правовые рамки, регулирующие МГП и терроризм

МККК изложил свою позицию по этому вопросу в предыдущем докладе о МГП и вызовах современных вооруженных конфликтов, представленном на 31-й Международной конференции. Учитывая современные тенденции в борьбе с терроризмом, стоит вспомнить некоторые аспекты.Этот раздел призван дать краткое напоминание о причинах, по которым, по мнению МККК, не следует путать нормативные режимы, регулирующие вооруженный конфликт и терроризм.

Хотя правовая база, регулирующая терроризм и МГП, может иметь некоторую общую основу - МГП прямо запрещает большинство действий, которые квалифицируются как «террористические» во внутреннем законодательстве и международных конвенциях, касающихся терроризма, - эти два правовых режима остаются фундаментально разными. У них есть четкое обоснование, цели и структура.

Существенное отличие состоит в том, что с юридической точки зрения вооруженный конфликт - это ситуация, в которой одни акты насилия считаются законными, а другие - незаконными, а любой акт насилия, обозначенный как «террористический», всегда является незаконным. Конечная цель вооруженного конфликта - преобладать над вооруженными силами противника. По этой причине сторонам в конфликте разрешено или, по крайней мере, не запрещено нападать на военные объекты друг друга или лиц, не имеющих права на защиту от прямых нападений.Насилие, направленное против этих целей, не запрещено международным гуманитарным правом, независимо от того, совершено ли оно государством или негосударственным участником. Акты насилия, направленные против гражданских лиц и гражданских объектов, напротив, являются незаконными, поскольку одна из основных целей МГП - избавить их от последствий военных действий. Таким образом, МГП регулирует как законные, так и незаконные акты насилия.

В нормах террористических актов такой дихотомии нет. Отличительной чертой любого деяния, которое юридически классифицируется как «террористический» в соответствии с национальным или международным правом, является то, что оно всегда карается как уголовное преступление.Таким образом, никакой акт насилия, юридически обозначенный как «террористический», не освобождается и не может быть освобожден от судебного преследования.

Еще одно важное различие между этими правовыми рамками - это принцип равенства воюющих сторон, согласно которому стороны в вооруженном конфликте имеют одинаковые права и обязанности в соответствии с МГП (даже если это не соответствует внутреннему законодательству). Этот принцип отражает тот факт, что МГП не направлено на определение законности дела, преследуемого воюющими сторонами. Напротив, его цель - обеспечить равную защиту лиц и объектов, затронутых вооруженным конфликтом, независимо от законности первого применения силы.Очевидно, что правовая база

, регулирующая террористические акты, не содержит подобного принципа. В этом контексте важно напомнить, что, хотя МГП действительно предусматривает равные права и обязанности воюющих сторон в ведении боевых действий и в обращении с лицами, находящимися в их власти, оно не наделяет легитимность негосударственными вооруженными группами, которые являются стороной. в NIAC. Общая статья 3 прямо заявляет, что когда стороны в конфликте применяют ее положения, это «не влияет на правовой статус сторон в конфликте.<< Дополнительный протокол II содержит аналогичное положение, гарантирующее суверенитет государств и их ответственность за поддержание законности и порядка, национального единства и территориальной целостности всеми законными средствами (статья 3 Дополнительного протокола II).

Вышеупомянутое не означает, что некоторые дублируют друг друга не могут быть созданы между правовыми режимами, регулирующими МГП и терроризм. МГП запрещает как конкретные террористические акты, совершаемые во время вооруженного конфликта, так и, в качестве военных преступлений, ряд других актов насилия, совершаемых против гражданских лиц или гражданских объектов. Если государства решат дополнительно классифицировать такие акты как «террористические» в соответствии с международным или внутренним законодательством, это фактически будет дублировать их криминализацию.

Однако действия, не запрещенные МГП, такие как нападения на военные объекты или против лиц, не имеющих права на защиту от прямых нападений, не должны называться "террористическими" на международном или национальном уровнях (хотя они остаются предметом обычных внутренних криминализация, когда замешан NIAC).Нападения на законные цели составляют самую суть вооруженного конфликта и не должны юридически определяться как «террористические» в соответствии с другим правовым режимом. Это означало бы, что такие действия должны подлежать криминализации в соответствии с этой правовой базой, что создает противоречащие друг другу обязательства государств на международном уровне. Это противоречило бы реальности вооруженных конфликтов и обоснованию МГП, которое не запрещает нападения на законные цели.

Добавление еще одного уровня инкриминирования путем обозначения действий, которые не являются незаконными в соответствии с МГП, как "террористические", также может препятствовать соблюдению МГП негосударственными вооруженными группами, являющимися участниками NIAC.Любая мотивация, с которой они могут бороться в соответствии с МГП, скорее всего, исчезнет, ​​если, независимо от усилий, которые они могут предпринять для его соблюдения, все их действия будут признаны незаконными. Кроме того, маркировка актов, которые являются законными в соответствии с МГП, как "террористические", вероятно, приведет к осуществлению статьи 6 (5) Дополнительного протокола II, цель которой заключается в предоставлении максимально широкой амнистии лицам, участвовавшим в боевых действиях, но не совершившим серьезных нарушения МГП - сложнее.По очевидным причинам вероятность амнистии снижается там, где даже законные военные действия квалифицируются как террористические акты. В конечном итоге это может стать препятствием для мирных переговоров и усилий по примирению.

МГП, так называемая «война против терроризма» и географический охват вооруженных конфликтов

Как неоднократно утверждалось, МККК считает, что с правовой точки зрения не существует такого понятия, как «война против терроризма». В отношении различных вооруженных конфликтов и многочисленных контртеррористических мер на национальном и международном уровнях МККК применяет индивидуальный подход к анализу и юридической классификации различных ситуаций насилия.В этом смысле борьба с терроризмом включает, помимо применения силы в определенных случаях, использование других мер, таких как сбор разведданных, финансовые санкции и судебное сотрудничество.

Когда используется вооруженная сила, только факты на местах имеют значение для определения юридической классификации ситуации насилия. Некоторые ситуации могут быть классифицированы как IAC, другие как NIAC, в то время как различные акты насилия могут выходить за рамки любого вооруженного конфликта из-за отсутствия необходимой связи.

Что касается феномена вооруженных групп, которые считаются имеющими глобальное влияние, таких как «Аль-Каида» или группировка «Исламское государство», МККК не разделяет точку зрения о том, что вооруженный конфликт глобального масштаба является или был происходит. Это потребует, прежде всего, существования "унитарного" негосударственного участника, выступающего против одного или нескольких государств. Исходя из имеющихся

фактов, нет достаточных элементов для того, чтобы рассматривать «ядро» Аль-Каиды и связанные с ней группы в других частях мира как одну и ту же партию по смыслу МГП.То же самое в настоящее время применимо и к группе Исламского государства и связанным с ней группам.

Кроме того, как указывалось ранее1 [1], МККК не разделяет точку зрения о том, что применимость МГП распространяется за пределы территории сторон в конфликте таким образом, чтобы можно было нападать на лиц, связанных с вооруженными группами в Мир. Позиция МККК заключается в том, что вооруженные вооруженные конфликты ограничены территорией каждой стороны вооруженного конфликта. Хотя такие NIAC могут распространиться на соседние страны из-за непрерывности боевых действий, они не могут распространиться на третьи страны.МККК считает, что критерии интенсивности и организации МГП, необходимые для создания NIAC, должны быть выполнены на территории каждого отдельного третьего государства, чтобы можно было применить МГП.

МГП и «иностранные боевики»

Феномен так называемых «иностранных боевиков» - граждан одной страны, которые выезжают за границу, чтобы сражаться вместе с негосударственной вооруженной группировкой на территории другого государства, - значительно увеличился по сравнению с последние несколько лет.Чтобы подавить угрозы, исходящие от иностранных боевиков, государства - в частности, в рамках Совета Безопасности ООН - приняли ряд мер, включая применение силы, задержание (в том числе по обвинениям в терроризме) и запреты на поездки. .

Хотя большинство мер, принимаемых для предотвращения присоединения отдельных лиц к негосударственным вооруженным группам или для уменьшения угрозы, которую они могут представлять по возвращении, носят правоохранительный характер, применимость МГП в соответствующих случаях не должна игнорироваться. Можно заметить, что мало внимания уделялось тому, как МГП решает проблему иностранных боевиков.

Понятие «иностранный боец» не является термином МГП. Применимость МГП к ситуации насилия, в которой могут быть задействованы такие боевики, зависит от фактов на местах и ​​от выполнения определенных правовых условий, вытекающих из соответствующих норм МГП, в частности общих статей 2 и 3. Другими словами , МГП будет регулировать действия иностранных боевиков, а также любые меры, принимаемые в отношении них, когда они связаны с продолжающимся вооруженным конфликтом.

Соответствующие нормы МГП о ведении боевых действий будут регулировать поведение иностранных боевиков, независимо от их национальности, как в МАК, так и в НВК. Таким образом, на иностранных боевиков распространяются те же принципы и правила МГП, которые являются обязательными для любых других воюющих сторон.

Что касается содержания под стражей, гражданство будет иметь влияние на статус «защищаемых лиц» в IAC, но не в NIAC. В соответствии с Третьей Женевской конвенцией гражданство не имеет значения для определения того, квалифицируется ли лицо как комбатант в IAC, но может иметь значение для определения того, предоставит ли государство статус военнопленного (POW) своим собственным гражданам, захваченным в боевые действия на стороне иностранной армии. (Государственная практика по этому вопросу различается).

Гражданство является решающим критерием для определения того, будет ли задержанное лицо пользоваться статусом «защищаемого лица» в соответствии с Четвертой Женевской конвенцией. Этот договор, в его четких положениях (статья 4), не применяется к лицам гражданства задерживающего государства или к гражданам нейтральных или совместно воюющих государств, за исключением случаев, когда нет "нормального" дипломатического представительства между такими государствами и задерживающее государство. В ситуации оккупации гражданам нейтральных государств, а также гражданам совместно воюющих государств должен быть предоставлен статус покровительствуемых лиц, за исключением случаев, когда между государством-союзником и оккупирующей державой существует нормальное дипломатическое представительство. В любом случае, если иностранный боец ​​не получил статуса военнопленного или защищаемого лица в соответствии с Третьей или Четвертой Женевской конвенцией, а именно по причинам гражданства, он или она все равно будут пользоваться «сеткой безопасности», предусмотренной статьей 75 Дополнительного протокола. Я, в соответствии с договорным и / или обычным правом.

Гражданство не имеет никакого отношения к статусу иностранных боевиков в NIAC (поскольку в этом типе вооруженного конфликта нет статуса военнопленного или защищаемого лица как такового) или правовой защиты, которую они будут иметь после захвата.Таким образом, иностранные боевики, вышедшие из строя, будут иметь право на гарантии общей статьи 3 и Дополнительного протокола II, когда это применимо, а также на гарантии норм обычного права.

Наконец, иностранных боевиков часто приравнивают к наемникам. В соответствии с МГП понятие «наемник» существует только в IAC, и его единственным следствием является потеря статуса военнопленного [2]. При этом иностранные боевики могут соответствовать определениям "наемников", содержащимся в национальном законодательстве, запрещающем наемничество.

Роль МККК по отношению к иностранным боевикам аналогична той, которую он играет в отношении любых других лиц, взятых в плен и задержанных в связи с вооруженным конфликтом. Если иностранные боевики содержатся в МВЦ и соответствуют условиям для военнопленных или статуса защищаемого лица в соответствии с Третьей или Четвертой Женевской конвенцией, МККК должен быть предоставлен доступ к ним. Если иностранные боевики задерживаются в рамках вооруженного конфликта, МККК может предложить свои гуманитарные услуги задерживающей стороне и посетить их с согласия соответствующих властей.

Возможная криминализация гуманитарной деятельности

Потенциальная криминализация гуманитарной деятельности, как уже более подробно описано в отчете о проблемах 2011 года, остается проблемой для МККК и поэтому кратко повторяется здесь. Обозначение негосударственной вооруженной группы, являющейся участником вооруженного вооруженного конфликта, «террористической» означает, что она может быть включена в списки запрещенных террористических организаций, которые ведутся ООН, региональными организациями и государствами. На практике это может оказывать сдерживающее воздействие на деятельность гуманитарных и других организаций, осуществляющих помощь, защиту и другую деятельность в зонах боевых действий.Это может привести к криминализации ряда гуманитарных организаций и их персонала и может создать препятствия для финансирования гуманитарной деятельности. Запрещение неквалифицированных действий «материальной поддержки», «услуг», «помощи» или «ассоциации с» террористическими организациями, предусмотренное некоторыми уголовными законами, на практике может привести к криминализации основной деятельности гуманитарных организаций и их персонала. которые стремятся удовлетворить потребности жертв вооруженных конфликтов или ситуаций насилия ниже порога вооруженного конфликта.Эти действия могут включать: посещения и материальную помощь задержанным, подозреваемым или осужденным за членство в террористической организации; содействие семейным свиданиям с такими задержанными; курсы первой помощи; семинары по военной хирургии; Распространение МГП среди членов вооруженных оппозиционных групп, включенных в списки террористов; помощь для удовлетворения основных потребностей гражданского населения в районах, контролируемых вооруженными группами, связанными с терроризмом; и широкомасштабные мероприятия по оказанию помощи ВПЛ, в числе бенефициаров которых могут быть лица, связанные с терроризмом.

Можно сказать, что потенциальная криминализация гуманитарного взаимодействия с негосударственными вооруженными группами, обозначенными как «террористические организации», отражает неприятие концепции нейтральных, независимых и беспристрастных гуманитарных действий - подхода, который МККК стремится продвигать в свою оперативную работу в полевых условиях. МККК разрешено и на практике должен быть свободен предлагать свои услуги в интересах гражданских лиц и других лиц, пострадавших в результате вооруженного конфликта, которые оказались во власти или в зоне контроля негосударственной стороны. .

В своем отчете за 2011 год МККК заявил о необходимости более глубокого осознания государствами необходимости гармонизировать политику и правовые обязательства в гуманитарной и контртеррористической сферах, чтобы должным образом достичь желаемой цели в обеих этих сферах. Его рекомендации в этом отношении актуальны и сегодня. Поэтому он повторяет следующие моменты:
- Меры, принимаемые правительствами, как на международном, так и на национальном уровне, направленные на уголовное пресечение террористических актов, должны быть разработаны таким образом, чтобы не препятствовать гуманитарной деятельности. В частности, законодательство, квалифицирующее уголовные преступления как «материальная поддержка», «услуги» и «помощь» лицам или организациям, причастным к терроризму, или «ассоциация» с ними, должно исключать из сферы действия таких преступлений деятельность, которая носит исключительно гуманитарный и беспристрастный характер, и проводятся без каких-либо неблагоприятных различий.
- В отношении МККК, в частности, следует признать, что гуманитарное взаимодействие с негосударственными вооруженными группами, являющимися участниками вооруженного конфликта, является задачей, предусмотренной и ожидаемой от МККК в соответствии с общей статьей 3, которая позволяет МККК предлагать свои услуги стороны NIAC.Таким образом, криминализация гуманитарной деятельности противоречила бы букве и духу Женевских конвенций 1949 года. Другими словами, широкая формулировка, запрещающая «услуги» или «поддержку» терроризму, может лишить МККК возможности выполнять свой договорный (и установленный законом) мандат в условиях, когда негосударственные вооруженные группы, участвующие в вооруженном вооруженном конфликте, называются «террористами». организации ".

Примечания

1. См. Отчет «Международное гуманитарное право и вызовы современных вооруженных конфликтов», раздел II.2: Географический охват применимости МГП

2. В этом контексте следует напомнить, что критерии, которые должны соблюдаться для того, чтобы лицо считалось наемником в соответствии с Дополнительным протоколом I (статья 47), редко доказывались. на практике. Следует также напомнить, что сфера применения, определение и обязательства, изложенные в Международной конвенции о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников (принята 4 декабря 1989 г., вступила в силу 20 октября 2001 г.), 2163 UNTS 75, и Конвенция о ликвидации наемничества в Африке (принята 3 июля 1977 г., вступила в силу 22 апреля 1985 г.), OAU Doc.CM / 433 / Rev. L. Приложение 1 (1972 г.) шире для государств-участников.

Эффективность и этика контртеррористической стратегии США

Стенограмма выступления Джона О. Бреннана

Помощник президента по национальной безопасности и борьбе с терроризмом

«Этика президента и эффективность президента» Контртеррористическая стратегия »

Джейн Харман:
Всем добрый день. Добро пожаловать в Центр Вильсона, и особенно приветствуем нашего председателя правления Джо Гилденхорна и его жену Альму, которые очень активны в Вильсоне, а также в Совете Вильсона.На мой взгляд, сегодняшняя беседа - это большая дань уважения той работе, которую мы здесь делаем. Мы очень заботимся о том, чтобы здесь были наши самые важные политики, и о том, чтобы получить объективные отчеты о том, что делают правительство Соединенных Штатов и другие правительства по всему миру. 10 сентября 2001 года я обедал с Л. Полом Бремером. Джерри Бремер, как его называют, возглавлял комиссию по терроризму, учрежденную Конгрессом, в которой я работал.

Это была одна из трех оперативных групп, предсказавших крупное террористическое нападение на У. С. почва. Во время того обеда мы пожаловались, что никто не воспринял наш отчет всерьез. На следующий день мир изменился. Как высокопоставленный демократ в комитете по разведке Палаты представителей я направлялся в Капитолий США 11 сентября в 9:00, когда меня перевернул срочный звонок моих сотрудников. Напомним, большинство считает, что Капитолий, в котором тогда располагались офисы комитета по разведке, был предполагаемой целью четвертого угнанного самолета. Конгресс закрылся. Ужасный шаг, подумал я, и около 250 человек собрались на лужайке Капитолия - очевидные цели, если бы этот самолет прибыл.Я отчаянно пытался связаться со своим младшим ребенком, который тогда учился в средней школе округа Колумбия, но вышки сотовой связи не работали.

Я не знаю, где был Джон Бреннан в тот день, но я знаю, что арка наших жизней сошлась после того, как он работал заместителем исполнительного директора ЦРУ, когда я стал высокопоставленным членом комитета по разведке Палаты представителей. , когда он стал первым директором Центра интеграции террористической угрозы, организации, созданной тогдашним президентом Бушем 43, когда я был основным автором закона, который стал Законом о реформе разведки и предотвращении терроризма, устав, который мы организовали наше разведывательное сообщество впервые с 1947 года и переименовано в TTIC, организацию, которую возглавлял Джон, в Национальный контртеррористический центр, когда он был первым директором NCTC, когда я возглавлял подкомитет по разведке комитета внутренней безопасности, когда он переехал в Белый дом в качестве заместителя советника по национальной безопасности по вопросам внутренней безопасности и борьбы с терроризмом и помощником президента, и когда я сменил Ли Гамильтона, ее е в Центре Вильсона в прошлом году.

Наконец, когда он стал ответственным лицом президента Обамы по контртеррористической стратегии, и когда Центр Вильсона начал серию программ, которые все еще продолжаются, первую из которых мы провели 9/12/2011, чтобы спросить, что должны похоже, и нужна ли этой стране более четкая правовая база вокруг внутренней разведки.

Очевидно, что история успеха последнего десятилетия - это свержение Усамы бен Ладена в мае прошлого года. В центре этих усилий было высшее руководство службы безопасности нашей страны.Я заметил Дениса Макдона в аудитории, прямо здесь, в первом ряду, и, конечно же, в нее входили президент Обама и Джон Бреннан. Они сделали жесткие вызовы.

Но я также знаю, и все мы знаем, насколько самоотверженными и экстраординарными были действия неназванных сотрудников разведки и морских котиков. Операция зависела от их замечательных навыков и личного мужества. Они выполнили миссию. Центр Вильсона имеет честь приветствовать здесь Джона Бреннана сегодня, накануне первой годовщины рейда бен Ладена. Президент Обама будет озвучивать события завтра, но сегодня мы получаем предварительную информацию от инсайдера, одного из самых влиятельных помощников президента Обамы с обширным портфелем по управлению стратегией борьбы с терроризмом в таких отдаленных местах, как Пакистан, Йемен и Сомали. Работа в этом направлении, как я уже сказал, в Центре Вильсона продолжается, равно как и террористические угрозы в отношении нашей страны.

Я часто говорю, что мы не победим эти угрозы только военной мощью, мы должны выиграть спор. Несомненно, наш оратор сегодня согласен с тем, что безопасность и свобода - это не игра с нулевой суммой.Мы либо получаем больше, либо меньше. Как сказал Бен Франклин: «Те, кто откажется от существенной свободы, чтобы купить немного временной безопасности, не заслуживают ни свободы, ни безопасности». Итак, когда мы приветствуем Джона Бреннана, я также хочу поздравить его и президента Обаму с выдвижением полного состава членов Совета по вопросам неприкосновенности частной жизни и гражданских свобод, еще одной части закона о реформе разведки 2004 года и ключевой части обеспечения того, чтобы американская борьба с терроризмом усилия также защищают нашу конституцию и наши ценности. В конце сегодняшнего мероприятия мы были бы признательны, если бы все остались на своих местах, пока г-н Бреннан покидает здание. Спасибо, что пришли, поприветствуем Джона Бреннана.

[аплодисменты]

Джон Бреннан:
Большое спасибо, Джейн, за очень любезное введение и за эту очень приятную и запоминающуюся прогулку по тропе памяти, поскольку наши пути пересекались столько раз за эти годы, но спасибо также за вашу руководство Центра Вильсона. Для меня большая честь находиться здесь сегодня и выступать в этой группе.И вы проработали много лет на государственной службе, и это продолжается здесь, в Центре Вильсона, и сегодня, и в этой стране мало людей, которые могут сравниться с диапазоном знаний Джейн, от вооруженных сил до разведки и национальной безопасности, и всех, кто имеет появилась до того, как ее комитет не понаслышке узнал, насколько обширен и глубок этот опыт. Итак, Джейн, я просто скажу, что наконец-то рада разделить с вами сцену вместо того, чтобы свидетельствовать перед вами. Для меня большая честь быть рядом с тобой.Итак, вам и всем здесь, в Центре Вудро Вильсона, спасибо за ваш неоценимый вклад, ваши исследования, вашу стипендию, которые ежедневно помогают укреплять нашу национальную безопасность.
Я очень ценю возможность обсудить контртеррористическую стратегию президента Обамы, в частности ее этику и эффективность.

Это уместно, что мы проводим это обсуждение сегодня здесь, в Центре Вудро Вильсона. Именно здесь в августе 2007 года тогдашний сенатор Обама описал, как он доведет войну в Ираке до ответственного конца и переориентирует наши усилия на «войну, которую необходимо выиграть», войну против Аль-Каиды, особенно в племенные регионы Афганистана и Пакистана.

Он сказал, что мы продолжим эту борьбу, отстаивая законы и наши ценности, и что мы будем работать с союзниками и партнерами, когда это возможно. Но он также дал понять, что без колебаний применит военную силу против террористов, которые представляют прямую угрозу для Америки. И он сказал, что, если бы у него была действенная информация о ценных террористических целях, в том числе в Пакистане, он бы действовал, чтобы защитить американский народ.

Так что это особенно уместно, что мы проводим здесь сегодня обсуждение.Год назад сегодня президент Обама столкнулся со сценарием, который он обсуждал здесь, в Центре Вудро Вильсона пять лет назад, и без колебаний начал действовать. Вскоре после этого наши силы специальных операций продвигались к комплексу в Пакистане, где, как мы полагали, мог скрываться Усама бен Ладен. К концу следующего дня президент Обама смог подтвердить, что правосудие наконец восторжествовало над террористом, ответственным за теракты 11 сентября 2001 года и за множество других смертей по всему миру.

Смерть бен Ладена была нашим самым стратегическим ударом по «Аль-Каиде». Заслуга в этом успехе принадлежит отважным силам, которые выполнили эту миссию, подвергая себя чрезвычайному риску для своей жизни; многим специалистам в области разведки, которые собрали воедино улики, которые привели к укрытию бен Ладена; и президенту Обаме, который отдал приказ войти.

Теперь, год спустя, уместно оценить, где мы находимся в этой борьбе. Нам всегда было ясно, что конец бен Ладена не станет ни концом «Аль-Каиды», ни нашей решимостью уничтожить ее.Так что вместе с союзниками и партнерами мы были безжалостны. И когда мы оцениваем ту «Аль-Каиду» 2012 года, я думаю, будет справедливым сказать, что в результате наших усилий Соединенные Штаты стали более безопасными, а американский народ - в большей безопасности. Вот почему.

В Пакистане руководство «Аль-Каиды» продолжало нести тяжелые потери. Сюда входит Ильяс Кашмири, один из главных организаторов операций «Аль-Каиды», убитый через месяц после бен Ладена. В их число входит Атия Абд аль-Рахман, убитый, когда он сменил Аймана аз-Завахири, заместителя лидера «Аль-Каиды».В его состав входит Юнис аль-Мавритани, планировавший нападения на Соединенные Штаты и Европу, пока он не был схвачен пакистанскими войсками.

Поскольку наиболее квалифицированные и опытные командиры были потеряны так быстро, «Аль-Каиде» не удалось их заменить. Это один из многих выводов, которые мы смогли сделать из документов, изъятых на территории резиденции бен Ладена, некоторые из которых будут впервые опубликованы в Интернете на этой неделе Центром по борьбе с терроризмом Вест-Пойнт. Например, бен Ладен беспокоился, и я цитирую: «Возвышение низших лидеров, которые не так опытны, и это приведет к повторению ошибок.

Лидеры «Аль-Каиды» продолжают бороться за установление связи с подчиненными и филиалами. Под сильным давлением в племенных регионах Пакистана у них меньше мест для обучения и подготовки следующего поколения оперативников. Они изо всех сил пытаются привлечь новых сотрудников. Моральный дух низок, разведка указывает на то, что некоторые участники сдаются и возвращаются домой, без сомнения осознавая, что в этой битве они никогда не выиграют. Короче говоря, «Аль-Каида» сильно проигрывает. И бен Ладен знал об этом в момент своей смерти.В изъятых нами документах он признался, что «катастрофа за катастрофой». Он даже призвал своих лидеров бежать из племенных регионов и уйти в места, «подальше от авиационной фотографии и бомбардировок».

По всем этим причинам ядру «Аль-Каиды» в Пакистане труднее, чем когда-либо, планировать и проводить крупномасштабные, потенциально катастрофические нападения на нашу родину. Сегодня становится все более очевидным, что по сравнению с 11 сентября ядро ​​руководства «Аль-Каиды» является тенью самого себя. «Аль-Каида» осталась лишь с горсткой способных лидеров и боевиков, и под постоянным давлением она находится на пути к своему уничтожению.И впервые с тех пор, как началась эта борьба, мы можем заглянуть в будущее и представить себе мир, в котором ядро ​​«Аль-Каиды» просто больше не актуально.

Тем не менее, опасная угроза со стороны «Аль-Каиды» не исчезла. По мере того как ядро ​​«Аль-Каиды» дает сбои, оно продолжает рассчитывать на то, что филиалы и сторонники продолжат свое убийственное дело. Тем не менее, эти филиалы продолжают терять ключевых командиров и возможности. В Сомали действительно вызывает беспокойство слияние «Аль-Каиды» с «Аш-Шабааб», в ряды которой входят иностранные боевики, в том числе и У.С. паспорта. В то же время «Аш-Шабааб» продолжает фокусироваться в первую очередь на проведении региональных атак, и в конечном итоге это слияние двух организаций, находящихся в упадке.

В Йемене «Аль-Каида» на Аравийском полуострове, или AQAP, продолжает ощущать последствия смерти в прошлом году Анвара аль-Авлаки, лидера внешних операций, который отвечал за планирование и руководство террористическими атаками против Соединенных Штатов. . Тем не менее, АКАП продолжает оставаться наиболее активным филиалом «Аль-Каиды» и продолжает искать возможность нанести удар по нашей родине.Поэтому мы продолжаем поддерживать правительство Йемена в его усилиях против AQAP, который вынужден бороться за территорию, необходимую для планирования атак за пределами Йемена. На севере и западе Африки другая дочерняя организация «Аль-Каиды», «Аль-Каида» в исламском Магрибе, или АКИМ, продолжает свои усилия по дестабилизации региональных правительств и занимается похищениями западных граждан с целью выкупа с целью финансирования своей террористической программы. А в Нигерии мы внимательно следим за появлением «Боко Харам», группы, которая, похоже, присоединяется к насильственной программе «Аль-Каиды» и все больше стремится атаковать интересы Запада в Нигерии, помимо целей нигерийского правительства.

В более широком смысле, убийство Аль-Каидой ни в чем не повинных людей, в основном мусульманских мужчин, женщин и детей, сильно запятнало ее имидж и привлекательность в глазах мусульман всего мира.

Джон Бреннан:

Спасибо. В более широком смысле, убийство Аль-Каидой невинных людей, в основном мужчин, женщин и детей, сильно омрачило ее привлекательность и имидж в глазах мусульман всего мира. Это знали даже бен Ладен и его соратники. Его пропагандист Адам Гадан признал, что теперь их рассматривают «как группу, которая без колебаний забирает деньги людей с помощью лжи, взрывая мечети и проливая кровь множества людей.Бен Ладен согласился с тем, что «большая часть» мусульман во всем мире «потеряла доверие» к «Аль-Каиде».

Репутация «Аль-Каиды» настолько повреждена, что бен Ладен даже подумал о смене ее названия. И одна из причин? Как сказал сам бен Ладен, официальные лица США «в основном перестали использовать фразу« война с террором »в контексте нежелания спровоцировать мусульман». По словам бен Ладена, простое наименование их «Аль-Каидой» «уменьшает у мусульман чувство принадлежности к ним».

К чему я бы добавил, это потому, что «Аль-Каида» не принадлежит мусульманам.«Аль-Каида» - это противоположность мира, терпимости и человечности, которые являются отличительной чертой ислама.

Несмотря на большой прогресс, которого мы достигли против «Аль-Каиды», было бы ошибкой полагать, что эта угроза миновала. «Аль-Каида» и связанные с ней силы по-прежнему намерены атаковать Соединенные Штаты. И мы видели, как одинокие люди, включая американских граждан, часто вдохновленные кровавой идеологией Аль-Каиды, убивали ни в чем не повинных американцев и пытались причинить нам вред.

Тем не менее, ущерб, нанесенный руководящему ядру Пакистана, в сочетании с тем, как «Аль-Каида» отдалилась от столь многих стран мира, позволяет нам смотреть вперед.В самом деле, если десятилетие до 11 сентября было временем подъема «Аль-Каиды», а десятилетие после 11 сентября - временем ее упадка, то я считаю, что это десятилетие станет временем ее упадка. Этот прогресс не случаен.

Это прямой результат интенсивных усилий, предпринятых на протяжении более десяти лет двумя администрациями, правительством США и совместно с союзниками и партнерами. Это включает всеобъемлющую контртеррористическую стратегию, которой руководит президент Обама, стратегию, основанную на высшей ответственности президента, по защите безопасности американского народа.В этой борьбе мы задействуем все элементы американской мощи: разведку, военную, дипломатическую, экономическую, финансовую, правоохранительную, внутреннюю безопасность, а также силу наших ценностей, включая нашу приверженность верховенству закона. Вот почему, например, в первые дни своего пребывания в должности президент Обама запретил использование расширенных методов допроса, которые не нужны для обеспечения безопасности нашей страны. Сохранение верности нашим ценностям как нации также включает обеспечение прозрачности, от которой зависит наша демократия.

Через несколько месяцев после вступления в должность президент посетил Национальный архив, где обсудил, как национальная безопасность требует тонкого баланса между секретностью и прозрачностью. Он пообещал поделиться с американским народом как можно большим объемом информации, «чтобы они могли выносить обоснованные суждения и привлекать нас к ответственности». Он постоянно призывал тех из нас, кто входит в его команду национальной безопасности, быть как можно более открытыми и откровенными.

Ранее в этом году генеральный прокурор обсудил, как наши усилия по борьбе с терроризмом коренятся и подкрепляются соблюдением закона, включая судебные органы, которые позволяют нам преследовать членов Аль-Каиды, в том числе У.Граждане С., а для этого использовали технологически продвинутое оружие.

Кроме того, Джех Джонсон, главный юрисконсульт Министерства обороны, рассмотрел правовые основы наших военных усилий против «Аль-Каиды». Стивен Престон, главный юрисконсульт ЦРУ, рассказал о том, как агентство работает в соответствии с законодательством США.

Эти выступления основаны на лекции двухлетней давности Гарольда Коха, юрисконсульта Государственного департамента, который отметил, что «США методы нацеливания, включая летальные операции, проводимые с использованием беспилотных летательных аппаратов, соответствуют всем применимым законам, включая законы войны.

Принимая во внимание эти усилия, я осмелюсь сказать, что правительство Соединенных Штатов никогда не было так открыто в отношении своей контртеррористической политики и ее юридического обоснования. Тем не менее, по-прежнему ведутся серьезные общественные и юридические дебаты вокруг этих технологий и того, как они иногда используются в борьбе с «Аль-Каидой».

Теперь я хочу внести ясность. Я думаю, что в ходе войны в Афганистане и борьбы с «Аль-Каидой» американский народ ожидает от нас использования передовых технологий, например, для предотвращения атак на США.Силы С. и убрать террористов с поля боя. Мы это делаем, и это спасло жизни наших мужчин и женщин в военной форме. Однако внимание многих явно привлекла другая практика, выходящая за рамки горячих полей сражений, таких как Афганистан, выявление конкретных членов Аль-Каиды и затем нанесение на них смертоносной силы, часто с использованием самолетов, дистанционно управляемых пилотами, которых могут быть сотни, если не за тысячи миль отсюда. И это то, на чем я хочу сегодня сосредоточиться.

Джек Голдсмит, бывший помощник генерального прокурора в администрации Джорджа У.Буш, ныне профессор Гарвардской школы права, хорошо описал ситуацию. Он написал:

«Правительству нужен способ убедительно донести до общественности, что его решения о том, кто подвергается нападению, особенно когда целью является гражданин США, являются правильными. Во-первых, правительство может и должно больше рассказать нам о процессе принятия важных решений по таргетированию. Чем больше правительство будет говорить нам о том, насколько серьезно этот вопрос и насколько надежен процесс, тем более убедительными будут его утверждения о точности его фактических определений и обоснованности юридических.Вся эта информация может быть раскрыта в той или иной форме, не подвергая опасности критический интеллект ».

Что ж, президент Обама соглашается. Вот почему я сегодня здесь.

Я стою здесь как человек, который более 30 лет занимается вопросами безопасности нашей страны. Я глубоко признателен за поистине замечательные возможности наших специалистов по борьбе с терроризмом и наши отношения с другими странами, и мы никогда не должны ставить их под угрозу. Я не буду сегодня обсуждать деликатные детали какой-либо конкретной операции.Я не буду и никогда не буду публично разглашать конфиденциальные источники и методы разведки. Когда это происходит, наша национальная безопасность оказывается под угрозой и могут быть потеряны жизни. В то же время мы отвергаем представление о том, что любое обсуждение этих вопросов означает ступить на скользкую дорожку, которая неизбежно ставит под угрозу нашу национальную безопасность. Слишком часто этот страх может стать предлогом для того, чтобы вообще ничего не сказать, что создает пустоту, которая затем заполняется мифами и ложью. Это, в свою очередь, может подорвать доверие к нам со стороны американского народа и иностранных партнеров, а также подорвать понимание и поддержку наших усилий общественностью.Напротив, президент Обама считает, что, если действовать осторожно, осознанно и ответственно, мы можем быть более прозрачными и при этом обеспечивать безопасность нашей страны.

Итак, позвольте мне сказать это как можно проще. Да, в полном соответствии с законом и для предотвращения террористических атак на Соединенные Штаты и для спасения жизней американцев правительство Соединенных Штатов наносит целенаправленные удары по конкретным террористам Аль-Каиды, иногда используя беспилотные летательные аппараты, о чем часто упоминается публично. как дроны.И я здесь сегодня, потому что президент Обама поручил нам быть более открытыми с американским народом в отношении этих усилий.

Вообще говоря, дебаты по поводу ударов, нацеленных на отдельных членов «Аль-Каиды», сосредоточились на их законности, этике, разумности их использования и стандартах, по которым они одобрены. В оставшееся время сегодня я хотел бы рассмотреть каждый из них по очереди.

Во-первых, эти целевые удары законны. Генеральный прокурор, Гарольд Ко и Дже Джонсон подробно рассмотрели этот вопрос.Вкратце напомним, что с точки зрения внутреннего права Конституция наделяет президента полномочиями защищать нацию от любой неминуемой угрозы нападения. Разрешение на использование военной силы (AUMF), принятое Конгрессом после терактов 11 сентября, уполномочило президента «использовать все необходимые и соответствующие силы» против тех стран, организаций и лиц, ответственных за 11 сентября. В AUMF нет ничего, что ограничивало бы использование военной силы против «Аль-Каиды» Афганистаном.

С точки зрения международного права Соединенные Штаты находятся в вооруженном конфликте с «Аль-Каидой», «Талибаном» и связанными с ними силами в ответ на теракты 11 сентября, и мы также можем применить силу в соответствии с нашим неотъемлемым правом на свободу действий. национальная самооборона. В международном праве нет ничего, что запрещало бы использование беспилотных летательных аппаратов для этой цели или что запрещало бы нам использовать смертоносную силу против наших врагов за пределами активного поля боя, по крайней мере, когда вовлеченная страна дает согласие или не может или не желает принимать меры против угроза.

Во-вторых, точечные удары этичны. Несомненно, возможность нацелить на конкретного человека, находящегося за сотни или тысячи миль, вызывает серьезные вопросы. Здесь я считаю полезным рассмотреть такие удары по основным принципам права войны, которые регулируют применение силы.

Прицельные удары соответствуют принципу необходимости, требованию, чтобы цель имела определенную военную ценность. В этом вооруженном конфликте лица, входящие в состав «Аль-Каиды» или связанных с ней сил, являются законными военными целями.У нас есть право атаковать их смертоносной силой, точно так же, как мы нацелены на лидеров врагов в прошлых конфликтах, таких как немцы и японские командиры во время Второй мировой войны.

Прицельные удары соответствуют принципам различения, идее о том, что преднамеренно нацелены только военные объекты и что гражданские лица защищены от преднамеренных ударов. Обладая беспрецедентной способностью дистанционно пилотируемых самолетов точно нацеливаться на военный объект с минимальным сопутствующим ущербом, можно утверждать, что никогда раньше не существовало оружия, которое позволяло бы более эффективно различать террористов Аль-Каиды и невинных гражданских лиц.

Прицельные удары соответствуют принципу соразмерности, т. Е. Представлению о том, что ожидаемый сопутствующий ущерб от действия не может быть чрезмерным по сравнению с ожидаемым военным преимуществом. Трудно представить себе инструмент, который может лучше минимизировать риск для гражданских лиц, чем дистанционно пилотируемые самолеты, если нацелить на отдельного террориста или небольшое количество террористов боеприпасы, которые можно приспособить для предотвращения нанесения вреда другим, находящимся в непосредственной близости.

По той же причине целевые удары соответствуют принципу гуманности, который требует от нас использования оружия, которое не причиняет ненужных страданий.По всем этим причинам я предлагаю вам, что эти целенаправленные удары по террористам «Аль-Каиды» действительно этичны и справедливы.

Конечно, даже если инструмент является законным и этичным, это не обязательно делает его целесообразным или целесообразным в данных обстоятельствах. Это подводит меня к следующему пункту.

Целенаправленные удары - это разумно. Дистанционно пилотируемые самолеты, в частности, могут быть разумным выбором из-за географического положения, с их способностью пролетать сотни миль по самой опасной местности, поражать свои цели с удивительной точностью, а затем возвращаться на базу.Они могут быть разумным выбором из-за времени, когда окна возможностей могут быстро закрываться, а на действия могут быть всего несколько минут.

Они могут быть разумным выбором, потому что они резко снижают опасность для персонала США, даже полностью устраняя опасность. Тем не менее, они также являются мудрым выбором, потому что они резко снижают опасность для невинных мирных жителей, особенно если рассматривать возможность применения массивных боеприпасов, которые могут привести к ранениям и смерти далеко за пределами намеченной цели.

Кроме того, по сравнению с другими вариантами, пилот, управляющий этим самолетом удаленно, с использованием преимуществ технологии и безопасного расстояния, может фактически иметь более четкое изображение цели и ее окрестностей, включая присутствие невинных гражданских лиц.Именно эта хирургическая точность, способность с лазерной фокусировкой устранять злокачественную опухоль, названную террористической «Аль-Каидой», ограничивая при этом повреждение тканей вокруг нее, что делает этот инструмент борьбы с терроризмом столь важным.

Есть еще одна причина, по которой точечные удары могут быть разумным выбором, - стратегические последствия, которые неизбежно наступают с применением силы. Как мы видели, развертывание крупных армий за границей не всегда будет нашим лучшим нападением.

Страны обычно не хотят видеть иностранных солдат в своих городах.Фактически, крупномасштабное, интрузивное развертывание вооруженных сил рискует сыграть против стратегии «Аль-Каиды», которая пытается вовлечь нас в длительные и дорогостоящие войны, которые истощают нас в финансовом отношении, разжигают антиамериканское недовольство и вдохновляют следующее поколение террористов. Для сравнения - точность прицельных ударов.

Я признаю, что мы, как правительство, вместе с нашими иностранными партнерами можем и должны лучше справляться с ошибочным мнением некоторых иностранных граждан о том, что мы участвуем в этих забастовках случайно, как будто мы просто не желаем разоблачать U .Силы против опасностей, с которыми каждый день сталкиваются люди в этих регионах. Ибо, как я опишу сегодня, нет ничего случайного в той чрезвычайной осторожности, с которой мы принимаем решение о преследовании террориста «Аль-Каиды», и в том, на что мы идем, чтобы обеспечить точность и избежать гибели ни в чем не повинных людей.

Тем не менее, нет более важного решения, чем решение использовать ли смертоносную силу против другого человека, даже террориста, решившего убить американских граждан.Поэтому, чтобы гарантировать, что наши контртеррористические операции с применением смертоносной силы будут законными, этичными и мудрыми, президент Обама потребовал, чтобы мы придерживались самых высоких стандартов и процедур.

Это отражает его подход к более широким вопросам, касающимся применения силы. В своей речи в Осло, посвященной присуждению Нобелевской премии мира, президент сказал, что «все нации, как сильные, так и слабые, должны придерживаться стандартов, регулирующих применение силы». И добавил:

«Там, где необходима сила, у нас есть моральный и стратегический интерес - связать себя определенными правилами поведения.И даже если мы противостоим злобному противнику, который не соблюдает никаких правил, я считаю, что Соединенные Штаты Америки должны оставаться знаменосцем в ведении войны. Это то, что отличает нас от тех, с кем мы сражаемся. Это источник нашей силы ».

Соединенные Штаты являются первой страной, которая регулярно наносит удары с использованием беспилотных летательных аппаратов во время вооруженного конфликта. Другие нации также владеют этой технологией, и любые другие страны ищут ее, и еще больше преуспеют в ее приобретении.Президент Обама и те из нас, кто входит в его команду по национальной безопасности, очень хорошо понимают, что по мере того, как наша страна использует эту технологию, мы создаем прецеденты, которым могут следовать другие страны, и не все из этих стран могут - и не все из них будут странами, которые разделяем наши интересы или то значение, которое мы уделяем защите жизни людей, в том числе ни в чем не повинных мирных жителей.

Если мы хотим, чтобы другие страны использовали эти технологии ответственно, мы должны использовать их ответственно. Если мы хотим, чтобы другие страны придерживались высоких и строгих стандартов их использования, мы также должны сделать это.Мы не можем ожидать от других того, чего не сделаем сами. Поэтому президент Обама потребовал, чтобы мы придерживались самых высоких стандартов, чтобы на каждом шагу мы были как можно тщательнее и осмотрительнее.

Это подводит меня к последнему пункту, который я хочу обсудить сегодня, - строгим стандартам и процессу проверки, которых мы придерживаемся сегодня при рассмотрении и санкционировании ударов по конкретному члену «Аль-Каиды» за пределами жаркого поля боя в Афганистане. Я надеюсь дать вам общее представление о той высокой планке, которую мы требуем от себя при принятии этих важных решений сегодня.Это включает в себя не только то, можно ли на законных основаниях преследовать конкретного члена «Аль-Каиды» с применением смертоносной силы, но и следует ли ему это делать.

Со временем мы работали над усовершенствованием, уточнением и усилением этого процесса и наших стандартов, и мы продолжаем это делать. Если наши специалисты по борьбе с терроризмом оценят, например, что подозреваемый в членстве в «Аль-Каиде» представляет такую ​​угрозу для Соединенных Штатов, что требует летальных действий, они могут предложить имя этого человека для рассмотрения. Предложение будет тщательно рассмотрено и, при необходимости, оценено высшими должностными лицами нашего правительства для принятия решения.

Прежде всего, физическое лицо должно быть законной целью в соответствии с законом. Ранее я описывал, как применение силы против членов «Аль-Каиды» разрешено как международным правом, так и законодательством США, включая как неотъемлемое право на национальную самооборону, так и Разрешение на применение военной силы 2001 года, которое, по мнению судов, распространяется на те, кто являются частью «Аль-Каиды», «Талибана» и связанных с ними сил. Если после юридической проверки мы определим, что данное лицо не является законной целью, обсуждение прекращается.Мы - нация законов, и мы всегда будем действовать в рамках закона.

Конечно, закон устанавливает лишь внешние границы полномочий, в которых могут работать специалисты по борьбе с терроризмом. Даже если мы решим, что преследование указанного террориста с применением смертоносной силы является законным, это не обязательно означает, что мы должны это делать. В конце концов, существуют буквально тысячи людей, которые являются частью «Аль-Каиды», «Талибана» или связанных с ними сил, тысячи и тысячи. Даже если бы это было возможно, преследование каждого из этих людей с применением смертоносной силы было бы неразумным и неэффективным использованием наших разведывательных и контртеррористических ресурсов.

В результате мы должны быть стратегическими. Даже если преследование конкретного члена «Аль-Каиды» является законным, мы задаемся вопросом, поднимаются ли действия этого человека до определенного порогового уровня для действий и действительно ли эти действия повысят нашу безопасность.

Например, рассматривая смертоносную силу, мы задаемся вопросом, представляет ли человек значительную угрозу интересам США. Это абсолютно критически важно, и оно относится к самой сути того, почему мы предпринимаем такие исключительные действия.Мы не участвуем в судебных исках - в смертоносных действиях с целью уничтожить каждого члена «Аль-Каиды» в мире. В большинстве случаев, и как мы это делали уже более десяти лет, мы полагаемся на сотрудничество с другими странами, которые также заинтересованы в устранении этих террористов с помощью своих собственных возможностей и в рамках своих законов. Смертельные действия не связаны с наказанием террористов за прошлые преступления; мы не ищем мести. Скорее, мы наносим целенаправленные удары, потому что они необходимы для смягчения реальной продолжающейся угрозы, для остановки заговоров, предотвращения будущих атак и для спасения жизней американцев.

А что мы имеем в виду, когда говорим о значительной угрозе? Я не имею в виду какую-то гипотетическую угрозу, простую возможность того, что член «Аль-Каиды» может попытаться напасть на нас в какой-то момент в будущем. Существенную угрозу может представлять человек, который является оперативным лидером «Аль-Каиды» или одной из связанных с ней сил. Или, возможно, человек сам является оперативником, фактически тренируясь или планируя совершить нападения на лиц и интересы США. Или, возможно, человек обладает уникальными оперативными навыками, которые используются в запланированной атаке.Цель удара по конкретному человеку - остановить его, прежде чем он сможет совершить свою атаку и убить невинных. Цель состоит в том, чтобы сорвать его планы и замыслы до того, как они осуществятся.

Кроме того, мы безоговорочно предпочитаем применять смертоносную силу только тогда, когда мы считаем, что поимка человека невозможна. Я слышал, что администрация Обамы почему-то предпочитает убивать членов «Аль-Каиды», а не захватывать их. Нет ничего более далекого от правды.Мы предпочитаем задерживать подозреваемых в терроризме, когда и где это возможно.

По одной причине это позволяет нам собирать ценные разведданные, которые мы, возможно, не сможем получить никаким другим способом. Фактически, члены «Аль-Каиды», захваченные нами или другими странами, были одним из наших главных источников информации об «Аль-Каиде», ее планах и намерениях. И, оказавшись под стражей в США, мы часто можем привлечь их к ответственности в наших федеральных судах или реформированных военных комиссиях, которые используются для сбора разведывательной информации и предотвращения будущих террористических атак.

Вы видите, что мы предпочитаем захват в случае Ахмеда Варсаме, члена «Аш-Шабааб», который имел серьезные связи с «Аль-Каидой» на Аравийском полуострове. В прошлом году, когда мы узнали, что он поедет из Йемена в Сомали, американские войска захватили его в пути, и впоследствии мы предъявили ему обвинение в федеральном суде.

Реальность, однако, такова, что с 2001 года такие односторонние захваты войск США за пределами горячих полей сражений, таких как Афганистан, стали чрезвычайно редкими. Частично это связано с тем, что во многих частях мира наши партнеры по борьбе с терроризмом могли сами захватывать или убивать опасных людей.

Более того, после того, как она более десяти лет подвергалась безжалостному давлению, ряды «Аль-Каиды» сокращались и рассыпались. Эти террористы умеют искать удаленные, негостеприимные места, места, где Соединенные Штаты и наши партнеры просто не имеют возможности их арестовать или захватить. В других случаях у наших войск может быть возможность попытаться захватить, но только подвергнув жизнь нашего персонала слишком большому риску. Часто попытка захвата может подвергнуть мирных жителей неприемлемому риску.Есть много причин, по которым захват может оказаться невозможным, и в этом случае смертоносная сила может быть единственным оставшимся вариантом устранения угрозы, предотвращения нападения и спасения жизней.

Наконец, рассматривая смертоносную силу, мы, конечно, помним о том, что существуют важные проверки нашей способности действовать в одностороннем порядке на чужих территориях. Мы не применяем силу, когда хотим и где хотим. Принципы международного права, включая уважение суверенитета государства и законов войны, накладывают ограничения.Соединенные Штаты Америки уважают национальный суверенитет и международное право.

Вот некоторые из вопросов, которые мы рассматриваем; высокие стандарты, которым мы стремимся. И, в конце концов, мы принимаем решение, мы решаем, оправдывает ли конкретный член «Аль-Каиды» преследование таким образом. Учитывая ставки и последствия нашего решения, мы внимательно и ответственно рассматриваем всю доступную нам информацию.

Мы анализируем самую последнюю информацию, используя весь спектр наших интеллектуальных возможностей.И мы делаем то, что требует разумный интеллект, мы бросаем ему вызов, мы ставим его под сомнение, включая любые предположения, на которых он может быть основан. Если мы хотим узнать больше, мы можем попросить разведывательное сообщество вернуться и собрать дополнительную информацию или уточнить свой анализ, чтобы можно было принять более обоснованное решение.

Мы прислушиваемся к мнениям департаментов и агентств нашей команды национальной безопасности. Мы не просто прислушиваемся к разным взглядам, мы их просим и поощряем. Мы обсуждаем. Мы дискутируем. Мы не согласны.Мы рассматриваем преимущества и недостатки принятия мер. Мы также тщательно рассматриваем цену бездействия и то, может ли решение не наносить удар может привести к продолжению террористической атаки и потенциально убить множество невинных людей.

Мы также не ограничиваемся только вопросами борьбы с терроризмом. Мы рассматриваем более широкие стратегические последствия любого действия, включая то, какое влияние, если таковое имеется, действие может иметь на наши отношения с другими странами. И мы не просто принимаем решение и никогда не возвращаемся к нему снова.Наоборот. Со временем мы обновляем информацию и продолжаем рассматривать вопрос о том, действительно ли применение смертоносной силы по-прежнему оправдано.

В некоторых случаях, например, когда старшие лидеры «Аль-Каиды» направляют и планируют нападения на Соединенные Штаты, человек явно соответствует нашим стандартам для принятия мер. В других случаях люди не соответствовали нашим стандартам. Действительно, были многочисленные случаи, когда после тщательного анализа мы, работая на основе консенсуса, приходили к выводу, что применение смертоносной силы не было оправдано в данном случае.

Как советник президента Обамы по борьбе с терроризмом, я считаю, что для американского народа важно знать, что за этими усилиями наблюдают с чрезвычайной заботой и вниманием. Президент ожидает, что мы ответим на все сложные вопросы, которые я сегодня обсуждал. Действительно ли захват невозможен? Является ли этот человек серьезной угрозой интересам США? Это действительно лучший вариант? Обдумывали ли мы последствия, особенно непредвиденные? Неужели это поможет защитить нашу страну от дальнейших нападений? Спасет ли это жизни?

Наша приверженность соблюдению этических норм и эффективности этого инструмента борьбы с терроризмом сохраняется даже после того, как мы решили преследовать конкретного террориста таким образом.Например, мы разрешаем конкретную операцию против конкретного человека, только если у нас есть высокая степень уверенности в том, что это лицо действительно является террористом, которого мы преследуем. Это очень высокая планка. Конечно, то, как мы идентифицируем человека естественным образом, связано с источниками и методами разведки, которые я не буду обсуждать. Достаточно сказать, что у нашего разведывательного сообщества есть несколько способов с высокой степенью уверенности определить, что человек, ставший объектом нападения, действительно является террористом «Аль-Каиды», которого мы ищем.

Кроме того, мы разрешаем нанесение удара только в том случае, если у нас есть высокая степень уверенности в том, что ни в чем не повинные гражданские лица не будут ранены или убиты, за исключением самых редких обстоятельств. Беспрецедентные достижения в области технологий обеспечивают большую близость к цели в течение более длительного периода времени и, как результат, позволяют нам лучше понимать, что происходит в реальном времени на земле, что ранее было невозможно. Мы можем быть гораздо более разборчивыми и можем делать более обоснованные суждения о факторах, которые могут способствовать сопутствующему ущербу.

Сегодня я могу вам сказать, что действительно были случаи, когда мы принимали решение не наносить удары, чтобы избежать ранения или смерти ни в чем не повинных гражданских лиц. Это отражает нашу приверженность делать все, что в наших силах, чтобы избежать жертв среди гражданского населения, даже если это означает, что нам придется вернуться в другой день, чтобы уничтожить этого террориста, как мы это делали ранее. И я хотел бы отметить, что эти стандарты для определения цели и предотвращения гибели ни в чем не повинных людей - гибели ни в чем не повинных гражданских лиц, превышают то, что требуется с точки зрения международного права на типичном поле боя.Это еще один пример высоких стандартов, которых мы придерживаемся.

Наша приверженность обеспечению точности и эффективности сохраняется даже после удара. После удара мы задействуем весь спектр наших разведывательных возможностей, чтобы оценить, действительно ли миссия достигла своей цели. Мы пытаемся определить, был ли нанесен побочный ущерб, включая гибель мирных жителей. Конечно, не существует идеального оружия, и беспилотные летательные аппараты не являются исключением.

Как признали президент и другие, действительно были случаи, когда, несмотря на чрезвычайные меры предосторожности, которые мы принимали, гражданские лица были случайно убиты или, что еще хуже, были случайно ранены или, что еще хуже, убиты в результате этих ударов. Это очень редко, но такое случалось. Когда это происходит, это причиняет нам боль, и мы глубоко сожалеем об этом, как и всякий раз, когда на войне гибнут невинные люди. И когда это происходит, мы относимся к этому очень и очень серьезно. Мы возвращаемся назад и пересматриваем свои действия.Мы изучаем наши практики. И мы постоянно работаем над улучшением и совершенствованием наших усилий, чтобы делать все, что в наших силах, чтобы предотвратить гибель невинных людей. Это тоже отражение наших ценностей как американцев.

Обеспечение этичности и эффективности этих ударов также включает регулярное информирование соответствующих членов Конгресса и комитетов, которые контролируют наши контртеррористические программы. Действительно, наши контртеррористические программы, включая использование смертоносной силы, со временем стали более эффективными благодаря надзору Конгресса и нашему постоянному диалогу с членами и персоналом.

Это серьезность, чрезвычайная осторожность, которую президент Обама и те из нас, кто входит в его команду национальной безопасности, проявляют к этому важнейшему из вопросов: применять ли смертоносную силу против террориста, который замышляет нападение на нашу страну.

Когда этот человек является гражданином США, мы задаем себе дополнительные вопросы. Генеральный прокурор уже описал правовые органы, которые явно позволяют нам использовать смертоносную силу против американского гражданина, который является высокопоставленным оперативным лидером «Аль-Каиды».Он обсудил тщательный и внимательный анализ, включая все соответствующие конституционные соображения, который должно быть предпринято правительством США при определении того, представляет ли данное лицо неминуемую угрозу насильственного нападения на Соединенные Штаты.

Подводя итог, стандарты и процессы, которые я описал сегодня, которые мы усовершенствовали и усилили с течением времени, отражают нашу приверженность: обеспечению того, чтобы человек являлся законной целью в соответствии с законом; определение того, представляет ли данное лицо значительную угрозу для U.С. интересы; определение того, что захват невозможен; памятуя о важных проверках нашей способности действовать в одностороннем порядке на чужих территориях; имея такую ​​высокую степень уверенности как в личности цели, так и в том, что ни в чем не повинные гражданские лица не пострадают; и, конечно же, участие в дополнительной проверке, является ли террорист «Аль-Каиды» гражданином США.

В будущем мы продолжим совершенствовать и совершенствовать эти стандарты и процессы. Поступая так, мы будем стремиться институционализировать наш подход более формально, чтобы высокие стандарты, которые мы устанавливаем для себя, сохранялись со временем, в том числе в качестве примера для других стран, которые используют эти возможности.Как сказал президент в Осло, при ведении войны Америка должна быть знаменосцем.

Это включает в себя нашу неизменную приверженность большей прозрачности. Помня об этом, я сегодня приложил искренние усилия, чтобы ответить на некоторые из основных вопросов, которые граждане и ученые подняли в отношении использования целевой смертоносной силы против «Аль-Каиды». Я подозреваю, что есть те, возможно, некоторые в этой аудитории, кто считает, что мы недостаточно прозрачны. Я подозреваю, что как внутри, так и за пределами нашего правительства есть те, кто считает, что я был, возможно, слишком открытым.Если обе группы чувствуют себя немного неудовлетворенными, то сегодня я, вероятно, нашел правильный баланс.

Опять же, есть некоторые границы, которые мы просто не будем и не можем переходить, потому что иногда наша национальная безопасность требует секретности. Но мы демократия. Народ суверенен. И наши контртеррористические инструменты существуют не в вакууме. Они становятся сильнее и устойчивее, когда американский народ понимает и поддерживает их. Они слабее и менее устойчивы, когда этого не делает американский народ.В результате моего сегодняшнего выступления я надеюсь, что американский народ лучше понимает этот важный инструмент, почему мы его используем, что мы делаем, насколько осторожно мы его используем и почему он абсолютно необходим для защиты нашей страны и наших граждан. .

В заключение хочу сказать личное. Я знаю, что для многих людей в нашем правительстве и по всей стране проблема целенаправленных ударов вызвала глубокие моральные вопросы. Это заставляет нас противостоять глубоко укоренившимся личным убеждениям и нашим ценностям как нации.Если кто-либо в правительстве, работающий в этой области, скажет вам, что не боролся с этим, значит, они не уделили много времени размышлениям об этом. Я знаю, что у меня есть, и я буду продолжать бороться с этим, пока я остаюсь в борьбе с терроризмом.

Но в одном я уверен. Мы в состоянии войны. Мы ведем войну против террористической организации под названием «Аль-Каида», которая жестоко убила тысячи американцев, мужчин, женщин и детей, а также тысячи других невинных людей по всему миру.В последние годы с помощью точечных ударов мы превратили «Аль-Каиду» в тень того, чем она когда-то была. Они находятся на пути к гибели.

Однако до тех пор, пока это не произойдет, в труднодоступных местах все еще есть террористы, которые активно планируют нападения на нас. Если представится такая возможность, они с радостью нанесут еще один удар и убьют еще больше наших граждан. И у президента есть конституционное и торжественное обязательство сделать все, что в его силах, для защиты безопасности американского народа.

Да, война - это ад. Это ужасно. В нем люди убивают других людей, иногда невинных гражданских лиц. Вот почему мы презираем войну. Вот почему мы хотим, чтобы эта война против «Аль-Каиды» закончилась как можно скорее, а не дольше. И со временем, по мере того, как «Аль-Каида» уходит в прошлое и наши партнеры становятся сильнее, я надеюсь, что Соединенным Штатам придется меньше полагаться на смертоносную силу для обеспечения безопасности нашей страны.

Пока этого не произойдет, как сказал здесь президент Обама пять лет назад, если другая нация не может или не будет предпринимать никаких действий, мы это сделаем.И это прискорбный факт, что для спасения многих ни в чем не повинных жизней мы иногда вынуждены забирать жизни террористов, которые стремятся убить наших сограждан.

От имени президента Обамы и его администрации я здесь, чтобы сказать американскому народу, что мы будем продолжать работать над защитой этой страны - этой страны и ее граждан ответственно, соблюдая законы этой страны и оставаясь верными им. ценности, которые определяют нас как американцев, и большое вам спасибо.

Джейн Харман:
Спасибо, мистер.Бреннан. Поскольку уже почти час, я надеюсь, что вы сможете остаться еще на несколько минут, чтобы ответить на вопросы, и я просто хотел бы сделать комментарий, задать вам один вопрос, а затем передать его нашим - передайте его нашей аудитории. для вопросов. Пожалуйста, никаких заявлений. Задавать вопросы. Во-первых, я, безусловно, ценю ваш призыв к большей прозрачности. Я думаю, что чем яснее мы сможем сформулировать нашу политику и чем лучше мы сможем ее объяснить, и чем больше у нас будет споров на общественном поле о них, тем больше: во-первых, они будут поняты; и, во-вторых, они убедят потенциального террориста-смертника, который собирается пристегнуть жилет, что есть лучший ответ.В конце концов, мы должны выиграть спор со следующим поколением, а не просто убрать тех, кто не может быть реабилитирован в этом поколении, и я вижу, как вы киваете, поэтому я знаю, что вы согласны, и я не собираюсь вас спрашивать вопрос об этом. Я также хочу сказать, что для нас большая честь, что вы произнесли эту важную речь в Центре Вильсона. Здесь новый материал для тех, кто его пропустил. Тот факт, что США наносят точечные удары с использованием беспилотных летательных аппаратов, всегда был тем, о чем я, как государственный служащий, танцевал, потому что знал, что это не было официально признано нашим правительством.Я был одним из тех членов Конгресса, которых проинформировали об этой программе, я видел ленту, которая показывает, как мы это делаем, я не собираюсь комментировать конкретные операции или регионы мира, но я действительно считаю важным, чтобы наше правительство признало это и изложило как можно точнее причины, по которым мы это делаем, и я хочу поблагодарить вас лично, а также Эрика Холдера, Джея Джонсона и Гарольда Коха за тщательное определение правовой базы и также добавим, что в Центре Вильсона мы продолжим обсуждать эти вопросы и посмотрим, какую ценность мы можем добавить без всяких поводов на беспартийной основе, чтобы помочь еще более четко сформулировать причины, по которым, как вы сказали, война - это ад , и почему, как вы сказали, нет решения более значимого, чем решение о применении юридической силы, поэтому большое спасибо за то, что сделали здесь эти замечания.

Мой вопрос таков: я не думаю, что вы упомянули в этом чрезвычайно важном обращении, это рост исламистских партий, которые были избраны в Тунисе, Египте и, вероятно, будут избраны и будут существовать в Турции и других странах. . Считаете ли вы, что присутствие исламистов внутри палатки в политической сфере также помогает уменьшить угрозу со стороны внешних групп, таких как «Аль-Каида»?

Джон Бреннан:
Что ж, мы надеемся, что на Ближнем Востоке вспыхивает политический плюрализм, и мы собираемся обнаружить во многих странах способность различных округов найти свое выражение в политических партиях.И, конечно же, мы очень решительно выступаем за использование политической системы, законов, чтобы иметь возможность выражать взгляды отдельных групп в разных странах, и поэтому вместо того, чтобы находить выражение через насильственный экстремизм, эти группы имеют возможность сейчас, и поскольку их никогда раньше не было в таких странах, как Тунис, а также в Египте, Йемене и других местах, где они могли бы реально участвовать в политической системе. Это займет некоторое время, прежде чем эти системы смогут стать достаточно зрелыми, чтобы там могла быть очень прочная и демократическая система, но, конечно, те люди, которые являются партиями, которые связаны с партиями, имеющими религиозную основу. , теперь они могут найти возможность участвовать в этой политической системе.

Джейн Харман:
Мой второй и последний вопрос, и я вижу всех вас, которые собираются поднять руки, и еще раз, пожалуйста, просто сформулируйте вопрос, как я собираюсь это сделать. Вы только что упомянули Йемен, это было частью вашего более широкого портфолио, я знаю, что вы много ездили туда, и вы были ключевым архитектором сделки, чтобы заставить Салеха - 40-летнего правителя-автократа - согласиться принять иммунитет, покинуть страну, а затем быть замененным избранным лидером, в данном случае его вице-президентом в реорганизованном правительстве.Как вы думаете, может ли решение йеменского типа работать в Сирии? Как вы думаете, есть ли возможность вывести семью Башар из Сирии и сформировать там новое правительство, и, возможно, в том, чтобы Россия возглавила усилия для этого из-за ее тесных связей с Сирией и того факта, что она все еще, к сожалению, вооружает и поддерживает сирийский режим?

Джон Бреннан:
Что ж, каждая из этих стран на Ближнем Востоке сталкивается с разными типами обстоятельств, и у них уникальная история.Йемену повезло - там действительно была определенная степень политического плюрализма, Али Абдулла Салех фактически позволил определенным политическим институтам развиваться, и нам очень повезло с мирным переходом от предыдущего режима к правительству президента Хади сейчас. . Безусловно, нужно найти какой-то путь для прогресса в Сирии. То, что происходит в этой стране, является возмутительным - продолжающаяся смерть сирийских граждан от рук жестокого авторитарного правительства. Это то, что нужно прекратить, и международное сообщество объединилось для этого, поэтому я хотел бы иметь возможность увидеть что-то, что можно было бы изменить мирным путем, но чем скорее это будет сделано, очевидно, тем больше жизней мы спасли.

Джейн Харман:
Большое спасибо. Пожалуйста, представьтесь и задайте только вопрос. Женщина прямо передо мной, да. Просто подожди микрофон.

Тара МакКелви:

Привет, меня зовут Тара МакКелви, я здесь ученый, я корреспондент Newsweek и The Daily Beast, и вы немного рассказали о борьбе, которую вы ведете в этом процессе. о целевых ударах, а генерал Картрайт говорил со мной по вопросу о сдаче, это не совсем вариант, когда вы, например, используете дрон Predator.Мне интересно, можете ли вы рассказать о том, какие проблемы вызывают у вас наибольшее беспокойство, когда вы думаете об этих забастовках.

Джон Бреннан:
Ну, как я уже сказал, одно из соображений, которые мы рассматриваем, - это возможность захвата. Мы бы предпочли заполучить этих людей, чтобы их можно было поймать. Работая с местными органами власти, мы хотели бы иметь возможность предоставлять им информацию, которую они могут получить от отдельных лиц, поэтому необязательно, чтобы силы США действовали в определенных областях.Но если это невозможно, либо потому, что это слишком рискованно с точки зрения сил, либо потому, что у правительства нет воли или способности сделать это, тогда мы принимаем решение, требует ли значимость угрозы, которую представляет этот человек, мы должны принять меры, чтобы уменьшить угрозу, которую они представляют. Я имею в виду, что это люди, которые могут быть вовлечены в очень активный заговор, и если ему будет позволено продолжаться, вы знаете, это может привести к нападениям в Йемене против США.Посольство С. или здесь, на родине, которое могло убить, знаете, десятки, если не сотни людей. Тем не менее, что мы всегда хотим сделать, это посмотреть, есть ли возможность поймать этого человека и каким-то образом привлечь его к ответственности в целях сбора разведывательных данных, а также судить их за их преступления.

Джейн Харман:
Спасибо, человек в зеленой рубашке прямо здесь.

Роберт Баум:
Роберт Баум из Центра Вильсона и Университета Миссури. Спасибо за ваши Коментарии.Я действительно хотел спросить об одной области, в которой мы кажемся менее успешными, события в Мали и Нигерии, кажется, предполагают, что мы менее успешны в сдерживании Аль-Каиды, и мне было интересно, не могли бы вы немного поговорить об этом. ваши усилия в Западной Африке, а также настоятельно призываем вас подчеркнуть важность экономического развития как способа - стратегического развития экономического развития в борьбе с терроризмом. Спасибо.

Джон Бреннан:
Вы подняли два важных вопроса. Один из них - это то, что мы делаем с точки зрения противодействия террористической угрозе, которая исходит в таких местах, как Мали и Нигерия, и в других регионах, а затем то, что нам нужно делать дальше в плане помощи в целях развития и помощи этим странам, чтобы они могли построить институты, способные удовлетворить потребности людей.В Нигерии сейчас особенно опасна ситуация с «Боко Харам», которая связана с «Аль-Каидой», но также имеет связи с «Аль-Шабааб», а также с АКИМ. У нее есть это радикальное ответвление, Ансару, которое действительно сосредоточено на интересах США или Запада, и поэтому существует внутренний вызов, который Боко Харам представляет для Нигерии, и, как мы хорошо знаем, есть борьба между севером и югом внутри Нигерии и напряженность между христианско-мусульманские общины. Таким образом, мы пытаемся работать с правительством Нигерии, а также с другими правительствами, чтобы попытаться дать им возможности, необходимые для противодействия террористической угрозе, но также проблема заключается в создании этих политических институтов в Нигерии, чтобы что они могут справиться с этим не только с точки зрения правоохранительных органов или внутренней безопасности, но и для удовлетворения тех потребностей, которые подпитывают некоторые из этих пожаров насильственного экстремизма.

Мали, вы знаете, из-за недавнего переворота мы пытались работать через Сахель с Мали, Нигером, Мавританией и другими странами, чтобы противостоять растущему явлению и угрозе исламского Магриба Аль-Каиды, уникальная организация, потому что в ней есть криминальный аспект. Вы знаете, он похищает этих людей за большой выкуп. Мы возмущены, когда, знаете ли, страны или организации платят такие огромные суммы Аль-Каиде, будь то в Сахеле или Йемене, потому что она просто может подпитывать их деятельность, но Мали прямо сейчас, с переворотом и затем восстание туарегов на севере, а затем эта территория, которая по сути является такой большой обширной территорией, которая также, как вы знаете, требует как баланса, так и противодействия краткосрочным угрозам, исходящим от Аль-Каиды, но также пытается дать правительству в Мали, в Бамако, возможность создавать эти институты, удовлетворять потребности развития, у них есть различного рода этнические и племенные соперничества, так что это сложная область.Я очень тесно сотрудничал с ... разговаривая с моими французскими и британскими коллегами, а также с другими в регионе, о том, как можно каким-то образом решить некоторые из этих более широких африканских проблем, которые, к сожалению, проявляются в похищениях людей. , и пиратство, и преступная деятельность, и террористические нападения, так что сейчас в Африке наблюдается оперативный ритм, который вызывает беспокойство в ряде частей континента.

Джейн Харман:
Там, посередине, да.

Джон Бреннан:
Я могу потратить еще 10 минут [неразборчиво].

Линн Эрдберг:

Привет, Линн Эрдберг [пишется фонетически] из Государственного департамента. Как мы можем гарантировать, что исполнительные межведомственные субъекты, когда они предпринимают контртеррористические действия, придерживаются соответствующих стандартов и процессов, когда мы просим их действовать в качестве прокуроров, судей и присяжных, и как мы можем гарантировать, что разведывательные данные будут храниться в том же порядке стандарты и процессы, что доказательства есть?

Джон Бреннан:
Хорошо, как я попытался сказать в своих замечаниях, мы не предпринимаем эти действия в качестве мести за прошлые проступки.Мы не суд, мы не пытаемся определить вину или невиновность, а затем нанести удар в отместку. То, что мы пытаемся сделать, - это предотвратить гибель людей в результате террористических атак, поэтому мы не должны быть, знаете ли, своего рода судьей и присяжными по их причастности к прошлой деятельности. Мы видим, что угроза развивается, мы очень внимательно следим за ней, мы определяем лиц, которые несут ответственность за реализацию этого заговора и этого плана, а затем принимаем решение о том, есть ли у нас надежная разведывательная база, и вот почему Я пытался сказать в своем выступлении, что у нас есть стандарты.Вы знаете, разведывательные данные передаются, мы оцениваем это, есть межведомственные встречи, в которых многие из нас участвуют на постоянной основе, изучаем эти разведданные, определяем, есть ли у нас степень уверенности в том, что этот человек действительно участвует в выполнение этого плана по убийству американцев. Если он достигнет этого уровня, то мы смотрим на него в соответствии с другими стандартами, о которых я говорил, с точки зрения невозможности захвата, определения того, что у нас есть интеллект, который даст нам, вы знаете, высокий степень уверенности в том, что, как вы знаете, мы можем отследить человека и найти его, и быть уверенными в том, что мы принимаем меры против человека, который действительно участвует в совершении атаки.Вы знаете, если бы мы - если бы нам не пришлось предпринимать эти действия, а у нас все еще было - и у нас была бы уверенность в том, что теракта не будет, я думаю, все были бы очень, очень довольны. Мы решаем предпринять это действие только в том случае, если нет другого доступного варианта, если нет возможности захвата, если местное правительство не примет меры, если мы не можем сделать что-то, что предотвратит это нападение, и единственный Доступный вариант - убрать этого человека с поля битвы, и мы собираемся сделать это таким образом, чтобы у нас была уверенность в том, что мы на самом деле не собираемся наносить побочный ущерб.Итак, опять же, это действительно очень строгая система стандартов и процессов, которую мы проходим.

Джейн Харман:
Спасибо. В далеком прошлом. Да ты.

Джон Харпер:

Сэр, мне было интересно, можете ли вы нам сказать -

Джейн Харман:
Представьтесь, пожалуйста.

Джон Харпер:

Ой, извините, Джон Харпер с Асахи Симбун. Это японская газета. Мне было интересно, не могли бы вы сказать мне, сколько раз или в каком процентном отношении предложения о нацеливании на конкретного человека были отклонены, а также не могли бы вы решить проблему подписных забастовок, которые, как мне кажется, не обязательно направлены против конкретных людей , но люди, которые занимаются подозрительной деятельностью.Не могли бы вы прокомментировать, каковы критерии для их нацеливания? Спасибо.

Джон Бреннан:

Что ж, я не собираюсь вдаваться в подробности о том, сколько раз, в какой пропорции случаев были утверждения или отклонения этих рекомендаций, которые были выдвинуты, но я могу просто сказать вам, что было - много раз, когда лица, которые были выдвинуты к рассмотрению за такого рода действия, были отклонены. Вы ссылаетесь на забастовки подписей, о которых часто сообщает пресса.Я говорил здесь конкретно о целенаправленных ударах по причастным к этому лицам. Однако все, что мы делаем, что осуществляется против «Аль-Каиды», осуществляется в соответствии с верховенством закона, разрешением на использование военной силы и внутренним законодательством. И мы делаем это с такой же строгостью, и есть различные способы, с помощью которых мы можем убедиться, что предпринимаем необходимые действия для предотвращения террористической атаки. В этом вся цель любого действия, которое мы используем, инструмент, который мы используем, - это предотвращение нападений и спасение жизней.И поэтому сегодня я впервые открыто говорил о том, что в прессе обычно называют беспилотными летательными аппаратами, беспилотными летательными аппаратами, которые могут дать вам такую ​​лазерную точность, которая может устранить того террориста или эту угрозу в мире. манера, которая, опять же, с медицинской метафорой, которая не повредит окружающие ткани, и поэтому то, что мы действительно пытаемся сделать - Аль-Каида - это рак во всем мире, он метастазировал во многих разных местах, и когда эта метастазирующая опухоль станет смертельной и злокачественной, тогда мы предпримем необходимые действия.

Джейн Харман:
Последний вопрос будет о женщине сзади на краю.

Homai Emdah:

Извините. А как насчет такой страны, как Пакистан -

Джейн Харман:
Не могли бы вы назвать себя, пожалуйста.

Homai Emdah:
Homai Emdah [пишется фонетически], Express News. Г-н Бреннан, как насчет такой страны, как Пакистан, где часто наносятся удары дронов, и за последние несколько месяцев правительство Пакистана неоднократно выражало протест США.Правительства С. о прекращении ударов беспилотников, что также является предметом дискуссии между послом Гроссманом, когда он был в Исламабаде. Вы упомянули, что страны могут быть неспособны или не хотят арестовывать боевиков, так как же поступить с такой страной, как Пакистан, которая официально не принимает удары с помощью беспилотников?

Джон Бреннан:
Мы ведем постоянный диалог со многими странами по всему миру по контртеррористическим программам, и в некоторых из этих стран мы участвуем в очень подробных обсуждениях соответствующих инструментов, которые можно использовать.В случае с Пакистаном, как вы отметили, посол Гроссман был там совсем недавно. С правительством Пакистана продолжаются дискуссии о том, как лучше всего бороться с террористической угрозой, исходящей из этого района, и я отмечу, что, как вы знаете, очень много пакистанцев было убито этой злокачественной опухолью, которая находится в пределах суверенных границ Пакистана. Это - и многие, многие храбрые пакистанцы отдали свои жизни против этих террористических и боевых организаций. Итак, как недавно заявил парламент в своей резолюции, Пакистан должен избавиться от этого - этих иностранных боевиков и этих иностранных террористов, пустивших корни внутри Пакистана.Таким образом, мы привержены очень тесному сотрудничеству на постоянной основе с правительством Пакистана, которое включает, как вы знаете, различные компоненты, разведку, безопасность и различные гражданские департаменты и агентства, чтобы помочь им справиться с террористической угрозой, а также чтобы они могут помочь нам сделать так, чтобы Пакистан и этот район около Афганистана никогда больше не использовались в качестве стартовой площадки для атак здесь, в Соединенных Штатах.

Джейн Харман:
Спасибо. Позвольте мне в заключение сказать, что бывший директор ЦРУ Майк Хайден использовал аналогию с футбольным полем, линии на футбольном поле, и он говорил о наших сотрудниках разведки и других как об игроках на поле, и он сказал: « Нам нужно, чтобы они нанесли мел на свои шипы.«Подойдите вплотную к линии осуществления утвержденной политики Соединенных Штатов, и если вы так думаете, действительно важно иметь прозрачную политику, чтобы те, кто выполняет миссию, и те, кто в Соединенных Штатах и ​​те, кто во всем мире пытается понять миссию, знают, где проходят границы. Если мы не знаем, где находятся линии, некоторые люди будут избегать риска, другие будут совершать излишества, и мы, конечно, видели некоторые из них, вспоминает Абу-Грейб, за последние годы, которые бросают тень на наши глаза. страна.И поэтому я просто хочу аплодировать тому факту, что Джон Бреннан приехал сюда из Белого дома, провел с нами более часа, подробно излагая, каковы правила того, что было раскрыто сегодня, а именно использования дронов. в определенных операциях - целевые операции. Споры будут продолжаться, без сомнения, люди в этой аудитории и слушающие имеют разные точки зрения, мы, конечно, знаем, что одна молодая женщина сделала это во время его выступления, но именно поэтому здесь находится Центр Вильсона.Предложить платформу, свободную от сплетен и пристрастной риторики, для тщательного обсуждения этих вопросов, и вы оказали нам честь, придя сюда сегодня, господин Бреннан, большое вам спасибо.

Джон Бреннан:
Большое спасибо, Джейн, спасибо.

[аплодисменты]

[конец транскрипции]

CT Обзор: Бельгия | Контртеррористическая этика

Автор: Doaa ’Elnakhala

1 Политическая ситуация и безопасность 2

2 Характер угрозы 2

3 бельгийских контртеррористических учреждения 4

4 Бельгийское законодательство о борьбе с терроризмом 9

5 Бельгийская контртеррористическая стратегия и тактика 11

6 Заключение 18

Как и другие европейские страны, Бельгия имеет довольно большой опыт борьбы с терроризмом.Тем не менее, теракты 22 марта 2016 года были признаны самыми ужасными из когда-либо известных Бельгии. В результате последних атак погибло 32 мирных жителя и несколько сотен получили ранения. В период с 1970 по 2014 год в Бельгии было совершено более 140 террористических атак, в результате которых 40 человек погибли и 230 получили ранения. Ожидается, что контртеррористический потенциал Бельгии значительно увеличился после атак 11 сентября. Совсем недавно Бельгия ввела 30 контртеррористических мер в контексте террористических атак в Париже и Брюсселе в 2015 и 2016 годах.

Вернуться к началу

Бельгия, признанная уязвимой для терроризма, столкнулась с четырьмя основными источниками угрозы.

2,1 Вернувшиеся

Возвращение иностранных боевиков-террористов, находящихся в настоящее время в Сирии и Ираке, является проблемой безопасности во многих европейских странах. Эти боевики являются гражданами ЕС, которые уехали в Сирию или Ирак, где они прошли обучение и идеологическую обработку со стороны террористических групп, таких как так называемое Исламское государство (ИГ). Эти боевики могут вернуться в Европу для проведения терактов.Фактически, эта угроза впервые материализовалась в 2014 году, когда гражданин Франции, вернувшийся из Сирии, застрелил четырех человек в Еврейском музее в Брюсселе. Бельгия входит в четверку стран ЕС, поставляющих иностранные истребители в Сирию и Ирак. Действительно, согласно отчету Европола за 2017 год, в Бельгии самое большое количество боевиков на душу населения.

Данные

Координационного центра анализа угроз (OCAM) с конца 2016 года показывают, что в течение того года 270 бельгийцев уехали в Сирию, из которых 110 были убиты, а 160 [1] все еще там.По состоянию на январь 2017 года около 20 из этих комбатантов обсуждали с властями условия своего возвращения. В Бельгии действия, обычно проводимые репатриантами, такие как обучение террористических групп, вербовка в такие группы и подстрекательство, считаются уголовными преступлениями. Не все репатрианты прибегают к терроризму и, по крайней мере, некоторые стремятся к реабилитации и реинтеграции в общество.

Вернуться к началу

2.2 Радикализация

Радикализация маргинализированных групп считается серьезным источником угрозы в Бельгии и ее соседях.Фактически, 2015 и 2016 годы продемонстрировали, насколько доморощенные террористы в Европе могут быть столь же опасны, как и опытные боевики, если не больше. Однако важно помнить, что не все радикалы прибегают к насилию. В Бельгии были выявлены два типа радикализации: религиозная и социальная. С религиозной точки зрения, хорошо финансируемые мечети с салафитской и саудовской ваххабитской идеологиями особенно активны в радикализации молодежи по всей стране. Кроме того, Интернет и телевидение сыграли важную роль в распространении таких идеологий.Социальная радикализация распространяется среди молодежи в маргинальных районах, например Моленбек. Число молодежи, радикализирующейся в таких районах, растет. Часто радикализированными являются бывшие члены преступных сетей, занимающихся незаконным оборотом наркотиков и контрабандой. Для них радикальный ислам - это скорее форма идентичности, чем система убеждений.

Вернуться к началу

2.3 Виртуальный халифат

Успешный и действующий джихадистский проект, такой как проект так называемого ИГ, может привлечь бойцов со всего мира, даже если физический халифат падет.Это влечет за собой потерю так называемыми ИГ территорий на местах, но это не означает сокращения набора и поддержки. Изображения и видео из так называемой эпохи могут быть использованы для создания мощного повествования для пропаганды и вербовки, что, в свою очередь, усилит радикализацию и насильственный экстремизм. Зная, что Интернет является центральным инструментом в этом процессе, Бельгия все еще должна предпринять целенаправленные усилия в киберпространстве для отслеживания этого нарратива и, возможно, создания эффективных контр-нарративов.

Вернуться к началу

2.4 Экстремистские сети

Несколько сетей Джихади присутствуют в Бельгии и соседних странах. Такие сети были причастны к террористическим актам, вербовке и подстрекательству. Несколько таких сетей были демонтированы властями. Например, судебный процесс против 45 членов Sharia4Balgium, созданной в 2010 году Фуадом Белкасемом. Их судили в феврале 2015 года, несмотря на то, что в суде присутствовали только семеро. Другой пример - сеть Халида Зеркани, которая началась с того, что Зеркани вербовал молодых мусульман для сражений в Сирии и Ираке в 2012 году.Сам Зеркани был арестован в начале 2014 года, и 31 члену его сети были предъявлены обвинения, в основном заочно, в том числе Абдельхамид Абаауд, один из организаторов терактов в Париже. На местах присутствует множество других сетей, и есть серьезные опасения по поводу новых атак, организованных такими группами.

Вернуться к началу

Политическая система Бельгии состоит из федеральных, региональных и местных органов власти. Учреждения всех этих трех уровней вовлечены в борьбу с терроризмом.Как правило, бельгийские органы по борьбе с терроризмом контролируются Министерством внутренних дел и Министерством юстиции. Помимо вооруженных сил, полиции и спецслужб, в Бельгии имеется большое количество государственных органов, которые участвуют в борьбе с терроризмом на разных уровнях. Хотя координация и сотрудничество между этими учреждениями неоднократно подчеркивается, бельгийские контртеррористические агентства страдают от проблем с координацией, что отчасти является результатом большого количества вовлеченных учреждений.

Вернуться к началу

3.1 Разведывательные учреждения

3.1.1 Разведывательные службы

Традиционно ответственность за терроризм находилась в ведении спецслужб Бельгии, но к антитеррористической деятельности подключилось больше субъектов, особенно после 11 сентября. Бельгийских спецслужб две: гражданская и военная. Служба гражданской разведки известна как Служба государственной безопасности, а военная - Служба общей разведки и безопасности (GISS).

Вернуться к началу

3.1.1.1 Государственная безопасность

Государственная безопасность, штат которой составляет человек и около 600 человек, находится в ведении министра юстиции и министра внутренних дел и действует на территории Бельгии. Государственная безопасность больше вовлечена в борьбу с терроризмом, чем служба военной разведки. Он выполняет такие задачи, как сбор и анализ информации о любых угрозах демократическому, конституционному государству и государству всеобщего благосостояния, таких как терроризм, экстремизм, шпионаж, распространение, сектантские организации и преступные организации.Он также информирует другие правительства о наличии такой угрозы. Служба государственной безопасности отвечает за процедуры проверки и оказывает помощь и техническую поддержку судебным расследованиям.

Вернуться к началу

3.1.1.2 Служба общей разведки и безопасности

GISS находится в ведении министра обороны и является частью вооруженных сил Бельгии. Он действует за пределами бельгийской территории и в первую очередь специализируется на сборе и анализе разведданных о любой деятельности, которая представляет собой угрозу национальной территории, планам военной обороны, выполнению функций вооруженных сил или безопасности бельгийских граждан за рубежом. .GISS также отвечает за безопасность персонала Министерства обороны, военных объектов, военных секретов, а также научных и экономических учреждений. Более того, он обычно реагирует на кибератаки. Например, GISS пытается отслеживать людей в Сирии и других странах.

Вернуться к началу

3.1.2 Группа финансовой разведки

Бельгийская группа финансовой разведки (CTIF) является независимым административным органом юридического характера, находящимся под надзором министров юстиции и финансов.Он отслеживает и расследует сообщения о финансовых преступлениях, включая отмывание денег и финансирование терроризма. CTIF обладает широкими полномочиями по проведению расследований и передаче уголовных дел в федеральную прокуратуру. Согласно годовому отчету CTIF за 2015 год, из 1131 дела о финансовых преступлениях, переданных CTIF в прокуратуру, 37 потенциально были связаны с финансированием терроризма, что на 2,14% больше, чем годом ранее.

Вернуться к началу

3,2 Федеральная и местная полиция

Две ветви бельгийской полиции, федеральная и местная или зональная, считаются двумя отдельными силами.Однако они объединены функциональными инструментами, такими как общий цикл планирования, общие образовательные программы, общие базы данных и т. Д.

Федеральная полиция находится в ведении министра внутренних дел и министра юстиции. Он отвечает за надлокальные и сложные общественные беспорядки и преступления. Федеральная полиция в настоящее время имеет пять подразделений по борьбе с терроризмом, в том числе одно в Брюсселе и другое в Антверпене. Федеральная полиция тесно сотрудничает с бельгийскими спецслужбами.

Местная или зональная полиция отвечает за 196 зон Бельгии. В каждой из этих зон в среднем 3 муниципалитета. Такая полиция занимается местными и менее сложными формами преступности и общественных беспорядков. Они сосредоточены на профилактических задачах и подпадают под ответственность мэров.

Вернуться к началу

3.3 Военные

После терактов в Париже и Брюсселе в 2015 и 2016 годах военным были поручены задачи по обеспечению безопасности, связанные с борьбой с терроризмом.1800 солдат были размещены на местах в крупных городах Бельгии. Одна из 30 контртеррористических мер Бельгии позволила развернуть армию внутри страны при повышении уровня угрозы. Кроме того, бельгийские военные участники международной коалиции против так называемого ИГ. По состоянию на середину 2016 года Бельгия участвовала в коалиции с шестью самолетами F-16 и 120 обслуживающим персоналом. Кроме того, около 30 бельгийских военных инструкторов приняли участие в учебных программах возле аэропорта Багдада. В 2015 году Бельгия выделила 56 миллионов долларов США на гуманитарную поддержку Ирака и Сирии.Бельгийские вооруженные силы также участвовали в ряде других контртеррористических операций, включая Миссию решительной поддержки НАТО в Афганистане в 2015 году, Учебную миссию ЕС (EUTM) в Мали и Многопрофильную комплексную миссию по стабилизации в Мали (МИНУСМА).

Вернуться к началу

3.4 Прокуратура

Прокуратура очень важна для контртеррористических расследований. Им помогают несколько официальных учреждений, в том числе судебная полиция.В Бельгии 12 федеральных магистратов, занимающихся борьбой с терроризмом. Как только соответствующее дело будет передано в суд, прокуратура берет на себя ответственность. Судебная власть и спецслужбы могут работать над одним и тем же делом одновременно.

Вернуться к началу

3.5 Политические институты

3.5.1 Регионы и сообщества

Регионы менее вовлечены в борьбу с терроризмом, но их социально-экономическая деятельность важна для превентивных мер.Брюссельский регион координирует политику безопасности, обычно путем принятия плана предотвращения и безопасности. Это происходит в форме подразделения по радикализации, которое облегчает работу местных агентов по профилактике, работающих над радикализацией, и обеспечивает соответствующее обучение. Подразделение в Брюсселе известно как BRAVVO Brussels. Сообщества, в свою очередь, несут ответственность за образование молодежи, социальную сплоченность и культурные мероприятия, которые также включают усилия по дерадикализации. Например, в Валлонии Сообщество создало сеть по борьбе с радикализацией.Также была создана горячая линия, по которой можно связаться со специалистом, а обычные люди могут сообщить о подозрительной деятельности.

Вернуться к началу

3.5.2 Муниципалитеты

Все больше муниципалитетов имеют одного или нескольких сотрудников, занимающихся радикализацией. Такой персонал является контактным лицом для федеральных и региональных властей, а также общественности. В первую очередь они следят за радикализированными людьми и их семьями. Муниципалитеты с высоким уровнем радикализации, такие как Моленбек, Антверпен и Вилворде, как правило, набирают больше персонала на такие должности.

Вернуться к началу

3.5.2.1 Локальные ячейки для интегральной безопасности (LCIS)

Интегрированная местная политика безопасности (ILSP) реализуется на муниципальном уровне. Согласно ILSP, безопасность требует междисциплинарного сотрудничества между разными профессионалами. Обычно местная администрация решает, будет ли она координировать такую ​​политику с полицией в дополнение к другим муниципальным и гражданским инициативам, таким как муниципальные услуги, программы занятости и здравоохранения, социальное жилье, школы и т. Д.Посредством ILSP в 2014 году различные муниципалитеты создали Местные ячейки по комплексной безопасности (LCIS), которые специально сосредоточены на борьбе с терроризмом. Ячейки являются мультидисциплинарными консультативными платформами, которые занимаются обменом информацией, в частности, об иностранных боевиках-террористах из Бельгии (см. Также раздел 3.6.3 ниже для муниципального сотрудничества с CAPREV).

Вернуться к началу

3,6 Новые учреждения

3.6.1 Координационная группа по оценке угроз (CUTA) [2]

Созданное в 2016 году, CUTA является координационным агентством, которое также действует как центр распространения.В частности, CUTA координирует анализ угроз и устанавливает уровень угрозы, который используется всеми агентствами, участвующими в борьбе с терроризмом. CUTA получает информацию от служб юридической поддержки. Основная цель CUTA - устранить разрыв в обмене информацией между официальными учреждениями, участвующими в борьбе с терроризмом и радикализацией. Персонал CUTA уполномочен анализировать людей и разделять их на разные группы, например, классифицированные как иностранные боевики.

Вернуться к началу

3.6.2 Совет национальной безопасности (СНБ)

NSC был создан после терактов Charlie Hebdo. КНБ является одной из структур, созданных бельгийскими 30 контртеррористическими мерами, о которых будет сказано ниже. Совет возглавляет премьер-министр, которому поручено определять общую политику разведки и безопасности, укреплять координацию и определять приоритеты служб разведки и безопасности. Членами Совета являются министры юстиции, внутренних дел, обороны и все вице-премьер-министры Бельгии.Различные другие участники могут участвовать в NSC по приглашению, например, директора разведывательных, судебных или полицейских служб. Кроме того, КНБ отвечает за координацию борьбы с финансированием терроризма и распространением оружия массового уничтожения. В рамках КНБ также были созданы оперативная группа «Иностранные боевики» и «Платформа возвращенцев».

Вернуться к началу

3.6.3 Сеть по борьбе с экстремизмом и насильственным радикализмом

Созданная в январе 2016 года Федерацией Валлония-Брюссель, Сеть оказывает поддержку гражданам и профессионалам в предотвращении насилия, экстремизма и насильственного радикализма.Сеть состоит из двух служб: Центра помощи и заботы обо всех лицах, затронутых экстремизмом и насильственными радикализмами (CAPREV) [3], и Центра ресурсов и поддержки. CAPREV предоставляет горячую линию [4] для приема звонков от граждан и специалистов с просьбой о помощи.

Вернуться к началу

Бельгия занимается борьбой с терроризмом в рамках уголовного права. В ответ на террористические нападения в Париже и Брюсселе Бельгия расширила и укрепила свою нормативно-правовую базу борьбы с терроризмом, в частности Уголовный кодекс, путем включения специальных положений в свое законодательство.

Вернуться к началу

4.1 Уголовный кодекс Бельгии

Задолго до террористических атак в Париже и Брюсселе в 2015 и 2016 годах бельгийская правовая система рассматривала терроризм как уголовное преступление. С конца 2003 года в Уголовный кодекс был добавлен ряд положений, касающихся терроризма. К ним относятся Закон о террористических преступлениях от 2003 года, который был первым бельгийским законом, прямо криминализирующим терроризм, в частности, , статья 66 (3) Уголовного кодекса .Также в соответствии с уголовным законодательством в феврале 2013 года была введена статья , статья 140bis , криминализирующая любого человека, распространяющего идеи или сообщения с целью подстрекательства к террористическим актам. Кроме того, Статья 140ter Уголовного кодекса с поправками от 2013 года криминализирует вербовку в террористических целях. Статья 137 Уголовного кодекса определяет террористическое преступление как преступление, которое может причинить серьезный вред стране или международной организации с целью серьезного запугивания населения или неправомерного принуждения государственных властей или международной организации к принятию или воздержанию от совершения определенных действий.

После терактов в Париже и Брюсселе в 2015 и 2016 годах существующая правовая база была изменена мерами Бельгии по борьбе с терроризмом 30, в результате чего были внесены изменения в Уголовный кодекс Бельгии и Уголовно-процессуальный кодекс Бельгии. Закон от 20.07.2015 г. криминализирует выезд за границу по террористическим мотивам. Этот же закон также расширил сферу применения специальных методов расследования, например прослушивание телефонных разговоров, включая все террористические преступления, квалифицируемые как уголовные согласно бельгийскому законодательству.Он также расширил круг дел, в которых может быть отменено бельгийское гражданство. Лишение гражданства было поддержано Законом от 10.08.2015 , который изменил консульский кодекс, разрешив отказ, отзыв или аннулирование паспортов лиц, которые считаются угрозой общественному порядку или национальной безопасности.

В настоящее время на рассмотрении парламента находится законопроект, который расширит полномочия спецслужб, добавив поправку в Уголовный кодекс, которая позволяет спецслужбам использовать новые методы расследования, такие как распознавание голоса и расширение возможностей прослушивания телефонных разговоров.Этот же законопроект также предусматривает проведение обысков домов 24 часа в сутки в случаях подозрения в терроризме [5]. Недавно срок административного задержания при расследовании терроризма был увеличен с 24 до 48 часов.

Вернуться к началу

5.1 Стратегия борьбы с терроризмом

Хотя бельгийские власти не объявили официальную стратегию борьбы с терроризмом, бельгийские ответные меры на терроризм можно охарактеризовать как сочетание предотвращения, защиты и репрессий.Тем не менее, предотвращение, похоже, занимает центральное место в борьбе с терроризмом. Профилактика стала важной после реформ бельгийской полиции в конце 1990-х годов, когда была принята новая официальная стратегия, а именно полицейская деятельность, ориентированная на сообщества (COP). Эта стратегия основана на установлении связей между полицией и членами сообщества. Это включало партнерство между правоохранительными органами и различными организациями, включая членов сообщества, поставщиков услуг, частный бизнес и СМИ. КС входит в компетенцию местной полиции и используется как механизм предотвращения радикализации, основанный на доверии граждан к общественным услугам.

В рамках Плана действий Европейской комиссии в 2010 году была введена программа «Общественная полиция по предотвращению радикализации и терроризма» (CoPPRa). Фактически, эта программа проводилась бельгийской полицией и реализуется в сотрудничестве с 11 странами-членами ЕС. CoPPRa предоставляет руководство, которое позволяет офицерам отслеживать сигналы радикализации на ранней стадии.

Кроме того, бельгийская контртеррористическая деятельность руководствуется планом действий, планом национальной безопасности и циркуляром. Во-первых, план действий против радикализации и насильственного экстремизма был принят в 2005 году и был пересмотрен в 2015 году.Этот план известен как «Actieplan Radicalisme» или (План R). Бельгийские власти приняли решительно целостный подход к терроризму, в котором предотвращение, подавление и обязанность проявлять осторожность идут в тандеме.

Во-вторых, бельгийская контртеррористическая тактика также определяется Планом национальной безопасности (2016–2019) (NSP), озаглавленным « Вместе», по сути дела и Интегральной запиской по безопасности. Оба были предложены министрами юстиции и безопасности и внутренних дел и одобрены Советом министров.План был подготовлен под контролем генерального комиссара федеральной полиции и опубликован в июне 2016 года федеральной полицией Бельгии. Он подчеркивает целостное сотрудничество полицейских сил и их партнеров в цепи безопасности. В плане подробно описаны конкретные цели и действия полиции в отношении тех же групп явлений, которые описаны в Интегральной записке по безопасности. В Интегральной записке по безопасности определены десять групп явлений безопасности, которые считаются политическими приоритетами.К ним относятся радикализация, насильственный экстремизм и терроризм, киберпреступность и кибербезопасность.

В-третьих, августовский циркуляр о боевиках-террористах (ИБТ) от августа 2015 года также направляет усилия Бельгии по борьбе с терроризмом. Этот циркуляр был опубликован министром безопасности и внутренних дел и министром юстиции. Некоторые из основных целей этого циркуляра - определить способы отслеживания ИБТ, улучшить и облегчить поток информации местным властям и партнерам, систематизировать такой поток, сотрудничество и сотрудничество между соответствующими местными и федеральными агентствами.В циркуляре был представлен индивидуальный анализ угрозы, исходящей от каждой ИБТ, на основе информации, собранной из различных служб и хранящейся в единой базе данных для использования полицией, спецслужбами и другими сторонами (Besafe.be, 2015; Ministre de la Justice Коэн Гинс, 2015).

Важно напомнить, что бельгийская борьба с терроризмом также руководствуется несколькими руководящими принципами на уровне ЕС, включая контртеррористическую стратегию Совета Европы. Эта стратегия направлена ​​на «глобальную борьбу с терроризмом при соблюдении прав человека и повышение безопасности Европы, позволяя гражданам жить в зоне свободы, безопасности и справедливости».«Для этого он опирается на четыре основных столпа. Во-первых, предотвратить обращение людей к терроризму путем устранения причин радикализации и вербовки как в Европе, так и за рубежом. Во-вторых, для защиты граждан и инфраструктуры и снижения уязвимости для атак. В-третьих, преследовать и расследовать террористов внутри страны и за рубежом, чтобы препятствовать планированию, поездкам и коммуникациям, нарушать сети поддержки, препятствовать финансированию и доступу к материалам нападений, а также привлекать террористов к ответственности.В-четвертых, чтобы отреагировать путем улучшения возможностей борьбы с последствиями нападения, координации реагирования и потребностей жертв в соответствии с этой стратегией, государства-члены, включая Бельгию, несут ответственность за борьбу с терроризмом на основе этой четырехгранной стратегии .

Вернуться к началу

5.2 Тактика борьбы с терроризмом

В значительной степени полагаясь на систему уголовного правосудия, бельгийская контртеррористическая тактика создала прецедент, исключающий определенные практики, такие как бессрочное содержание под стражей без суда или неэтичные методы допроса.Это обеспечивает легитимность действий бельгийского правительства. В целом, усилия по борьбе с терроризмом получают все большее финансирование и ресурсы. Только на 2016 год Бельгия выделила дополнительно 400 миллионов евро на борьбу с терроризмом. Были приняты конкретные меры по пресечению потока иностранных боевиков-террористов (ИБТ) и борьбе с теми, кто вернулся из Сирии и Ирака.

Вернуться к началу

5.2.1 30 мер по борьбе с терроризмом

Власти Бельгии объявили серию из 30 мер, направленных на повышение эффективности борьбы с терроризмом.Эти меры были выпущены в двух наборах. Первый - это пакет из 12 контртеррористических мер, выпущенный в январе 2015 года сразу после террористических атак Charlie Hebdo и Vincennes Hypercasher и совместной бельгийско-французской полицейской операции, несколько дней спустя в Вервье, Бельгия. В ходе последней операции была ликвидирована террористическая ячейка, готовившая теракт. Второй - набор из 18 мер, объявленных в дни после терактов в Париже 13 ноября 2015 года.

По состоянию на март 2017 года 26 из этих мер были реализованы или продолжаются.Остальные меры все еще находятся на начальной стадии и могут никогда не быть реализованы по техническим причинам и из-за проблем с применимостью. Бельгийские 30 мер сгруппированы по четырем подгруппам: правовая база, структуры / инфраструктуры, уголовная политика и сбор / обмен информацией. Первая и вторая группы обсуждались ранее в предыдущих разделах, посвященных правовой базе и институтам. Третий и четвертый будут подробно описаны здесь.

Вернуться к началу

5.2.1.1 Работа с репатриантами

Группа из 30 мероприятий нацелена на репатриантов. Правительство Бельгии уже заявило о намерении систематически лишать свободы репатриантов по прибытии. До сих пор бельгийские власти рассматривали проблему репатриантов на индивидуальной основе с точной оценкой риска для каждого иностранного бойца. Тем не менее, рост числа репатриантов, вероятно, исчерпает имеющиеся ресурсы. Расследование терактов 22 марта показало, что Служба общей разведки и безопасности (GISS) недоукомплектована и перегружена.Многие из тех, кто уже вернулся, были приговорены к тюремному заключению, и, скорее всего, к ним присоединятся еще больше. Тем не менее, в целом неясно, как бельгийские власти будут решать проблему радикализации в тюрьмах - уже существующую проблему, которая усугубилась притоком репатриантов. Пока Бельгии еще предстоит определиться с моделью дерадикализации и размежевания.

Вернуться к началу

5.2.1.2 Усилия по дерадикализации

Часть из 30 бельгийских контртеррористических мер посвящена борьбе с радикализацией.Среди этих мер «Канал плана» Министерства внутренних дел Бельгии сосредоточен на восьми муниципалитетах в Брюсселе и его окрестностях с целью мониторинга сообществ, уязвимых к радикализации. «Канал плана» реализуется вместе с пересмотренным «Национальным планом действий против радикализации» 2005 года. Последний план действий направлен на расширение сотрудничества между федеральной землей и федеральными образованиями. Оба плана позволяют задерживать проповедников ненависти, а также налагать домашний арест и депортацию.Помимо мечетей, планы также были направлены на обнаружение и демонтаж непризнанных и скрытых мест отправления культа, пропагандирующих радикальные или джихадистские идеи. Эта политика влияет на веб-сайты, распространяющие ненависть, путем их закрытия.

Взаимосвязь между тюрьмой и радикализацией привлекла большое внимание в Бельгии. Были открыты новые тюремные секции для радикально настроенных заключенных, чтобы они не могли распространять свои идеи. В настоящее время тюремный персонал проходит обучение, чтобы повысить свою осведомленность о радикализации во время заключения и об эффективности профессиональной помощи лицам, осужденным за преступления, связанные с терроризмом.

Вернуться к началу

5.2.1.3 Меры безопасности

Некоторые из 30 мер Бельгии напрямую связаны с безопасностью. К ним относятся использование вооруженных сил для обеспечения безопасности с января 2015 года. Это было продемонстрировано во время «изоляции в Брюсселе» 21-25 ноября 2015 года и значительно усилилось после терактов в Брюсселе в марте 2016 года; более 1800 солдат были размещены в крупных городах. Наконец, меры безопасности также должны использоваться для замораживания активов, используемых для финансирования терроризма.Кроме того, бельгийская полиция провела несколько сотен рейдов, задержаний, остановок и обысков, особенно в Моленбеке, районе Брюсселя, который был домом или остановкой для многих нападавших из Парижа и Брюсселя. К ноябрю 2016 года в результате этих действий были осуждены 43 подозреваемых и обвинены 72 человека в преступлениях, связанных с терроризмом.

В рамках мер безопасности Бельгия расширила сотрудничество с несколькими другими странами. Например, в 2015 году Бельгия тесно сотрудничала с другими странами Шенгенского соглашения и Турцией, чтобы улучшить обмен информацией и воспрепятствовать поездкам потенциальных иностранных боевиков в Сирию.Кроме того, все новые бельгийские паспорта теперь содержат биометрические данные.

Вернуться к началу

5.2.1.4 Информация

Зная, что бельгийское правительство является многослойным и имеет сложную структуру, оптимизация обмена информацией между соответствующими административными и судебными службами, участвующими в борьбе с терроризмом, находится в центре внимания с момента террористических атак 2015 года. Поэтому CUTA была создана для сбора всех данных о радикализации и терроризме, исходящих от различных служб.CUTA также создала динамическую базу данных для сбора конкретной информации об иностранных боевиках-террористах, которая начала функционировать в сентябре 2016 года.

Бельгийские власти решили вести бельгийский список имен пассажиров, чтобы централизовать информацию о пассажирах, путешествующих сначала самолетом, а затем высокоскоростными поездами и лодками. Было реализовано несколько других тактик, имеющих отношение к информации, включая введение новых инструментов проверки, которые будут использоваться для проверок на бельгийских границах, мониторинг имамов и мечетей и их финансирования, а также доступ к «чувствительным» рабочим местам.

Вернуться к началу

5.2.2 Инициативы низового уровня

Местные власти и сообщества участвовали в антитеррористических инициативах, которые были предприняты на этом уровне, и считаются наиболее эффективными. Помимо конкретных мер по предотвращению радикализации, бельгийское правительство полностью вовлечено в создание инклюзивного общества, в котором каждый чувствует себя как дома и получает одинаковые возможности.

Вернуться к началу

5.2.3 Международное сотрудничество

Бельгия участвует в различных международных и европейских инициативах по борьбе с терроризмом.Разные официальные лица подчеркнули намерение продолжать участвовать в таких разных инициативах.

Вернуться к началу

5.2.3.1 Уровень ЕС

Бельгия участвует в нескольких антитеррористических инициативах на европейском и международном уровнях. Такие мероприятия координируются ФСИН по иностранным делам. На уровне ЕС Бельгия тесно сотрудничает с другими странами-членами и институтами ЕС. Он также принял контртеррористическую стратегию ЕС в 2005 году и глобальный подход ЕС к борьбе с терроризмом и радикализацией в 2015 году.Более того, Бельгия ратифицировала наибольшее количество договоров Совета Европы.

Вернуться к началу

5.2.3.2 Глобальная коалиция против Даиш

Бельгия является членом Глобальной коалиции против Даиш и активным членом пяти рабочих групп коалиции. Во-первых, бельгийские вооруженные силы участвуют в боевых действиях. Некоторые из его военно-морских судов находятся недалеко от Бахрейна вместе с другими европейскими флотами. Бельгийские военно-воздушные силы наносят удары по террористическим целям в Сирии и Ираке, а военный персонал и оборудование размещены в Иордании для участия в авиаударах коалиции.Во-вторых, Бельгия обучает иракских солдат. В-третьих, Бельгия участвует в рабочих группах «Иностранных боевиков-террористов» и «Контрфинансирования» и вносит свой вклад в стратегические коммуникации Коалиции. Наконец, Бельгия участвует в рабочей группе «Стабилизация», оказывая финансовую поддержку гуманитарной помощи и стабилизации в Сирии и Ираке.

Кроме того, Бельгия предоставила гуманитарную помощь Сирии, Ираку и соседним странам, пытаясь помочь им справиться с последствиями присутствия и операций так называемого ИГ.В 2015 году вклад Бельгии составил 50 миллионов евро, направленных на различные программы. Еще 75 миллионов евро привлечены на период 2016/2017 гг. Кроме того, Бельгия стремится внести свой вклад в стабилизацию и реконструкцию территорий, ранее принадлежавших так называемому ИГ, и выделила ПРООН 2 миллиона евро на эти цели.

Вернуться к началу

5.2.3.3 ООН

Международное сотрудничество в борьбе с терроризмом в рамках ООН имеет большое значение для Бельгии.Он активно участвует в глобальной контртеррористической стратегии и выполнении ее соответствующих резолюций. Кроме того, он ратифицировал большинство конвенций ООН о борьбе с терроризмом. Бельгия также поддерживает проекты и деятельность Управления ООН по наркотикам и преступности и предупреждению терроризма и Контртеррористического комитета Совета Безопасности ООН, который поддерживает государства-члены ООН в их национальной и региональной контртеррористической политике.

Вернуться к началу

5.2.4 Сеть осведомленности о радикализации (RAN)

Бельгия участвует в RAN, инициативе Комиссии ЕС, направленной на предотвращение участия людей в насильственном экстремизме или террористических актах.RAN - это сеть рядовых практикующих со всей Европы, которые работают с людьми, которые подверглись радикализации или ежедневно подвергаются радикализации. Практики могут делиться друг с другом своими знаниями и опытом через RAN. Они также могут проверять друг друга.

Вернуться к началу

5.2.5 Европейская сеть стратегических коммуникаций (ESCN)

Бельгия возглавляет общеевропейский проект по стратегической коммуникации против насильственного экстремизма, известный как Европейская сеть стратегических коммуникаций (ESCN).Финансируемый Европейской комиссией, проект был бельгийской инициативой, реализация которой началась в октябре 2016 года и рассчитана на 12 месяцев. Сеть состоит из государств-членов ЕС и направлена ​​на обмен передовым опытом использования стратегических коммуникаций в борьбе с насильственным экстремизмом. Более того, ESCN предлагает консультации государствам-членам, чтобы углубить общее понимание как проблемы, так и роли коммуникаций в любом ответе.

Вернуться к началу

5.2.6 Противодействие финансированию терроризма

Бельгия принимает участие в борьбе с финансированием терроризма как на местном, так и на международном уровне.Например, Бельгия участвует в рабочих группах «Иностранные боевики-террористы» и «Контрфинансирование», которые сосредоточены на борьбе с финансированием терроризма. Более того, Бельгийская CTIF, о которой говорилось выше, активно отслеживает и расследует финансовые преступления, включая финансирование терроризма.

Вернуться к началу

5.2.7 Задержание

Бельгия задерживает подозреваемых в терроризме в соответствии с ее системой уголовного правосудия. Поскольку в Бельгии применяется судебный подход, общая цель - привлечь этих подозреваемых к ответственности и отправить их в тюрьму, если причастность будет доказана.Бельгия сознательно избегает задержания без суда и неэтичных методов допроса. Ожидается, что количество арестов и задержаний, связанных с терроризмом, за последние несколько лет заметно увеличилось. Подозреваемые в терроризме могут быть подвергнуты превентивному заключению, которое также является предварительным заключением. Однако такое задержание применяется в очень строгих условиях.

Вернуться к началу

Недавние террористические акты в Бельгии подтвердили потребность в расширении и улучшении внутренней и внешней связи и обмена информацией между службами безопасности и разведки.Бельгия продолжает преследовать эту цель дома и с международными, региональными и субрегиональными партнерами. Учитывая отсутствие пограничного контроля на территории ЕС, для спецслужб разных стран важно сотрудничать, обмениваться информацией и осуществлять необходимый контроль на внешних границах Европы. Тем не менее отсутствие надлежащей координации и обмена разведданными остаются одними из основных проблем, с которыми сталкивается Бельгия в борьбе с терроризмом. Многослойный политический режим в Бельгии привел к несколько фрагментированной системе.В одном только Брюсселе 19 коммун или муниципалитетов и шесть отдельных полицейских зон. Более того, отсутствует координация между различными муниципальными антитеррористическими инициативами в Брюсселе и за его пределами.

Иногда бельгийский подход в значительной степени полагается на довольно длительные процедуры уголовного правосудия при борьбе с терроризмом, что может задержать принятие необходимых быстрых ответных мер. Следовательно, необходимо найти баланс между иногда необходимой быстрой реакцией и законничеством.

30 мер Бельгии были введены недавно, и поэтому их трудно оценить.Ожидается, что некоторые из этих мер предназначены для сдерживания участия в терроризме, например, ограничения на поездки для участия в джихаде. Другие предназначены для управления рисками, особенно те, которые направлены на радикализацию.

В некоторых случаях кажется, что необходимо принять политическое решение, чтобы иметь более эффективные институты по борьбе с терроризмом в Бельгии. Многие полицейские подразделения, участвующие в борьбе с терроризмом, страдают от недостатка финансирования, в то время как другие недоукомплектованы персоналом.С продолжающимся расширением радикализации и увеличением числа репатриантов система будет исчерпана, если ничего не будет сделано в этом направлении.

Несмотря на обвинения в фрагментированном и институционально несовершенном подходе, опыт Бельгии в области борьбы с терроризмом уравновешивает тактику, разработанную внутри страны, с международными партнерствами и институциональной политикой. Хотя эта уникальная обстановка не защищает общество от будущих атак, она создает прецедент для отстаивания демократических ценностей и гражданских свобод.

Уникальной особенностью бельгийской контртеррористической тактики является то, что они сосредоточены на проблеме радикализации в попытке устранить причины, лежащие в основе терроризма, а не только его последствия. Тем не менее многое еще предстоит сделать. Заинтересованные стороны, участвующие в усилиях по дерадикализации, не имеют четкого представления о радикализации и о том, как определить ее индикаторы. Для восполнения этого пробела властям Бельгии было предложено множество рекомендаций, в том числе проведение тренингов, создание федерального центра знаний и консультаций по вопросам радикализации, развитие исследований и профилактических проектов на основе фактических данных и т. Д.Лишь небольшая часть этих рекомендаций была учтена властями.

Вернуться к началу

[1] Не исключено, что количество тех, кто еще там, к моменту написания уменьшилось.

[2] Это учреждение также известно как OCAM на французском языке, что означает: l’Organe decoordinate pour l’analyse de la угроз

[3] На французском языке эти услуги называются Centre d’Aide et de Prize en charge de toute personne Concerée par les Extrémismes et Radicalismes Violent и le Centre de ressources et d’appui.

[4] Номер: 0800 111 72

[5] Ранее обыски с 21:00 до 5:00 были запрещены, за исключением случаев правонарушений, связанных с незаконным оборотом наркотиков.

Глобальная база данных по терроризму (GTD) | START. , политики, ученые и журналисты со схемами терроризма.GTD определяет террористические атаки как:

Угроза или фактическое применение незаконной силы и насилия негосударственным субъектом для достижения политической, экономической, религиозной или социальной цели посредством страха, принуждения или запугивания. Сбор данных продолжается, и обновления ежегодно публикуются на сайте www.start.umd.edu/gtd.

Основные выводы:

Некоторые общие выводы, сделанные на основе GTD, касаются характера и распространения террористических атак. Например, около половины всех террористических атак в GTD являются нелетальными, и, хотя примерно в 1% атак приходится 25 или более смертельных случаев, в период с 1970 по 2018 год в результате этих смертоносных атак в общей сложности погибло более 140 000 человек.Атаки в GTD приписываются более чем 2 000 названных организаций-преступников и более чем 700 дополнительным общим группировкам, таким как «тамильские сепаратисты». Однако две трети этих групп активны менее года и в общей сложности проводят менее четырех атак. Точно так же только 20 групп преступников несут ответственность за половину всех атак с 1970 по 2018 год, в которых преступник был установлен. В целом, модели террористических атак очень разнообразны в зависимости от времени и места, и GTD поддерживает глубокий анализ этих моделей.

Исследователи

START используют GTD для проведения статистического анализа моделей террористических атак, групп преступников и мер реагирования на терроризм с использованием инновационных аналитических стратегий. К избранным результатам этого анализа относятся: (1) подавляющее большинство террористических атак, включая атаки, приписываемые организациям, представляющим наиболее серьезную внешнюю угрозу США, в основном атакуют внутренние цели в их собственных странах; (2) примирительные действия правительства иногда более эффективны для уменьшения террористических атак, чем репрессивные действия, (3) организации-исполнители могут быть разделены на те, которые прекращают действовать быстро, и те, которые прекращают действовать постепенно, если вообще отказываются, в зависимости от формы их деятельности. активность во времени; и (4) группы, которые, скорее всего, сохранятся, - это группы с быстрым началом, тогда как группы с постепенным началом, скорее всего, будут быстро сокращаться.

Методология:

База данных, полученная из неклассифицированных статей в СМИ, содержит информацию о нескольких аспектах каждого события. Более 100 структурированных переменных характеризуют место каждой атаки, тактику и оружие, цели, исполнителей, жертвы и последствия, а также общую информацию, такую ​​как критерии определения и связи между скоординированными атаками. Неструктурированные переменные включают сводные описания атак и более подробную информацию об использованном оружии, конкретных мотивах нападавших, материальном ущербе и требованиях выкупа (где применимо).

Многопрофильная группа преподавателей Университета Мэриленда разработала методологию сбора данных GTD, применив основы социальных наук, компьютерных и информационных наук. Процесс начинается с того, что ежедневно публикуется более двух миллионов отчетов в СМИ с открытым исходным кодом. Команда GTD объединяет автоматизированные и человеческие рабочие процессы, используя сильные стороны и смягчая ограничения каждого, для получения обширных и надежных данных.

Автоматизированные процессы

  • Начальные логические фильтры статей.
  • Обработка естественного языка:
    • Удалить повторяющиеся статьи
    • Идентификация местонахождения
    • Объединение похожих товаров в кластер
  • Модели
  • машинного обучения (ML) определяют наиболее актуальные статьи.

Машинные рабочие процессы

  • Предоставьте аналитикам достоверные, тематически сгруппированные исходные статьи.
  • Оперативная человеческая оценка источников с неизвестной достоверностью.
  • Предотвратить создание повторяющихся записей.
  • Отзывы аналитиков дают информацию о моделях машинного обучения.

Задачи аналитика исследований

  • Оценить достоверность источника.
  • Просмотрите соответствующие исходные статьи; применять критерии включения GTD для выявления уникальных террористических атак.
  • Заполнить базу данных характеристиками атак в соответствии с установленными правилами кодирования.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *