Жизнь на подводной лодке: Мир из перископа. Подводник о службе на атомной подлодке | Армия | Общество

Содержание

Мир из перископа. Подводник о службе на атомной подлодке | Армия | Общество

21 января 1954 года на воду была спущена первая в мире атомная подводная лодка «Наутилус». Идея боевого применения подводного судна, высказанная впервые ещё Леонардо да Винчи, была популяризирована в 1870 году в романе Жюля Верна «20 тысяч лье под водой».

Валерий отдал военно-морскому флоту 19 лет. В его памяти остался военный гарнизон Гаджиево Мурманской области, тысячи часов вахт на атомной подводной лодке на должности вычислителя-техника и 11 автономных плаваний в водах Баренцева моря и Северного Ледовитого океана. В 2001 году по выслуге лет Валерия уволили в запас.

Памятник Герою Советского Союза, подводнику Александру Маринеско в Санкт-Петербурге.

«Заворожило»

«Первый раз я оказался на подводной лодке в 82-м году, когда наша 93 школа боцманов-прапорщиков Североморска проходила стажировку. Я попал на лодку «стратегического назначения второго поколения, потом она стала моей — я прослужил на ней 12 лет. Мы спустились под воду на 3 дня. Сначала мне показалось, что я нахожусь в огромной длиной трубе. Слева и справа множество кнопок, клапанов, ручек, механизмов. Заворожило — ничего подобного я не видел», — вспоминает Валерий.

Воздух на подводной лодке не отличается от воздуха на земле — в отсеках углекислый газ перерабатывает в кислород специальная установка под названием «Катюша».

— Не скажу, что на лодке тяжело как-то дышится — нет. Так же, как обычно. Скорее, давит замкнутое пространство, но это в первое плавание. Потом привыкаешь. Нас на лодке 142 человека… — говорит подводник.

— Ни больше, ни меньше?

— Нет. Но если только кто-то погибнет! — поясняет Валерий и продолжает:

— Моряки, мичманы, лейтенанты, офицеры… С каждой автономкой вы становитесь всё ближе друг другу. В первую очередь, со своим малым кругом — теми, кто находится с тобой в каюте, с кем встречаешься в столовой, на вахтах. Мне вообще с экипажем повезло!

В море своя иерархия. Фото из личного архива

На лодке, как и везде, есть своя иерархия. У матроса свои обязанности, у лейтенанта — свои. Кто-то следит за пультами, кто-то моет палубу, кто-то готовит. На лодке есть единственный кок — он готовит для всех завтрак, обед, ужин. Вестовые (уборщики на судне) моют посуду посменно.

«На судне две столовых. Матросы и мичманы едят в одной, офицеры в другой. Те, кто повыше по рангу, находятся на лодке в более комфортных условиях. Офицеры спят в двухместных каютах, у мичманов уже, помимо двухместных, есть четырёхместные. А матросам повезло ещё меньше — двухместных кают у них вообще нет, зато есть 6-местные», — говорит Валерий.

Подводная лодка «С-56».

Выпить морскую воду

Каждый, кто становится моряком, обязан в своё первое погружение попробовать морскую воду.

— На центральном посту её приносят тебе в плафоне, и ты должен выпить всё до дна. Рассказывали, что некоторых тошнило — меня нет. Вода солёная — да, но не противная. Некоторые говорят, что она даже полезная. Потом тебе вручают свидетельство. Ну а на некоторых судах к традиции «воды в плафоне» добавляют «поцелуй кувалды»

: её подвешивают к потолку, и при качке матрос должен изловчиться и её поцеловать. Странно немного, мы такого не делали. Но если бы было принято, конечно, избежать бы не удалось.

Во время войны, по словам Валерия, принято было встречать моряков на пирсе жареным поросёнком. Сам Валерий служил в мирное время, про военное ему рассказывал отец — тоже подводник. В годы ВОВ он служил на дизельной подводной лодке. 

— За каждый потопленный корабль морякам вручали поросёнка. Или за какие-то особые заслуги в мирное время — тоже. Но сейчас это редкость. На моём веку такое было несколько раз. Но мы отдавали поросёнка матросам, а сами шли праздновать к жёнам. Они с детьми встречали нас на берегу — к Дому офицеров приезжал автобус, забирал их, отвозил к пирсу. Ну, на берегу, конечно, цветы, жаркие поцелуи — три месяца не видишь жену, представьте! Потом принято было накрывать стол у кого-то дома, жёны готовили, а мы праздновали. Это были такое дополнительное «23 февраля» в году!

— А женщины все дожидаются мужей, хранят верность?

Валерий улыбается:

— Всякое бывает. У нас был случай, когда ревнивый подводник прострелил ногу любовнику жены. Но это он так думал — потом оказалось, что это был её друг. Он приехал в гости к ней со своей женой. Да, в гарнизонах такую вещь, как измена, невозможно утаить. Все друг друга знают. Так что надо быть очень изобретательной женщиной.

Не все женщины дожидаются своих мужей с автономок. Фото: АиФ-Петербург/ Ольга Петрова

— Что чувствовали, когда подплывали к пирсу?

— Радость. Лёгкость. Ведь это всегда риск — не знаешь, вернёшься или нет… Помню, когда ещё курил — особое удовольствие приносило выйти на трап и закурить сигарету… Солоноватый запах моря, йода… И воздух свежий, чистый… затягиваешься — и аж голова кружится.

А в перископе — белые медведи

— 90 дней под водой — не одна же вахта. Как подводники отдыхают?

— Нарды, домино, карты. Библиотека есть на подводной лодке. Подводники любят читать детективы. Сейчас не знаю, что читают. Плёночный кинопроектор был — фильмы смотрели, потом появился видеомагнитофон. Кто что на лодку принесёт посмотреть — то и смотрим. Когда кассеты заканчивались, бывало, смотрели во второй раз. Смотрели и документалистику, опять же о лодках.

Стереотип, что матросы — народ пьющий, Валерий опровергает: «Нам иногда выдавали за ужином по 50 грамм красного вина. Но ни о каких «попойках» речи быть не может. Если у тебя день рождения, тебя вызывают на пост и там поздравляют тортом. Помню, на моё 23-летие на первой боевой службе меня вызвал капитан на пост, поздравил и дал посмотреть в перископ… на глубине 19 метров. Такой роскошью раньше никого не поздравляли! Это была просто чудесная картина — могущественная Арктика, белая-белая льдина… на ней медведи, кстати, они в жизни какие-то серые, а не белые. Наверно, по сравнению со снегом — он весь переливался, сверкал, как бриллиант. А на горизонте солнце вставало — красота непередаваемая».

Валерий говорит, что на видеокамерах в лодке подводники наблюдают китов-косаток и разных рыб подо льдом. Так что они и ихтиологи по совместительству, о рыбах и их поведении знают очень многое.

«Дельфин» на почтовой карточке 1904 года

Страхи подводников

— С какими трудностями сталкивается подводник в плавании? Правда, что тот, кто познал море, уже ничего не боится?

— Расторгуев пел: «Говорят, для ребят, для тех, с морем кто судьбу связал, не страшен и девятый вал, но, видно, в море не бывал, кто так сказал». Мы — не роботы, люди. У нас также есть страхи. Подводник боится? Ну, мы не думаем о том, какую опасность везём на своих плечах… — улыбается Валерий.

Одна подлодка с 16 баллистическими ракетами на борту может уничтожить целую страну. На каждой из 16 ракет 10 боеголовок. Один такой заряд превосходит по своей мощи бомбу, сброшенную на Хиросиму и Нагасаки.

«Боимся пожара. На лодке много горючих материалов, то и дело думаешь, как бы что не загорелось, — говорит Валерий. — Если вовремя не потушить пожар, то лодка потеряет свою горизонтальную плавучесть и попросту утонет. А пожар в замкнутом пространстве легко определить по запаху. Когда что-то горит, пахнет жжёным полиэтиленом вперемешку с пропиленом».

Описывая специфический запах пожара, Валерий вспоминает своё первое глубоководное погружение — именно в этот день он его и почувствовал:

— На моём боевом посту на глубине 220 метров сорвался сальник с первого ГОНа (главного осушительного насоса). Я перекрыл клапаны — впервые не в теории, а на практике. Конечно, это было волнительно. Надо быть готовым ко всему. Солёная вода со временем разъедает даже самые крепкие конструкции…

«Дельфин» на почтовой карточке 1904 года

Валерий рассказывает, что при пожаре в отсеки пробивается пыль тугим напором — там настолько сильное давление, что если моряк сунет туда руку — перерубит на части.

— А кровь из ушей у моряков — такое бывает или байки кинематографистов?

— Такое может быть во время войны, когда мина разрывается в море. Чем ближе взрыв, тем сильнее бьёт по перепонкам. Сейчас, в мирное время, такое может быть разве что у акустиков от давления, но это редкость. У некоторых подводников кровь из носа идёт иногда, но это мелочи, — отмахивается Валерий.

Где мы — нам знать не положено

— Сегодня подводники мин не боятся?

— Баренцево море чистое, дальше — Арктика, там глубины 1,5–3 тысячи метров — какие там мины?! Вот айсбергов боимся — да. Одна лодка чуть не утонула из-за этого — он был рядышком с нами, мы в то время как раз возвращались домой. Лодка наткнулся на айсберг, он повредил рубку, не могли открыть рубочный люк… Причина — невнимательность капитана, человеческий фактор, как и в любой работе. Но подводники — молодцы, лодка не затонула. Они пришли на базу…

— Как вы узнаёте об этом, будучи в море?

— По космическим аппаратам связь. А как именно — военная тайна, — улыбается подводник. — Мы, мичманы, не знаем, где мы находимся, когда в море. Об этом знает командир и старпом. Только верхушка. Не положено нам знать. Мало ли, какой матрос письмо кому-то напишет, расскажет, где была лодка… а это прочтут американцы.

«Дельфин» на почтовой карточке 1904 года

— Какие лодки лучше — наши или американские?

— Сложно сказать. У американских хорошая шумоизоляция — их под водой не слышно, наши лодки более шумные. Но зато мы раньше не могли с пирса ракеты пускать, только с моря. И это служило нам плюсом. Так ракету практически невозможно сбить. Выходит, из-под носа она в море летит. А с пирса — полчаса. У нас по 2–3 комплекта аппаратуры, у американцев — всё по одному…

— Откуда это известно российским подводникам, если это секретные данные?

— Ну, фильмы нам показывают документальные — я же говорил: интернет теперь есть — вся информация, как на ладошке. И повторюсь — когда лодка уничтожается, вся информация рассекречивается. Кстати, по поводу связи — мобильными телефонами пользоваться на судне запрещено. Да и смысла в этом нет — всё равно сигнал телефон не ловит на такой глубине.

Подводники — особая каста

Атомные подводные лодки служат от 33 до 35 лет. В 1995 году лодка Валерия была уничтожена. На смену ей пришла новая — модернизированная.

Фото: Атомная подводная лодка, на которой служил Валерий

Фото: Атомная подводная лодка, на которой служил Валерий. Фото из архива одного из экипажей в г. Гаджиево

«Когда лодка выходит из состава флота, ей устраивают проводы — собирают экипаж на пирсе, поднимают Андреевский флаг, на память делаются общие фотографии на палубе. Ну и всё. Затем её передают гражданским лицам на завод, там корабль разбирают. После того как корабль уничтожают полностью — разрезают, информация о лодке рассекречивается», — поясняет Валерий.

«Подводники — патриоты до мозга костей». Фото: Пресс-служба мэрии Архангельска

— Есть вещи, по которым вы скучаете на пенсии?

— Если сейчас подумать, по чему я скучаю, то я скорей скажу — по людям, чем по морю или какому-то рабочему процессу. По мичманам, с которыми служил, которых знал — многих с других лодок. Мы встречались, когда приходили на базу — на берегу, — вспоминает Валерий. — Подводники — это особые люди, служат целыми династиями — у моряка обязательно будет сын моряк. Это поразительная энергия, любовь к родине, гордость за наш флот, в которой ты воспитываешься. Мой отец тоже ходил в море. Жизнь в море тебя закаливает, а жизнь в гарнизоне — сплачивает. Люди на подводных лодках — это особая каста среди военных. Это такие патриоты до мозга костей, понимаете…

Капитан о российской подлодке у берегов Аляски: «Всплыла преднамеренно»

+ A -

Игорь Курдин предположил, почему атомный подводный крейсер «Омск» мог показаться на поверхности

Всплывшая ночью 28 августа у берегов Аляски российская подводная лодка навела шороху в рядах американских военных моряков. Северное командование Вооруженных сил США сообщило, что пристально следит за действиями судна и готово помочь российской субмарине, если она терпит бедствие.

В российском Минобороны, в свою очередь, сообщили, что речь идет об атомном подводном крейсере «Омск», который совместно с ракетным крейсером «Варяг» участвовал в учениях «Океанский щит». Никакой нештатной ситуации нет.

Прокомментировать происходящее мы попросили председателя Санкт-Петербургского клуба моряков-подводников ВМФ, капитана 1-го ранга Игоря Курдина.

– Российская сторона должны кого-то извещать об этих учениях?

– Во-первых, когда проводятся большие учения Военно-морского флота, особенно ракетные стрельбы, мы в извещениях мореплавателя закрываем этот район, о чем оповещаем всем гражданских и военных. Это открытая информация. Так было и 20 лет назад, когда погиб «Курск», район в это время был закрыт. Так делается всегда. Это обычная, нормальная международная практика. 

Второй момент, мы все помним, что осенью 1999 года «Курск» успешно выполнил боевую службу в Средиземном море. И у них там был эпизод, когда «Курск» преднамеренно всплыл на короткое время в надводное положение и дал себя обнаружить. Это было сделано преднамеренно, чтобы продемонстрировать, что мы здесь находимся. Не так часто, но такие случаи бывают.  «Курск» всплыл, а потом, после обнаружения противолодочными силами вероятного противника, успешно оторвался от слежения.   

И ныне, скорее всего, атомный подводный крейсер «Омск» показался на поверхности преднамеренно. Чтобы показать, что мы находимся в этом районе. Этакий сигнал НАТО.  Всплыл, показал себя, потом погрузился и оторвался от слежения. 

Фото: Министерство обороны РФ

– Американцы заверили, что готовы помочь российской подлодке, если она терпит бедствие. Но ведь никаких сигналов от судна не поступало? 

– После катастрофы на «Курске», командирам подводных лодок разрешено подавать сигнал бедствия на международных частотах и запрашивать помощь, если это угрожает жизни экипажа. Такого сигнала не было, значит, и аварии никакой не было. 

– Американская сторона заявила, что пристально следит за действиями нашей подлодки, так как она находится «в зоне ответственности» Соединенных Штатов.

– У нас нет такого понятия, как «зона ответственности». У нас есть территориальные воды, 12 миль от береговой черты. У нас еть экономическая зона, где могут находиться и подводные лодки, и боевые надводные корабли. Но официально существует только морская граница – 12-мильная зона. Конечно, наша лодка не была в территориальных водах Соединенных Штатов. Походы кораблей проходят строго в соответствии с международными правилами.

– Минобороны РФ опубликовало видео, сделанное с борта «Омска», где показано, как проходит подготовка к пуску противокорабельной ракеты «Гранит». Какой пуск считается сложнее – из надводного или подводного положения? – Алгоритм действий одинаковый, как из надводного, так и из подводного положения. Дальность действия крылатой противокорабельной ракеты – около 500 километров. Она  предназначена для борьбы с мощными корабельными группировками, включая авианосные. 

– Алгоритм действий одинаковый, как из надводного, так и из подводного положения. Дальность действия крылатой противокорабельной ракеты – около 500 километров. Она предназначена для борьбы с мощными корабельными группировками, включая авианосные. 

Читайте также: Всплывшая у Аляски российская подлодка повторила маневр "Курска"

Всплывшую у берегов Аляски российскую подлодку сняли на видео

Смотрите видео по теме

"Мир спасли от Чернобыля ценой своей жизни". 20 лет трагедии на подводной лодке "Курск"

Этот инцидент до сих пор считается одним из самых серьёзных и самых трагичных в истории Военно-морского флота.

В зоне особого внимания

20 лет назад, 12 августа 2000 года, за пятнадцать минут до полудня, на борту ракетного крейсера "Пётр Великий", находившегося в акватории Баренцева моря, зафиксировали мощный подводный хлопок. Его происхождение долгое время оставалось непонятным — несогласованных с командованием и условиями пусков в тот день не ждали. Сеанс радиосвязи с другими надводными кораблями показал, что все корабли в непосредственной близости от вероятного источника колебаний, которые напоминали нечто похожее на взрыв, зафиксировали инцидент и контрольно-измерительное оборудование всех кораблей исправно. Связь отсутствовала лишь с одним кораблём. Сразу после мощного подводного толчка атомный подводный крейсер К-141 "Курск" перестал выходить на связь.

"Курск" во всех смыслах был надеждой российского флота. Одному из самых новых кораблей в составе "сил подводного сдерживания" к началу учений на Северном флоте едва исполнилось шесть лет. Попасть на ультрасовременную подводную лодку могли далеко не все. Даже письменное прошение о переводе того или иного специалиста в дублирующий, а не основной экипаж (на каждой субмарине может быть по два и более экипажей) рано или поздно попадало на рассмотрение сначала к флотскому начальству, а оттуда на финальное решение — к капитану первого ранга Геннадию Лячину. Служить на уникальную во всех отношениях субмарину попадали лучшие из лучших. Бывший командир дивизиона живучести стратегического атомного крейсера К-447 "Кисловодск" Валерий Путков отметил, что задача таких подлодок, как "Курск", не менялась десятки лет и актуальна по сей день, и именно сложность выполняемой миссии накладывает определённые особенности на подбор экипажа.

949-е подлодки — это обнулители флота любого вероятного противника. Задача у них одна — выйти в точку, обнаружить авианосец с кораблями сопровождения и атаковать, если при выходе в море такая задача была вложена в секретный конверт. "Курск" по части электроники, компьютеров и всего, что касалось обнаружения кораблей противника, был уникальным кораблём. Его боеспособность с учётом того, какого качества людей туда подбирали, была на порядок выше, чем у большинства кораблей этой же серии

Валерий Путков

Бывший командир дивизиона живучести стратегического атомного крейсера К-447 "Кисловодск"

Ракета особого назначения

Специальной подлодке под управлением специальных людей полагалось не менее специальное оружие. Боекомплектом и оснащением К-141 "Курск" был обязан своим создателям — легендарному (во всех смыслах) учёному Игорю Баранову, пятой симфонией которого стали подводные лодки, прозванные "охотниками за авианосцами", и команде Центрального конструкторского бюро морской техники (ЦКБМТ) "Рубин" под руководством Игоря Спасского — талантливого учёного, руководившего созданием более двух сотен субмарин, принятых в состав отечественного Военно-морского флота. Главное оружие "Курска" долгие годы оставалось неизменным — 24 сверхзвуковые крылатые ракеты П-700 "Гранит", способные в буквальном смысле слова проломить авианосец от носа почти до кормы.

Помимо уникальных ракет, создать аналоги которым ни в США, ни в одной другой стране блока НАТО не могут до сих пор, на борту К-141 должны были оказаться не менее смертоносные для авианосцев торпеды "Шквал". Из-за движения в пузыре раскалённого газа (каверне) эти торпеды развивали чудовищную по меркам классической гидродинамики скорость — под 350 километров в час.

И это при том, что обычные торпеды разгоняются под водой до скорости не более 120 километров в час. Днём 12 августа по сценарию учений экипаж "Курска" должен был провести учебную стрельбу этими торпедами. Конечная цель военных манёвров помимо проверки уровня боеготовности состояла в демонстрации возможностей "зарубежным партнёрам". Последние, кстати, пригнали в район проведения учений целую эскадру из двух подводных лодок, двух кораблей-разведчиков, самолёты и фрегаты разных типов. Экипажи натовских кораблей первыми отметили необычную активность в эфире, дальнейшее изучение которой показало — произошло что-то страшное.

Почему произошла трагедия?

Среди основных версий трагедии изначально рассматривались три.

  • Первая версия. К-141 "Курск" столкнулся с неизвестным объектом в районе пуска учебных торпед. Под "предметом" понимали много разных объектов — от морской мины времён Великой Отечественной до американских подлодок "Мемфис" и "Толедо", а также британской АПЛ "Сплендид", которая якобы погибла в том же месте. Сторонники теорий заговора отмечали, что якобы именно по этой причине в район аварии могли прибыть зарубежные спасательные корабли. Убедительных доказательств этой версии так и не представили.
  • Версия вторая. Атака неизвестной субмарины. В пользу этой версии поначалу высказывались специалисты, изучавшие странное "входное" отверстие по правому борту субмарины. Позднее выяснилось, что от взрыва торпеды, выпущенной другой подводной лодкой, всё пространство внутри, включая часть пусковых шахт для крылатых ракет, было бы уничтожено. Позднее был сделан вывод, что отверстие оказалось технологическим и было вырезано во время подъёма лодки с глубины.
  • Третья версия. Взрыв учебной (практической) торпеды, из-за которой сдетонировал весь боекомплект. В пользу этой версии высказывались действующие и отставные специалисты по вооружениям Военно-морского флота. Версия рассматривалась в качестве основной на всём этапе следствия и объясняла многие критические повреждения, включая практически полное уничтожение носовой части субмарины.

Аварийная лодка

К тому моменту как зарубежные корабли-наблюдатели начали замечать странности в радиообмене, аварийно-спасательная команда из водолазов-глубоководников уже неслась на вертолёте к месту проведения спасательной операции. Главной проблемой для спасателей стало "наследие" России 90-х: неисправная техника и глубоководные аппараты, подготовить которые к аварийным работам на глубине по инструкции нужно за десяток минут, а не десяток часов.

Опасности добавляла и погода. Через 15 лет в одном из интервью водолазы расскажут, что погода начала портиться уже к вечеру 12 августа, а к ночи в районе учений начался полноценный ледяной шторм. Волнение моря четырёх-пяти баллов и сильный ветер почти полностью исключали проведение полноценной спасательной операции. Значительную роль в обследовании "Курска" сыграли глубоководные аппараты АС-32 и АС-34. Их применение позволило оперативно установить точное местонахождение лодки, оценить причины аварии и масштаб повреждений.

Подозрения

Бывший замкомандира боевой части подлодки К-441 проекта 667БДР Владимир Щепецкий рассказал, что ясно помнит день, когда услышал о происшествии с "Курском".

Совсем недавно умер мой бывший боевой товарищ, который командовал БЧ-5 (турбинный отсек — помещение с генераторами и валами, которые вращают гребные винты и дают питание бортовым системам. — Прим. Лайфа). Когда про аварию сообщили по телевизору и радио, мы сразу поняли, что проблем со всплытием там не было, там были разрушения. С учётом того, какой запас прочности у двухкорпусных атомоходов, возник вопрос: что должно было случиться, чтобы лодка легла на грунт

Владимир Щепецкий

Бывший замкомандира боевой части подлодки К-441 проекта 667БДР

Фантастические версии, связанные с присутствием неких "третьих сил", подводники со стажем отметают и неприятно морщатся, стараясь до последнего сдерживать крепкие выражения. По словам Владимира Щепецкого, примерный исход для экипажа опытным людям был понятен с момента получения первых данных.

Люди, служившие на атомных крейсерах, хорошо понимают, что такое взрыв на подводной лодке. Если атомоход лёг на грунт и не может всплыть, значит, дело плохо. Даже отказ реактора, если вспомнить историю с К-19, не становится существенным ограничением для всплытия лодки, тем более с глубины 100 метров. А раз субмарина высотой с многоквартирный жилой дом не может всплыть, то обстоятельства однозначны — повреждения, несовместимые с живучестью

Владимир Щепецкий

Бывший замкомандира боевой части подлодки К-441 проекта 667БДР

Братская могила

Подводники отмечают, что даже на случай критических повреждений у таких атомоходов, как "Курск", есть запас прочности. Двухкорпусная подлодка для того и проектируется, чтобы выдерживать чудовищные удары и взрывы. Этот запас прочности, по словам капитана второго ранга в запасе Ильдара Джанбиева, и позволил морякам "потянуть время".

Разрушения передних отсеков, на мой взгляд, не стали причиной гибели лодки. Во всяком случае, не сразу. После того как первые отсеки были разрушены, а лодка легла на грунт после столкновения с дном, у экипажа появилось время задраить переборки, проверить герметичность. Электричества хватало только для аварийного освещения, о перезапуске реакторов и речи, на мой взгляд, в такой ситуации не могло быть. Экипаж хорошо понимал условия, аварийная защита реактора сработала как надо и "запечатала" опасный груз внутри корпуса. Подводники могли, конечно, попытаться перезапустить реактор, но долг, хорошее знание инструкций и профессионализм — это то, благодаря чему Чернобыля в Баренцевом море не случилось

Ильдар Джанбиев

Капитан второго ранга в запасе

По официальной версии, причиной взрыва стала утечка компонентов топлива торпеды — пероксида водорода, крайне летучего вещества, контакт которого со внешней средой может закончиться взрывом даже в идеальных условиях. Взрывотехник, а ныне научный сотрудник взрывотехнической лаборатории Евгений Жуков пояснил, что пероксид водорода может загореться и взорваться — и разрушения даже для крупного корабля могут быть фатальными.

В СССР у детей было развлечение — кидали ватку, пропитанную пероксидом, который делали из перекиси. Она любопытные хлопки издавала, и последний, у кого она взорвётся, считался проигравшим в игре. Если масштабировать эту ватку на несколько сотен литров пероксида и допустить, что из-за неисправности в электроцепи заправленные боеприпасы могло просто закоротить, то мы получаем взрыв заправленной торпеды. А где один взрыв торпеды, там и несколько, причём суммарно может получиться взрыв вещества с высокой летучестью и тонной массы

Евгений Жуков

Научный сотрудник взрывотехнической лаборатории

"Все плакали и выли"

Последняя надежда на то, что часть экипажа "Курска" уцелела внутри огромного 150-метрового стального гроба, начала пропадать 14 августа. Во время осмотра субмарины со спускаемых аппаратов выяснилось, что АПЛ протаранила дно моря под углом примерно в 40 градусов, а всплывающая спасательная камера разрушена. Эксперты и бывшие подводники отмечают, что разрушения корпуса не позволили экипажу добраться до ВСК, хотя лодка "легла" на минимальной глубине, фактически гарантирующей безопасное всплытие. Изучение лодки позднее показало, что после взрыва члены экипажа уцелели почти в половине отсеков — шестом, седьмом, восьмом и девятом. В последнем, девятом, позднее найдут тело погибшего командира, капитана Дмитрия Колесникова, с наспех засунутой в карман предсмертной запиской.

Капитан второго ранга в запасе Ильдар Джанбиев отмечает, что к тому моменту, когда последовали первые официальные заявления о неизбежной гибели всех моряков, на базе, где возвращение "Курска" считали маловероятным, но по-прежнему возможным, сослуживцы командира АПЛ Геннадия Лячина и экипажа К-141 постарели лет на 10–15.

Я видел, как взрослые, умные и хладнокровные мужики, которые не раз в дальние походы ходили, садились и плакали без звука. Это даже не слёзы были, они скорее выли от того, что не могут ничем помочь тем, кто находился на стометровой глубине. И это было чудовищно сознавать. Многие потом мне говорили, что уходят со службы, потому что не знают, как смотреть в глаза семьям погибших. Чувствовали какую-то вину, передать которую литературным языком нельзя, словно прощения просили, что не смогли быстро прибыть на помощь

Ильдар Джанбиев

Капитан второго ранга в запасе

Навалилось

Похожие ощущения ждали и международную группу спасателей, прибывших из Норвегии, а позднее и нидерландских водолазов-глубоководников, поднимавших "Курск" со дна моря. 118 членов экипажа оказались погребены внутри металлического атомного крейсера навечно, и картину смерти во плоти многие участники спасательной операции запомнят на всю жизнь. Многие сослуживцы и гражданские специалисты испытали шок уже после того, как официальная часть операции по поднятию "Курска" со дна Баренцева моря завершилась. В тот момент, когда стало понятно, что лодка успешно поднята и транспортируется под днищем корабля голландской компании Mammoet, не выдержали нервы у Игоря Спасского — руководителя ЦКБМТ "Рубин". Привычно сдержанный и оптимистичный, он устало погрузился в кресло и едва заметно заплакал. Позднее в нескольких интервью Спасский признавался, что трагедию с "Курском" он не забудет до конца жизни.

О том, как сложилась жизнь членов семей погибших моряков, можно узнать из документального фильма Лайфа "Курск". В ожидании чуда, которое не произошло".

Последнее испытание ждало сослуживцев и специалистов по судостроению через год. Выдержать появление огромной рубки уже мёртвой подлодки, появившейся из-под воды на кильблоках плавучего дока на судоремонтном заводе в Рослякове, смогли далеко не все. Многих из тех, кто наблюдал за тем, как массивная субмарина высотой с 11-этажный дом в буквальном смысле восстаёт из мёртвых, были госпитализированы с гипертоническим кризисом и проблемами с сердцем.

Гибель атомохода К-141 стала самой серьёзной аварией в истории флота. После выводов, сделанных по итогам изучения деталей трагедии, всю процедуру спасения субмарин на флоте практически полностью переписали. Новые протоколы безопасности, новая техника и пересмотр подхода к подготовке кораблей используются ради одного — не допустить повторения такой трагедии в будущем.

Армия. Главное по теме

Еще

Конец «Комсомольца». Как погибла лучшая советская подлодка | История | Общество

«Золотая рыбка»

Четверть века назад произошла одна из самых крупных катастроф в истории отечественного подводного флота — 7 апреля 1989 года в Норвежском море погибла атомная подводная лодка К-278 «Комсомолец». И даже по прошествии 25 лет продолжаются споры о причинах и виновниках той страшной трагедии.

Подводная лодка «Комсомолец» была уникальной, единственной представительницей проекта «685» «Плавник».

Памятник Герою Советского Союза, подводнику Александру Маринеско в Санкт-Петербурге.

Ещё в 1966 году командование ВМФ СССР поставило перед конструкторами задачу создания опытной подводной лодки с повышенной глубиной погружения.

Проектирование уникального подводного атомохода заняло целых восемь лет. Для решения поставленной задачи конструкторы использовали титан, чтобы создать лёгкий и прочный корпус.

Закладка лодки на предприятии в Северодвинске состоялась в 1978 году, а на воду К-278 была спущена в 1983 году.

За использование сверхдорогого титана, а также за длительность проектирования и постройки лодку на флоте прозвали «золотой рыбкой».

Но К-278 действительно была уникальным кораблём. Она могла действовать на глубинах, где не обнаруживалась никакими средствами наблюдения противника и была недосягаема для любого оружия с обычным взрывчатым веществом. Атомная подлодка была вооружена торпедами и крылатыми ракетами «Гранат». Система вооружения позволяла К-278 в подводном положении атаковать корабли и подлодки противника из глубин океана, оставаясь для них недосягаемой.

Несостоявшийся Герой

Начиная с 1984 года К-278, включённая в состав Северного флота, эксплуатировалась как опытная подлодка и база для экспериментов в области сверхглубоких погружений.

Предполагалось, что эксплуатация К-278 позволит накопить опыт для создания целой серии новейших подводных лодок следующего поколения.

4 августа 1985 года К-278 под командованием капитана 1-го ранга Юрия Зеленского установила абсолютный мировой рекорд глубины погружения — 1027 метров. При всплытии на глубине 800 метров из торпедных аппаратов были произведены успешные выстрелы болванками.

Эти испытания показали, что Советский Союз получил подводную лодку, не имеющую аналогов в мире. Капитан Зеленский представлялся к званию Героя Советского Союза, однако награждение не было утверждено.

В конце 1986 – начале 1987 года К-278 под командованием Юрия Зеленского совершила свой первый автономный боевой поход. Летом 1987 года лодка сменила статус с «опытной» на «боевую». В августе – октябре 1987 года лодка успешно прошла вторую «автономку». Под командованием капитана Зеленского она получила весьма престижное на флоте звание «отличный корабль».

Подводная лодка Комсомолец, 1 января 1986 года Подводная лодка «Комсомолец», 1 января 1986 года. Фото: Public Domain

Пожар на глубине

В январе 1989 года подлодке К-278 было присвоено имя «Комсомолец». Спустя месяц К-278 отправилась в своё третье автономное плавание, на этот раз со сменным экипажем, который возглавлял капитан 1-го ранга Евгений Ванин.

Поскольку первый поход с новым экипажем — это чрезвычайно ответственное событие, на борту оказались и представители флотского командования в лице заместителя командира дивизии подлодок и начальника политотдела.

Автономный поход проходил успешно до самого возвращения домой, когда казалось, что ничего экстраординарного уже произойти не может.

7 апреля 1989 года в 11:03, в тот момент, когда «Комсомолец» шёл на глубине 380 метров со скоростью в 8 узлов, в 7-м отсеке лодки по неустановленной причине вспыхнул мощный пожар. Основной версией считается возгорание электрооборудования.

Пожар стремительно охватил весь 7-й отсек и унёс жизнь вахтенного матроса Нодари Бухникашвили. Когда сигнал о пожаре поступил на центральный пульт, была предпринята попытка использовать лодочную объёмную химическую систему пожаротушения (ЛОХ), однако это не дало результата.

Температура в 7-м отсеке достигала 1000 градусов, огонь проник и в 6-й отсек, где погиб мичман Владимир Колотилин.

К этому моменту на лодке была объявлена аварийная тревога, «Комсомолец» начал всплытие. На глубине 150 метров из-за вызванных пожаром повреждений она потеряла ход, и дальнейшее всплытие происходило за счёт продувки цистерн главного балласта. В 11:16, спустя 13 минут после начала пожара, лодка достигла поверхности.

Когда позже начнутся поиски виновных и экипаж «Комсомольца» начнут обвинять в некомпетентности, тот самый заместитель командира дивизии, находившийся на лодке, капитан 1-го ранга Коляда заметит — если бы экипаж был некомпетентен, то лодка бы не поднялась на поверхность.

Репродукция рисунка Норвежское море. Атомная лодка Репродукция рисунка «Норвежское море. Атомная лодка». Фото: РИА Новости / Сергей Компанийченко

Борьба за живучесть

Положение на «Комсомольце» было очень тяжёлым — 6-й и 7-й отсек охвачены огнём, 2-й, 3-й и 5-й задымлены. В экипаже много обожжённых и отравившихся. Сработала аварийная защита, автоматически заблокировавшая атомный реактор лодки, «Комсомолец» перешёл на использование аккумуляторов.

Первый сигнал об аварии был подан в 11:37, но из-за нарастающих неполадок в штабе он был принят лишь в 12:19. К месту аварии был отправлен самолёт Ил-38 с аварийно-спасательными контейнерами.

Ил-38 не может садиться на воду, поэтому в данной ситуации он мог только наблюдать и наводить на место аварии идущие на помощь корабли.

Вертолёты и гидросамолёты ВМФ не могли добраться до места аварии, расположенного в 980 километрах от советской границы.

К тому же первые сообщения от капитана Ванина были достаточно спокойными — корабль всплыл, экипаж ведёт борьбу за живучесть.

Ил-38 под командованием лётчика Геннадия Петроградского занял позицию над районом аварии в 14:20. К этому времени на помощь «Комсомольцу» на всех парах шла плавбаза «Алексей Хлобыстов», которая должна была прибыть на место к 18:00.

К трём часам дня показалось, что всё самое страшное позади. Над районом кружили три советских самолёта, корабли на всех парах мчались к месту аварии, пожар, хоть и не был потушен, но был локализован. Помощь должна была прибыть уже скоро.

Большая часть экипажа находилась на верхней палубе без спасательных жилетов. Люди, выбравшиеся из задымлённых отсеков, были уверены в непотопляемости «Комсомольца» и не предполагали, что им вскоре придётся покидать корабль.

Лодка затонула за несколько минут

В 16:35 экипаж Ил-38 обратил внимание, что К-278 стала оседать на корму. В результате мощного пожара была нарушена герметичность прочного корпуса лодки, и началось затопление «Комсомольца». Оно происходило стремительно.

В 16:40 командир лодки отдал приказ готовиться к эвакуации экипажа, приготовить всплывающую спасательную камеру (ВСК), покинуть отсеки. Личный состав начал отдавать спасательные плоты, однако удалось спустить на воду лишь один из них.

Через семь минут боевая рубка наполовину оказалась погружена в воду. В 17:00 экипаж без индивидуальных спасательных средств стал эвакуироваться на спасательный плот. С Ил-38 был сброшен спасательный контейнер, однако он сработал нештатно, и воспользоваться им моряки не смогли.

В 17:08 К-278 «Комсомолец» стремительно ушла на глубину. В ледяной воде Норвежского моря оказался 61 человек. Люди, не имевшие даже спасательных жилетов, отравленные угарным газом во время пожара, обожжённые, держались из последних сил.

Капитан 3-го ранга Анатолий Испенков остался внутри прочного корпуса лодки. Командир электротехнического дивизиона до последнего обеспечивал работу дизель-генератора гибнущего «Комсомольца». Выбраться из тонущей лодки он не успел…

Выживший в бездне

К-278 была оборудована всплывающей спасательной камерой, которая позволяет спастись из глубин всему экипажу лодки. В тот момент, когда «Комсомолец» уходил на дно, в ВСК оказались пятеро: командир лодки Евгений Ванин, капитан 3-го ранга Юдин, мичманы Слюсаренко, Черников и Краснобаев.

Подводная лодка К-19.

Капитан Ванин бросился внутрь лодки, услышав в ней голоса людей. Те, кто остался на поверхности, едва успели задраить за ним люк — только это оставляло шансы оставшимся внутри спастись при помощи спасательной камеры. Юдин, Слюсаренко, Черников и Краснобаев, поднимавшиеся по трапу в момент затопления, были буквально сброшены вниз из-за того, что тонущая лодка встала едва ли не вертикально. Мичмана Слюсаренко втащили в камеру последним. Юдин и Черников отчаянно пытались закрыть нижнюю крышку камеры, весившую более 250 кг. Им удалось это сделать с невероятным трудом.

Камера, затянутая дымом, вместе с лодкой уходила на дно, которое в этом месте было на глубине более полутора километров. Подводники пытались отсоединить камеру от лодки.

Капитан 3-го ранга Юдин вдруг крикнул: «Всем включиться в дыхательные аппараты!» Это успели сделать только Слюсаренко и Черников — остальные, включая самого Юдина, погибли.

Подводники погибли из-за угарного газа, чьё действие многократно усиливается вместе с возрастанием давления.

Камера отделилась от лодки практически на дне, когда под давлением толщи воды был повреждён корпус «Комсомольца».

Спасательную капсулу выбросило на поверхность, как пробку из-под шампанского. Верхнюю крышку люка, закреплённую на одной защёлке, сорвало, а вместе с ней выбросило Черникова и Слюсаренко. Но первый погиб, ударившись головой, и только Слюсаренко уцелел, оказавшись в воде. Спасательную камеру захлестнули волны, и через несколько секунд она окончательно ушла на дно.

Мичмана Слюсаренко спустя некоторое время подобрали спасатели. Виктор Фёдорович Слюсаренко — единственный человек в мире, спасшийся из подводной лодки, затонувшей на полуторакилометровой глубине.

Последнее пристанище

С момента затопления «Комсомольца» и до прихода к месту катастрофы плавбазы «Алексей Хлобыстов» прошло около 70 минут. Эти минуты оказались роковыми для большинства членов экипажа. 16 человек утонули, ещё 16 умерли от переохлаждения, и их тела были подняты на борт вместе с оставшимися в живых 30 моряками.

Ещё трое скончались уже на борту плавбазы, хотя на первый взгляд их состояние не вызывало опасений. Медики потом пояснили — пребывание в холодной воде уже запустило в их организмах необратимые изменения, и спасти их было невозможно.

В итоге из 69 членов экипажа 42 человека погибли, 27 выжили. 12 мая 1989 года Президиум Верховного Совета СССР издал указ о награждении всех членов экипажа «Комсомольца» — живых и мёртвых — орденом Красного Знамени.

Траурная процессия во время похорон моряков подводной лодки Комсомолец, 1989 год Траурная процессия во время похорон моряков подводной лодки «Комсомолец», 1989 год. Фото: РИА Новости / В. Кузнецов

Подводная лодка «Комсомолец» вот уже четверть века покоится на глубине 1650 метров на дне Норвежского моря. С 1989 по 1998 годы с помощью глубоководных аппаратов «Мир» проведено семь экспедиций, в ходе которых проводилось наблюдение за состоянием лодки, а также работы по обеспечению радиационной безопасности. Было установлено, что реактор лодки заглушён надёжно, и она в настоящее время не представляет угрозы для окружающей среды.

В 1998 году следствие по делу о гибели подводной лодки «Комсомолец» было приостановлено в связи с «неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого» и тем, что «установить истинные причины пожара и затопления до подъёма подводной лодки и её осмотра не представляется возможным».

Тайна подлодки К-129. СССР не признал гибель субмарины, а американцы пытались достать её с глубин

Гибель 8 марта 1968 года советской дизель-электрической подводной лодки К-129 стала настоящей трагедией для родственников 98 погибших моряков. Но удивительное дело: ни в марте, ни в последующие месяцы в советской печати не появилось ни слова о том, что лодка погибла. Да и на международном уровне СССР хранил молчание, как будто ничего не случилось.

Исчезновение субмарины

Подводная лодка К-129 вышла на внеплановое боевое дежурство из Авачинской бухты (Камчатка) 24 февраля 1968 года. Командовали лодкой опытный подводник капитан I ранга Владимир Кобзарь и его старший помощник капитан II ранга Александр Журавин.

В соответствии с полученным заданием К-129 должна была пройти на юг вдоль 162-го меридиана до 40-й параллели и повернуть на восток. На борту подлодки находились две торпеды с ядерными боеголовками и три ядерные ракеты — в случае ухудшения международной обстановки лодка могла подойти к берегам США и произвести запуск ракет из подводного положения. Движение лодки должно было осуществляться максимально скрытно, и маршрут был проложен в "бесполётной зоне" так, чтобы избежать внимания патрульной авиации США, базирующейся на Алеутских островах и на Гавайях.

В полночь 26 февраля подлодка связалась с командованием, дежурство проходило в штатном режиме. Следующее радиодонесение должно было поступить 8 марта из поворотной точки маршрута. Однако К-129 на связь не вышла.

В центральном командном пункте Тихоокеанского ВМФ была объявлена тревога. Лодку искали 73 дня, десятки кораблей и субмарин прочёсывали океан в районе её маршрута, брали пробы воды на радиацию, надеялись увидеть хотя бы пятна от масел и топлива. Ничего. Что же случилось? Исчезла, как и не было.

Эти подлодки проигрывали американским субмаринам в боевом оснащении — атомный авианосец США мог нести до 16 баллистических ракет с ядерными боеголовками. Дизель-электрическим подлодкам приходилось то и дело всплывать, чтобы перезарядить аккумуляторы, но главное — дизельные и дизель-электрические подлодки оставались очень шумными, американцы без труда вычисляли их местоположение и часто скрытно сопровождали.

Советские подводники даже разработали специальный манёвр для обнаружения противника: на полной скорости подлодка разворачивалась и начинала идти назад. Американцы предпринимали манёвр уклонения и обнаруживали себя. За рискованность этот приём подводники США прозвали "сумасшедший Иван".

Командир ПЛ К-129 капитан I ранга Кобзарь Владимир Иванович. / Экипаж К-129 перед последним походом. В центре старпом — капитан II ранга Журавин Александр Михайлович. Фото © h48brrzk.ru

30 июля 1968 года после безрезультатных поисков командование ТОФ вывело К-129 из состава флота. Всё, что касалось последнего выхода лодки в море, было засекречено. Ничего не знали даже родственники. Для них "экипаж лодки погиб при исполнении обязанностей". Где? Неизвестно. Океан большой.

Операция "Азориан"

Но на другом берегу Тихого океана были люди, которые знали, где искать затонувшую К-129. Формально к разработке американцами проекта "Азориан" позволила приступить поисковая операция советского флота, которая не могла пройти незамеченной. Найти советскую лодку, поднять её на поверхность и поживиться тем, что на борту, — такую задачу ЦРУ поставило перед специалистами. Операция была лично одобрена президентом США Ричардом Никсоном.

Место катастрофы заокеанские "партнёры" нашли на удивление быстро. К-129 лежала на морском дне на глубине 5600 метров в северной части Тихого океана, в точке с координатами 40°06′ северной широты 179°57′ восточной долготы (по другим данным, координаты точки 38°5' с.ш. и 178°57' в.д.).

Поднять её вызвался эксцентричный американский миллиардер Говард Хьюз, известный по фильму "Авиатор", который до этого уже сотрудничал со спецслужбами. Подъём лодки было решено прикрыть геологоразведочными работами.

Говард Хьюз. Фото © Wikipedia

Компания "Хьюз тул" по контракту с Правительством США спроектировала особое судно водоизмещением 50 тысяч тонн, способное поднять с глубины 2000-тонную лодку, и построила его на верфях Хьюза. В комплект судна входил док-понтон, через который лодку должны были поднять из воды. Для подъёма субмарины был разработан специальный глубоководный захват с клешнями и подводный аппарат "Клементина". В случае удачи подлодку можно было целиком спрятать в док-понтоне.

Судно получило название Hughes Glomar Explorer. Проект обошёлся США в 350 миллионов долларов, что по современному курсу равно 1,7 миллиарда долларов, а общее количество человек, задействованных в проекте, составило четыре тысячи. Подъём было решено провести в конце лета 1973 года.

Молчание Кремля

Знали ли об операции в Кремле? Да, знали. Контр-адмирал Анатолий Штыров, занимавший тогда должность первого заместителя начальника разведки ТОФ, писал, что в район работы американцев постоянно ходили разведывательные суда. Но доклады наверх ничего не давали, тихоокеанцам советовали "сосредоточить свои силы на поставленных задачах".

Контр-адмирал Анатолий Штыров. Фото © Wikipedia

Чтобы американцы раз и навсегда оставили попытки поднять подлодку, Кремлю надо было лишь признать факт аварии К-129 и объявить её корпус воинским захоронением. Но Кремль молчал.

Историки и военные до сих пор спорят, какой именно объём секретных материалов попал в руки ЦРУ — когда лодку уже практически достали, её повреждённый корпус развалился. В захватах Explorer осталась часть субмарины. По признаниям самих американцев, им достались торпеды и тела шестерых погибших подводников. Шифровальные аппараты, шифры, коды, документы и три ракеты с ядерными боеголовками снова ушли на дно.

Надо отдать должное: американцы похоронили советских моряков в море с почестями, в соответствии с традициями советского флота. А фонившие обломки К-129 доставили в Гонолулу для изучения. За оставшимися отсеками ЦРУ собиралось вернуться в 1974 году, но ему помешало разоблачение: в офис Хьюза вломились грабители и вместе с деньгами забрали секретные документы. Вскоре о советской подлодке К-129 уже трубили все газеты США.

Наконец заговорила и Москва, угрожая американцам бомбардировкой в случае повторного появления кораблей США в районе затопления К-129. ЦРУ отказалось от дальнейших действий, свернуло "Азориан", и ядерные боеголовки остались лежать на дне океана.

Кто виноват?

Прошло много лет. В России сменился режим, прошла разрядка, началось новое противостояние, США передали России материалы по К-129, но ответа по-прежнему нет. Российские подводники выдвигают разные версии. Среди них — техническая неисправность клапана, вызвавшая затопление воздуховода двигателя и провал лодки ниже предельной глубины; взрыв водорода при подзарядке аккумуляторов с разрушением корпуса лодки; столкновение с надводным судном на перископной глубине и разгерметизация корпуса. Так что же стало причиной катастрофы?

Главной версией остаётся столкновение с американской субмариной Swordfish. По странному стечению обстоятельств эта подлодка через несколько дней после исчезновения К-129 прибыла на базу в Йокосуке с повреждениями боевой рубки и встала на ремонт. Работы велись скрытно и быстро: на рубку были наложены заплаты, заменены и покрашены поручни. Утром субмарина покинула Японию и ушла в США, где полгода находилась на ремонте и в море не выходила.

Скорее всего, Swordfish, преследуя К-129, слишком приблизилась к советской подлодке, а когда Кобзарь приказал совершить знаменитый разворот "сумасшедший Иван", не смогла уйти от столкновения и протаранила советское судно. Это подтверждают и некоторые снимки, переданные США России, где на корпусе лодки видна узкая длинная пробоина.

Авария была?

Американцы и сейчас отрицают свою вину. Они указывают, что в 1968 году в Тихом океане уже была развёрнута система SOSUS, включавшая сотни гидрофонов и настроенная на поиск советских подлодок. Новая экспертиза записей, проведённая в 2009 году, показала, что взрыв на К-129 произошёл, скорее всего, 11 марта. Именно в этот день гидрофоны США зарегистрировали два мощных подводных взрыва, которые американцы соотнесли со взрывами в ракетных шахтах № 2 и № 3 К-129, когда она находилась в подводном положении.

Патрульный противолодочный самолёт P-2H "Нептун". Фото © Wikipedia

Однако этим взрывам предшествовали три более тихих хлопка, которые произошли внутри корпуса лодки. Американские эксперты предположили, что на борту К-129 произошла авария, несколько дней К-129 находилась без связи, а 11 марта 1968 года произошли взрывы в ракетных двигателях, и лодка провалилась на глубину уже с частично затопленным корпусом.

Противники этой версии утверждают, что в 1968 году SOSUS "плохо слышал", а сторонники указывают, что сигналы были приняты не только стационарными гидрофонами, но и американскими судами, ближайшее из которых находилось всего в 300 милях от места происшествия. Это-то и позволило США сократить зону поисков и быстро найти К-129.

Подводниками пожертвовали?

Но почему молчал Кремль? На самом верху не раз намекали: Москва знала всё, но помалкивала якобы для того, чтобы не выдать какого-то советского разведчика — высокопоставленного чиновника ЦРУ. Ставки в игре были настолько высоки, что подводниками просто пожертвовали. О судьбе экипажа К-129 заговорили только после развала СССР.

Памятник погибшим подводникам в городе Вилючинске, Камчатка. Фото © h48brrzk.ru

Были и другие версии молчания: выход К-129 был внеплановым, поэтому на борту лодки могло находиться новое оружие, которое моряки должны были испытать в условиях дальнего похода. Возможно, что-то пошло не так. Быть может, именно ради этой новинки лодку поднимали и американцы, лишь благодаря счастливому случаю разработка так и осталась лежать на дне Тихого океана.

Существовала и ещё одна версия, совсем уж фантастическая: на лодке находился некий груз, который просто должен был попасть в ЦРУ. Этим и объяснялось молчание Кремля и его пассивность во время операции "Азориан".

Жизнь на атомной подводной лодке

Жизнь на атомной подводной лодке не для всех - моряк должен пройти ряд тестов, чтобы определить свои физические и умственные способности, а также его психологическое и эмоциональное благополучие.

Пройдя досрочные вступительные испытания, подводник проходит формальную подготовку в течение примерно двух месяцев. Он узнает об истории подводных лодок, различных классах и типах подводных лодок, технических аспектах, подводном вооружении, мерах по борьбе с повреждениями (например, тушении пожара) и динамике команд на борту судна.

Объявление

Размещение на подводной лодке может различаться по длине в зависимости от типа подводной лодки. Общие задания длятся три года. На подводной лодке с баллистическими ракетами два полных экипажа сменяют друг друга, чтобы судно оставалось в море как можно чаще. Каждая бригада может служить от 60 до 80 дней перед заменой покрытия и ротацией. Этот график установлен для всего трехлетнего задания на подводной лодке, что позволяет морякам и их семьям планировать свою жизнь в зависимости от развертывания.

У

экипажей, участвующих в быстрых атаках, более беспорядочные задания. Миссия наблюдения может длиться от нескольких недель до шести месяцев. Сегодня моряки могут использовать электронную почту (с некоторыми ограничениями), но в прошлом морякам не разрешалось общаться с внешним миром на борту подводной лодки.

Нового подводника другие моряки без всякой привязанности называют «блевотиной». Опытные моряки знают лодку от и до и уже стали квалифицированными подводниками. Этот процесс известен как зарабатывание дельфинов.Этот знак отличия - знак ответственности, братства и чести. В то время как моряк, который уже заработал своих дельфинов, может расслабиться или почитать в свободное от работы время, блевотник должен постоянно изучать системы корабля и проходить тест на каждой из них. Хотя торпедисту или административному офицеру не нужно знать, как управлять ядерным реактором или навигационными системами, оба будут обучены пониманию этих систем, их гарантий и аварийных процедур. После того, как квалифицированный подводник испытал рвоту на каждой части корабля, он зарабатывает своих дельфинов на специальной церемонии и принимается в члены нуклеарной семьи.

Но бурение не заканчивается, когда моряк получает своих дельфинов. Экипаж постоянно тренируется, чтобы справиться с различными жертвами , такими как пожар или наводнение. Эти тренировки не только помогают экипажу в любой чрезвычайной ситуации, но и помогают скоротать время товарищам по кораблю. Подводный «день» длится 18 часов и разбит на три смены по шесть часов. Таким образом, подводник может работать шесть часов, а тренироваться, обслуживать оборудование или спать по 12 часов.

Койки обычно ставятся по три в высоту.Пространство на подводной лодке очень дорогое, и каждому моряку его мало. Некоторым подводникам может понадобиться hot-bunk - залезть в койку, которую только что освободил товарищ по плаванию, начинающий свою смену. Занавеска обеспечивает конфиденциальность, а небольшой шкафчик или раскрывающаяся полка - все, что есть у каждого подводника для хранения вещей.

В дополнение ко многим гарантиям внутри и вокруг ядерных боеголовок и реактора, подводников контролируют на предмет радиационного облучения или болезней.К ядерной безопасности относятся очень серьезно - связи с общественностью и набор персонала были бы значительно труднее, если бы подводники заканчивали свое двухмесячное пребывание в море без волос, зубов и лейкоцитов.

В настоящее время ни на одной атомной подводной лодке Соединенных Штатов нет женщин. Причина этого двоякая: нет никакой приватности, а реконфигурация подводных лодок для облегчения сожительства обоих полов потребует больших денег и отнимет место для других функций подводных лодок.

Продолжите чтение, чтобы узнать о других применениях атомных морских судов.

.

BBC - Народная война времен Второй мировой войны

Эта история была отправлена ​​на сайт Народной войны Шарлоттой Софорд Алекс Джмэйсон Мэдди Бридж из SVC от имени Дерека Трейлена и добавлена ​​на сайт с его разрешения. Дерек полностью понимает положения и условия сайта.

В 1940 году я записался в добровольцы местной обороны, и тут же нам выдали повязку, кожаные гетры и палку от метлы! В конце 1940 года нам наконец выдали правильные винтовки, но без боеприпасов, а когда боеприпасы все-таки поступили, они были не того сорта.Я знал, что рано или поздно меня призвали в бой, так что лучше не идти в армию; в 1941 году стал добровольцем ВМФ. Меня сразу приняли и вызвали на курс обучения, где я 5 месяцев работал над тем, как быть визуальным сигнальщиком. После этого меня вызвали на судно HMS Collingwood, которое пришвартовалось в Саутгемптоне, мы были в составе конвоя в Северной Атлантике. Мы отправились в Гибралтар за 2 дня до Рождества прямо в шторм в Северной Атлантике, и я неделю болел морской болезнью. Мы встретили наш конвой в Северной Ирландии и направились в Атлантический океан, на запад до Азорских островов и обратно в Гибралтар - это заняло у нас две недели, потому что мы могли ехать только со скоростью 2 узла.Наш конвой состоял из колонн кораблей, окруженных эскортами. На нас часто нападали подводные лодки, и каждый день мы теряли около половины кораблей. Нам пришлось совершить это путешествие в и из Гибралтара 3 раза, и в какой-то момент на нас одновременно напали 14 подводных лодок. У нас появились часы с двойным ударом - 4 часа в рабочем состоянии, 4 часа в выходной. Когда мы подошли к Гибралтару, нам пришлось попросить поддержки с воздуха, и нам прислали летающую лодку. Самолет увидел подводную лодку посреди нашей колонны и сбросил глубинную бомбу, но, к сожалению, колонна неверно истолковала огонь и сбила самолет.
Я решил, что мои шансы выжить очень малы, и пошел на подводные лодки. Мне нужно было пройти медицинское обследование, и я прошел двухнедельный курс обучения, где я узнал все, что узнал бы о подводных лодках за три года. Я находился на подводной лодке «Отус», которую следовало сдать в утиль, поскольку она была построена в 1922 году, но из-за необходимости в подводных лодках ее просто отремонтировали и отправили в море. Мы отправились из Шотландии в Гонконг. Подводная лодка все время ломалась.На Отусе экипаж из 69 человек получил свежий хлеб, очень влажный и зеленый от плесени. Затем мы направились во Фритаун, Западная Африка; кроме обезвоженной капусты нам не давали никаких припасов. Условия были очень тяжелые, спали, где могли. Затем мы покинули Фритаун, чтобы добраться до Кейптауна. Затем вышло из строя беспроводное радио (банкомат). Это означало, что мы пропустили важное сообщение. Вооруженный траулер сообщил, что мы враг! Но в конце концов нас пустили в Кейптаун.Там мы сделали большой ремонт нашей подлодки, особенно рулевого управления. Когда мы сошли на берег, мы впервые за много лет пообедали. Мы были в восторге от бекона, яиц и даже сахара для нашего чая! Выйдя из столовой, мы увидели огромные ведра апельсинов, которые можно было накормить. Мы наполнили ими наши костюмы до краев, думая, что мы получим много людей на борту, но когда мы вернулись, мы уже доставили много еды! У нас также была свежая вода, консервы и даже свежие кусочки ананаса.Нас отправили патрулировать загоны для подводных лодок, которые были сделаны из 36-футового бетона. Мы были в 5 милях от берега, и после того, как мы разбомбили подводные лодки, мы сели на дно, но когда мы хотели подняться, мы не могли подняться! В конце концов нам удалось оторваться от дна, но теперь мы не могли перестать подниматься! После этого мы направились в Дурбан, где нам предстояло сделать еще один ремонт, который занял много времени. В конце концов, мы подружились с людьми на берегу и вывели двух армейских офицеров во время одного из наших тестов, но мы поняли, что у нас есть утечка - лопнула труба! Все остановилось, и капитану пришлось открыть люк - мне пришлось держаться за его лодыжки, чтобы убедиться, что он не высасывается! Капитан велел гостям подойти к мостику - один сказал ему: «Это добавляет развлечений, старина, не так ли?»! Пришлось провести еще один ремонт, но, к сожалению, подлодка затонула за 3 дня до того, как мы прибыли в Гонконг.

Когда я пролезал через люк, порвал себе рот. Мне пришлось его зашить. Член экипажа, который также имел некоторые навыки посева, спросил меня, хочу ли я ром или виски. Я выбрал ром. У другого человека, с которым я познакомился, на руке был вырезан абсцесс, ему давали только ром или виски, чтобы облегчить боль.

Нам каждое утро давали немного рома. Мы играли глотками, глотками или глотками рома.

Шестьдесят пять из шестидесяти девяти человек на нашей подводной лодке получили пищевое отравление.

Я приглашен на празднование Дня Победы с королевой 10 июля. Идут только 3 подводника.

Следующее - это напечатанное на машинке то, что Дерек сказал в Radio Gazette.

Радио-журнал
Программа «А»
18.08.1944 г.
20:30

«Жизнь на подводной лодке» старшего связиста Дерека Трайлена.

Для начала должен сказать, что жизнь на подводной лодке - не шутка. Одни только условия проживания сильно отличаются от Ritz.

Во время патрулирования, которое может длиться несколько недель, никто не моется, не бреется и даже не раздевается. Не то чтобы мы ленивы или хотим быть грязными, но это против приказов. Воды везут только для питья. Видите ли, гаджетов так много, а пространство настолько ограничено, что больше нести невозможно. Вы можете представить, что мы очень грязные и маслянистые, но мы все в одной лодке. Одежда, естественно, различается в зависимости от того, в какой части земного шара находится лодка. В тропиках обычно надевают только пару комбинезонов.Причина, по которой раздевание не разрешено, заключается в том, что на подводной лодке, в большей степени, чем на других судах, каждый человек должен быть готов к чрезвычайным ситуациям как наверху, так и под водой, и задержка, вызванная одеванием, может оказаться фатальной. Внизу через несколько часов становится довольно жарко и липко. У нас есть только воздух, который мы забираем с собой, потому что, если бы больше воздуха было впущено, например, из бутылок, это увеличило бы давление, которое и так уже достаточно велико. Поскольку все, что мы чувствуем, это сон, который на самом деле поощряется, чтобы сэкономить драгоценное вещество, называемое кислородом, потому что, когда парень спит, он потребляет меньше, чем если бы мы бодрствовали.Конечно, во время погружения курить запрещено, но мы можем курить на поверхности, за исключением моста, так как зажженную сигарету можно увидеть за много миль. Вне вахты развлечения многочисленны и разнообразны, фаворитами являются карты, шахматы и лудо, но некоторые ребята делают вещи с помощью ручных ножей и деревянных деталей, другие предпочитают работу по металлу. Тогда, конечно, всегда идет спор, к которому может присоединиться кто угодно, не горячий, но достаточный, чтобы вызвать интерес и скоротать время. Обычно речь идет о старых кораблях, на которых служили парни, или о девушках, вернувшихся домой, или о ста и одной другой теме.На борту есть всевозможные парни из разных слоев общества, каждый со своим вздором или фантазией, которые могут действовать на нервы остальной части экипажа, живущих вместе, как и мы, если бы кто-то быстро не усвоил урок толерантность. Одни поступили на подводную службу из мести, другие - ради азарта. Единственное, для чего они не присоединились и не получили от них большей части, - это монотонность. В моем случае было и то, и другое.
Еда не такая, как дома. В основном это консервы и обезвоживание.Консервированные ветчина и говядина могут казаться хорошими для разнообразия, но через несколько недель это уже не так аппетитно. У нас есть только один прием пищи в день или, лучше сказать, на ночь. Это так. Подводная лодка «днем» - это ночь, когда она несколько часов находится на поверхности, и это единственный раз, когда небольшая электрическая камбуз может использоваться для приготовления пищи для нас. Между прочим, офицеры и солдаты получают одинаковую еду.
Обычно мы находимся под водой весь день и всплываем только в темноте, чтобы зарядить аккумуляторы и подышать свежим воздухом.Мне, как сигнальщику на борту, повезло, я иду за капитаном на мостик, когда мы всплываем, и он всегда поднимается первым. Когда он убедится, что все ясно, другим разрешается подойти. Они ходят по очереди, чтобы подышать свежим воздухом, потому что нельзя, если бы все сразу поднялись, если бы нам пришлось крэш-дайвинг.
Чтобы попасть на подводную лодку, мне пришлось пройти довольно жесткий медицинский и стоматологический осмотр и пройти курс по работе с подводной лодкой. Это делается для того, чтобы каждый мужчина что-то знал о работе других, даже если мы все должны эффективно выполнять свою конкретную работу.Все зависит от капитана, особенно во время атаки он единственный человек, который может видеть, что происходит через перископ, и от его суждения зависит, успешно ли мы вернемся на наш базовый корабль или нет. Говоря о плавбазах, они - находка для нас, когда мы возвращаемся из патруля. Мы получаем горячие ванны и хорошую еду, и они следят за нашей лодкой, чтобы мы могли получить место для отпуска.
Чтобы закончить то, что я говорил, было; это меня устраивало, пока шла война, но катится в тот день, когда все закончится.

© Авторские права на материалы, размещенные в этом архиве, принадлежат автору. Узнайте, как это можно использовать.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *