Отряд в японии 731: В Японии рассекречены личные данные членов отряда 731 – Мир – Коммерсантъ

Содержание

Отряд 731 или чудовищные опыты над живыми людьми

Вторая Мировая война - самая кровопролитная за всю историю человеческого общества. Миллионы людей гибли не только на полях боев и фашистских концлагерях. Было еще одно место, где происходили страшные истории и о котором можно сказать, что там работали серийные убийцы, с маниакальным спокойствием и знанием дела проводившие эксперименты над людьми...
Они испытывали на них биологическое оружие и проверяя их организмы на выносливость к разным условиям. Это отряд 731. Представляем вам интересные исторические факты об этом страшном месте.

Трудно представить, что в одном месте можно собрать три тысячи человек, готовых издеваться над живыми людьми. А именно столько сотрудников работало в отделе 731 - специальном подразделении японских вооруженных сил. По какому принципу их отбирали? Скорее всего, должно быть «два в одном»: они должны быть знакомы с медициной и должны уметь с философским спокойствием наблюдать за муками истязаемых. Короче говоря, это были самые жестокие и самые умные врачи Японии.

Инициатором создания такого отдела был правивший в те годы японский император Хирохито, биолог по образованию. Он всегда говорил, что развитая наука - лучший помощник в войне, поскольку помогает создать оружие, способное быстро уничтожить целые страны. Он верил, что под его началом Япония сможет поработить всех и добиться мирового господства.


Эта идея понравилась японским военным, и они отправили в США и страны Европы специалистов, чтобы те переняли опыт создания лабораторий по разработке бактериологического оружия. Среди них был и биолог Сиро Исии, который и стал впоследствии командующим отдела 731. Он сумел доказать правительству, что бактериологическое оружие сможет не только сократить сроки войны, но и облегчит ее ведение. Пусть от пули или снаряда смерть наступает мгновенно, но зато бактерии убивают медленно, незаметно и мучительно. Ими можно заразить воду или одежду людей, и они, размножаясь, через какой-то промежуток времени убьют все живое.

Отряд 731 был создан в 1932 году и базировался на оккупированной японцами территории Китая, неподалеку от Харбина. В Японии базу строить не стали, опасаясь, что в случае утечки бактерий, пострадают японцы, а китайцев никому не жалко. Сначала были стерты с лица земли триста крестьянских домов, а затем были построены бараки для испытуемых и многочисленные лаборатории (около 150). Также имелось свое авиационное подразделение. Командовал всем этим «милым» хозяйством упомянутый выше генерал Сиро Исии.


Подопытные люди сюда привозились тысячами, это были китайцы (около 70%), русские (около 30%), немного корейцев и монголов. Зачастую завозились целые семьи - мужчины, женщины и даже дети. Возраст взрослых людей не превышал сорока лет, в основном, от 20 до 30.

На пленниках испытывалось бактериологическое оружие, которое могло бы в короткий срок уничтожить человечество. Проверялось много штаммов, основным среди которых был штамм чумы. Испытания проходили так. Человека помещали в очень маленькую камеру, где он не мог даже шевелиться, и заражали какой-либо болезнью. Затем начинали следить за тем, как заболевание поражает его организм. В конце «подопытного» выносили из камеры и живьем вскрывали его, чтобы посмотреть, как вирус поражает внутренние органы. После этого человека оставляли лежать с вспоротыми внутренностями и продолжали наблюдать за его мучениями. Надо сказать, что опыты проводились без обезболивания, поскольку, по мнению медиков, оно могло исказить картину развития болезни.


На пленниках, которых садисты называли бревнами, еще проводились невероятно жестокие эксперименты, не имевшие никакого отношения к биологическому оружию. Например, опытным путем определяли, сколько проживет человек, если его сильно обморозить. Для японцев это было важно, поскольку они собирались воевать с Россией, где лютые зимы. В итоге было определено, что самый эффективный способ лечения обморожений - опускание рук и ног обмороженного в воду с температурой 50?С. Как проходили эксперименты? Сначала пленного выводили на сильный мороз, опускали их ноги и руки в холодную воду, а затем оставляли на ветре до тех пор, пока те не обмерзали. Нужную степень обморожения узнавали, стуча по конечностям жертвы палочкой. Если издавался деревянный звук - нужная кондиция достигнута. После жертву опускали в воду определенной температуры и наблюдали за динамикой отмирания тканей. Среди тех, на ком проводились такие опыты, были и маленькие дети.

А вот зачем пленных обливали крутым кипятком - непонятно. Возможно, из-за садистского удовольствия, прикрытого лозунгом, что все делается ради науки.

Также пленников высушивали в специальных камерах, как мумий. Для этого их сначала взвешивали, а затем оставляли в маленькой комнатке с низкой влажностью и высокой температурой. Человек начинал потеть, а поскольку пить ему не давали, его организм терял всю влагу и высыхал. «Мумию» взвешивали и сравнивали с первоначальным весом живого человека. Оказалось, что высушенный организм составляет всего 22% от нормального веса, следовательно, 78% человека составляет вода.

Проводились также опыты с давлением, целью их было определение допустимой границы давления, которое способен выдержать человек, например, летчик. Для этого подопытного помещали в барокамеру и начинали постепенно откачивать из нее воздух. Когда перепад давления внутри камеры и снаружи становился большим, у человека начинали вылезать глаза, распухало лицо, а затем он взрывался, как воздушный шарик.


Проводились и другие эксперименты: человеческую кровь заменяли на кровь животных, в желудок вв

Сеул советует Японии переосмыслить проблему "Отряда 731"

Вот такую новость увидел в ленте информагенств:

Южная Корея призывает Японию задуматься об одном из эпизодов ее истории, связанным с деятельностью так называемого «Отряда 731″, испытывавшего биологическое оружие на людях, заявил в четверг представитель министерства иностранных дел Южной Кореи.

«Южная Корея ожидает, что японская сторона осмыслит болезненные воспоминания об «Отряде 731″ и соответствующем историческом контексте», — сказал он. «Отряд 731″ — одно из злодеяний, совершенных императорской армией Японии», — отметил дипломат, добавив, что «данное подразделение причинило огромные страдания и ущерб людям в соседних странах».

Как сообщалось, фотография премьер-министра Японии Синдзо Абэ в кабине учебного военного самолета с бортовым номером 731 вызвала резкое недовольство в Южной Корее.

В частности, фото главы японского кабинета министров накануне было опубликовано на первой полосе крупнейшей южнокорейской газеты Chosun Ilbo с подписью «Бесконечная провокация Абэ».

Однако в министерстве обороны Японии заявили, что номер учебного самолета совершенно случайно совпал с номером печально известного отряда.

«Отряд 731″ японских Вооруженных сил действовал в период с 1937 по 1945 гг. во время Японо-Китайской и Второй мировой войн. В частности, это подразделение японской армии занималось исследованиями в области биологического оружия, испытывая его на южнокорейских, советских и китайских военнопленных.

Давайте вспомним некоторые подробности этой истории:

 

Нынешнее негативное отношение к Японии со стороны Китая, КНДР и Южной Кореи объясняется главным образом тем, что Япония не наказала большую часть своих военных преступников. Многие из них продолжали жить и работать в Стране восходящего солнца, а также занимать ответственные посты. Даже те, кто производил биологические опыты на людях в печально известном специальном «отряде 731». Это мало чем отличается от опытов доктора Йозефа Менгеля. Жестокость и циничность таких опытов не укладывается в современном человеческом сознании, но они были вполне органичны для японцев того времени. Ведь на кону тогда была «победа императора», и он был уверен, что дать эту победу могла только наука.

 

Однажды на сопках Манчжурии заработал страшный завод. Его «сырьем» стали тысячи живых людей, а «продукция» могла уничтожить все человечество за несколько месяцев… Китайские крестьяне боялись даже приближаться к странному городу. Что творится внутри, за забором, никто достоверно не знал. Но шепотом рассказывали жуть: мол, японцы похищают или завлекают туда обманом людей, над которыми затем проводят страшные и мучительные для жертв опыты.

 

«Наука всегда была лучшим другом убийц»

Все началось в далеком 1926 году, когда трон Японии занял император Хирохито. Это он выбрал для периода своего правления девиз «Сёва» («Эпоха просвещенного мира»). Хирохито верил в силу науки: «Наука всегда была лучшим другом убийц. Наука может убить тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы людей за весьма короткий промежуток времени». Император знал, о чем говорил: по образованию он был биологом. И считал, что биологическое оружие поможет Японии завоевать мир, а ему, потомку богини Аматерасу, — исполнить свое божественное предназначение и править этим миром.

Идеи императора о «научном оружии» нашли поддержку в среде агрессивно настроенных японских военных. Они понимали, что на одном самурайском духе и обычных вооружениях затяжную войну против западных держав не выиграешь. Поэтому по поручению японского военного ведомства в начале 30-х годов японский полковник и биолог Сиро Исии совершил вояж по бактериологическим лабораториям Италии, Германии, СССР и Франции. В своем итоговом докладе, представленном на рассмотрение высшим военным чинам Японии, он убеждал всех присутствующих, что биологическое оружие принесет огромную пользу Стране Восходящего Солнца.

 

«В отличие от артиллерийских снарядов, бактериологическое оружие не способно мгновенно убивать живую силу, зато оно без шума поражает человеческий организм, принося медленную, но мучительную смерть. Производить снаряды не обязательно, можно заражать вполне мирные вещи — одежду, косметику, пищевые продукты и напитки, можно распылять бактерии с воздуха. Пусть первая атака не будет массированной — все равно бактерии будут размножаться и поражать цели», — говорил Исии. Неудивительно, что его «зажигательный» доклад впечатлил руководство японского военного ведомства, и оно выделило средства для создания специального комплекса по разработке биологического оружия. На протяжении всего своего существования этот комплекс имел несколько названий, наиболее известное из них — «отряд 731».

 

Их называли «бревна»

Отряд был размещен в 1936 году около деревни Пинфан (на тот момент территория государства Маньчжоу-го). Он состоял из почти 150 зданий. В отряд шли выпускники самых престижных японских университетов, цвет японской науки.

 

Отряд разместили в Китае, а не в Японии, по нескольким причинам. Во-первых, при дислокации его на территории метрополии очень сложно было соблюсти режим секретности. Во-вторых, в случае утечки материалов, пострадало бы китайское население, а не японское. Наконец, в Китае всегда были под рукой «бревна» — так ученые этого спецподразделения называли тех, на ком испытывались смертоносные штаммы.

«Мы считали, что “бревна” — не люди, что они даже ниже скотов. Впрочем, среди работавших в отряде ученых и исследователей не было никого, кто хоть сколько-нибудь сочувствовал “бревнам”. Все считали, что истребление “бревен” — дело совершенно естественное», — говорил один из служащих «отряда 731».

Профильными экспериментами, которые ставились над подопытными, были испытания эффективности различных штаммов болезней. «Фавориткой» Исии была чума. Ближе к концу Второй мировой войны он вывел штамм чумной бактерии, в 60 раз превосходящий по вирулентности (способности заражать организм) обычную.

Эксперименты проходили, в основном, следующим образом. В отряде были специальные клетки (куда запирали людей) — они были настолько малы, что пленники не могли в них пошевелиться. Людей заражали инфекцией, а затем днями наблюдали над изменениями состояния их организма. Далее их заживо препарировали, вытаскивая органы и наблюдая, как болезнь распространяется внутри. Людям сохраняли жизнь и не зашивали их целыми днями, дабы доктора могли наблюдать за процессом, не утруждая себя новым вскрытием. При этом никакой анестезии обычно не использовалось — врачи опасались, что она может нарушить естественный ход эксперимента.

 

Больше «повезло» тем из жертв «экспериментаторов », на ком испытывали не бактерии, а газы: эти умирали быстрее. «У всех подопытных, погибших от цианистого водорода, лица были багрово-красного цвета, — рассказывал один из служащих «отряда 731». — У тех, кто умирал от иприта, все тело было обожжено так, что на труп невозможно было смотреть. Наши опыты показали, что выносливость человека приблизительно равна выносливости голубя. В условиях, в которых погибал голубь, погибал и подопытный человек».

Когда японские военные убедились в эффективности работы спецотряда Исии, они стали разрабатывать планы применения бактериологическог о оружия против США и СССР. С боеприпасами проблем не было: по рассказам сотрудников, к концу войны в запасниках «отряда 731» накопилось столько бактерий, что если бы они при идеальных условиях были рассеяны по земному шару, этого оказалось бы достаточно, чтобы уничтожить все человечество.

 

В июле 1944 года лишь позиция премьер-министра Тодзе спасла Соединенные Штаты от катастрофы. Японцы планировали с помощью воздушных шаров переправить на американскую территорию штаммы различных вирусов — от смертельных для человека до тех, которые будут губить скот и урожай. Но Тодзе понимал, что Япония уже явно проигрывает войну, и при атаке биологическим оружием Америка может ответить тем же, поэтому чудовищный замысел так и не претворился в жизнь.

 

 

122 градуса по Фаренгейту

Но «отряд 731» занимался не только биологическим оружием. Японские ученые хотели также знать пределы выносливости человеческого организма, для чего проводили страшные медицинские эксперименты.

Например, доктора из спецотряда выяснили, что лучшим способом лечить обморожение было не растирание пострадавших конечностей, а погружение их в воду с температурой 122 градуса по Фаренгейту. Выясняли опытным путем. «При температуре ниже минус 20 подопытных людей выводили ночью во двор, заставляли опускать оголенные руки или ноги в бочку с холодной водой, а потом ставили под искусственный ветер до тех пор, пока они не получали обморожение, — рассказывал бывший сотрудник спецотряда. — Потом небольшой палочкой стучали по рукам, пока они не издавали звук, как при ударе о деревяшку». Затем обмороженные конечности клали в воду определенной температуры и, изменяя ее, наблюдали за отмиранием мышечной ткани на руках. Среди таких подопытных был и трехдневный ребенок: чтобы он не сжимал руку в кулачок и не нарушил «чистоту» эксперимента, ему воткнули в средний пальчик иголку.

Кого-то из жертв спецотряда постигла другая ужасная участь: их заживо превращали в мумии. Для этого людей помещали в жарко натопленную комнату с низкой влажностью. Человек обильно потел, но ему не давали пить, пока он полностью не высыхал. Затем тело взвешивали, при этом оказывалось, что весит оно около 22% от первоначальной массы. Именно так в «отряде 731» было сделано еще одно «открытие»: человеческое тело на 78% состоит из воды.

Для императорских ВВС проводились эксперименты в барокамерах. «В вакуумную барокамеру поместили подопытного и стали постепенно откачивать воздух, — вспоминал один из стажеров отряда Исии. — По мере того как разница между наружным давлением и давлением во внутренних органах увеличивалась, у него сначала вылезли глаза, потом лицо распухло до размеров большого мяча, кровеносные сосуды вздулись, как змеи, а кишечник, как живой, стал выползать наружу. Наконец, человек просто заживо взорвался». Так японские врачи определяли допустимый высотный потолок для своих летчиков.

Были и эксперименты просто для «любопытства». У подопытных вырезали из живого тела отдельные органы; отрезали руки и ноги и пришивали назад, меняя местами правые и левые конечности; вливали в человеческое тело кровь лошадей или обезьян; ставили под мощнейшее рентгеновское излучение; ошпаривали различные части тела кипятком; тестировали на чувствительность к электротоку. Любопытные ученые заполняли легкие человека большим количеством дыма или газа, вводили в желудок живого человека гниющие куски ткани.
По воспоминаниям сотрудников спецотряда, всего за время его существования в стенах лабораторий погибло около трех тысяч человек. Однако некоторые исследователи утверждают, что реальных жертв кровавых экспериментаторов было гораздо больше.

 

 

 

«Информация чрезвычайной важности»

Конец существованию «отряда 731» положил Советский Союз. 9 августа 1945 года советские войска начали наступление против японской армии, и «отряду» было приказано «действовать по собственному усмотрению». Работы по эвакуации начались в ночь с 10 на 11 августа. Некоторые материалы сжигали в специально вырытых ямах. Было решено уничтожить и оставшихся в живых подопытных людей. Часть из них отравили газом, а некоторым было благородно позволено покончить жизнь самоубийством. В реку выбросили и экспонаты «выставочной комнаты» — огромного зала, где в колбах хранились отрезанные человеческие органы, конечности, разрубленные разным способом головы. Эта «выставочная комната» могла бы стать самым наглядным доказательством бесчеловечной сущности «отряда 731».
«Недопустимо, чтобы в руки наступающих советских войск попал хотя бы один из этих препаратов», — заявило руководство спецотряда своим подчиненным.

Но часть наиболее важных материалов была сохранена. Их вывезли Сиро Исии и некоторые другие руководители отряда, передав все это американцам — как своего рода выкуп за свою свободу. И, как заявили тогда в Пентагоне, «в связи с чрезвычайной важностью информации о бактериологическом оружии японской армии, правительство США решает не обвинять в военных преступлениях ни одного сотрудника отряда по подготовке бактериологической войны японской армии».

Поэтому в ответ на запрос советской стороны о выдаче и наказанию членов «отряда 731» в Москву было передано заключение о том, что «местопребывание руководства “отряда 731”, в том числе, Исии, неизвестно, и обвинять отряд в военных преступлениях нет оснований». Таким образом, все ученые «отряда смерти» (а это почти три тысячи человек), кроме тех, кто попал в руки СССР, избежали ответственности за свои преступления. Многие из тех, кто препарировал живых людей, стали в послевоенной Японии деканами университетов, медучилищ, академиками, бизнесменами. Принц Такеда (двоюродный брат императора Хирохито), который инспектировал спецотряд, тоже не понес наказания и даже возглавил японский Олимпийский комитет в преддверии Игр 1964 года. А сам Сиро Исии, злой гений «отряда 731», безбедно жил в Японии и умер лишь в 1959 году.

 

 

 

Опыты продолжаются

Кстати, как свидетельствуют западные СМИ, после разгрома «отряда 731» США с успехом продолжили серию опытов на живых людях.

Известно, что законодательство абсолютного большинства стран мира запрещает проводить эксперименты на людях, за исключением тех случаев, когда человек добровольно соглашается на опыты. Тем не менее, есть информация, что американцы практиковали медицинские эксперименты над заключенными вплоть до 70-х годов.
А в 2004 году на сайте «Би-Би-Си» появилась статья, в которой утверждалось, что американцы проводили медицинские эксперименты над воспитанниками детских домов в Нью-Йорке. Сообщалось, в частности, что детей с ВИЧ кормили чрезвычайно ядовитыми лекарствами, от которых у малышей возникали судороги, суставы распухали так, что они теряли способность ходить и могли лишь перекатываться по земле.

Статья также приводила слова медсестры одного из детских домов — Жаклин, которая приняла к себе двух детей, желая их усыновить. Администраторы Управления по делам детей забрали у нее малышей силой. Причиной стало то, что женщина перестала давать им предписанные лекарства, и воспитанники немедленно стали чувствовать себя лучше. Но в суде отказ давать лекарства был расценен как жесткое обращение с детьми, и Жаклин лишилась права работать в детских учреждениях.

Оказывается, практика тестирования экспериментальных лекарств на детях была санкционирована федеральным правительством США еще в начале 90-х годов. Но в теории каждому больному СПИДом ребенку должен назначаться адвокат, который мог потребовать, например, чтобы детям назначали только препараты, уже опробованные на взрослых. Как удалось выяснить агентству Associated Press, большинство участвовавших в тестах детей было лишено такой юридической поддержки. Несмотря на то, что расследование вызвало сильнейший резонанс в американской прессе, к какому-либо ощутимому результату оно так и не привело. По данным АР, такие тесты над брошенными детьми идут в США до сих пор.

Таким образом, бесчеловечные опыты на живых людях, которые американцам «передал по наследству» убийца в белом халате Сиро Исии, продолжаются даже в современном обществе.

источник

 

Настоятельно не рекомендую смотреть людям со слабой психикой, беременным женщинам и детям. 

реж. Е. Масюк

Документальный фильм Елены Масюк рассказывает о событиях, которые происходили на территории современного Китая во время Второй Мировой войны.
В 1939 году в Манчжурии был сформирован специальный отряд 731. При нем была организована лаборатория, в которой проводились опыты над живыми людьми.
Что стало с жертвами этих исследований? Как сложилась судьба их палачей? Главный упор фильма сделан на судьбу бывших палачей в послевоенное время.

И еще можно заметить, что  ведь когда то японцы были великими воинами, а теперь оккупированные вассалы.

 

А я вам напомню О том, как в 1944 чуть не началась война между СССР и США, а так же Как живут японские «интернет-беженцы» Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=24128

как в СССР судили японцев, занимавшихся созданием биологического оружия — Рамблер/субботний

С 25 по 30 декабря 1949 года в Хабаровске судили двенадцать бывших военнослужащих японской Квантунской армии, которые изготавливали бактериологическое оружие и ставили опыты на живых людях. Суд над ними стал единственным в мире трибуналом над военными преступниками, создавшими бактериологическое оружие.

В 1935–1936 годах в Японии были созданы секретные отряды (отряд № 731 и отряд № 100). Они занимались разработкой и испытанием бактериологического оружия против СССР и других стран. В сферу их интересов попали бактерии чумы, холеры, туберкулёза, тифа, дизентерии, сибирской язвы и других заболеваний. На протяжении Второй мировой войны японцы тайно ставили опыты на китайцах, маньчжурах и, как следует из материалов следствия, советских гражданах.

«Основоположником» японской военной бактериологии считают генерал-лейтенанта медицинской службы Исии Сиро. Он заметил, что европейцы с ужасом вспоминают о средневековых эпидемиях чумы, а следовательно испытывают некий страх в отношении применения биологического оружия для военных целей. Сиро сделал вывод, что благодаря этому страху можно успешно воевать, используя бактерии чумы — от нее у европейцев и американцев просто нет средств защиты. Он полагал, что бактерии могут стать тем сверхоружием, которое даст Японии стратегический перевес.

Генерал-майор медицинской службы Кавасима Киоси признался, что производственный отдел ежемесячно изготавливал до 300 кг бактерий чумы или до 1000 кг бактерий холеры. Для проверки изготавливаемых образцов бактериологического оружия, а также изыскания способов лечения эпидемических болезней в 731-м отряде постоянно велись опыты над заключёнными из числа китайцев и русских.

Примечательно, что в деле фигурируют лишь абстрактные «советские граждане, оказавшиеся по разным причинам на территории Маньчжурии и задержанные японскими пограничными и полицейскими отрядами». На суде не было даже названо ни одного имени жертвы или пострадавшего.

Тем не менее, несмотря на отсутствие существенных доказательств, вина всех обвиняемых была доказана, они её признали. Суд решил: «Предварительным и судебным следствием установлено, что японские империалисты готовились к тому, чтобы, развязав агрессивную войну против СССР и других государств, широко применить в ней бактериологическое оружие и этим ввергнуть человечество в пучину новых бедствий. Осуществляя подготовку к бактериологической войне, они не останавливались ни перед какими злодеяниями, умерщвляя во время своих преступных опытов по применению бактериологического оружия тысячи китайских и советских граждан и распространяя эпидемии тяжёлых заболеваний среди мирного населения Китая».

Подсудимые рассказали много страшных подробностей на суде, поэтому приговор просто поражал своей относительной мягкостью. Генералы Ямада Отодзо, генерал-лейтенант медицинской службы Кадзицука Рюдзи, начальник ветеринарной службы Квантунской армии, генерал-лейтенант ветеринарной службы Такахаси Такаацу и начальник производственного отдела отряда № 731, генерал-майор медицинской службы Кавасима Киоси получили по 25 лет заключения, начальник санитарной службы 5-й армии Квантунской армии, генерал-майор медицинской службы Сато Сюндзи — 20 лет, подполковник Ниси Тосихидэ — 18 лет, старший унтер-офицер Митомо Кадзоу — 15 лет, майоры Карасава Томио и Оноуэ Масао — по 12 лет, поручик Хиразакура Дзенсаку — 10 лет, санитар-лаборант Курусима Юдзи — три года, ефрейтор Кикучи Норимицу — два года.

Формально в то время в СССР смертной казни не было: ее отменили согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 года, однако существовала секретная директива, согласно которой в особых случаях смертная казнь могла применяться. Кроме того, с 1950 года в СССР вновь восстанавливалось применение смертной казни. Соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР был издан 12 января 1950 года. Но судьи и прокуроры вероятно уже знали, что такое решение принято и дело не затягивали, очевидно стремясь как можно быстрее вынести приговор.

Почему же Сталину понадобилось не применять смертную казнь к японским военнопленным, занимавшимся бактериологическим оружием?

Как в СССР судили японцев, испытывавших на людях биологическое оружие — Российская газета

Хабаровский процесс начался 25 декабря 1949 года, в день, когда по всей стране продолжалось грандиозное празднование 70-летия И.В.Сталина. Лишь на последней странице "Правды", заполненной здравицами, без каких-либо пояснений был опубликован текст обвинительного заключения по делу 12 бывших военнослужащих японской армии, "обвиняемых в подготовке и применении бактериологического оружия, т. е. в преступлении, предусмотренном ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г.". А на следующий день главная газета страны поместила сообщение ТАСС о начале процесса и отчет о первом дне работы1. И тоже лишь на 4-й странице...

Хабаровский процесс и в дальнейшем не привлекал большого общественного внимания, история его подготовки и проведения до сих пор мало исследована.

Материалы о хабаровском процессе в местной прессе занимали видное место.


Два параллельных расследования

Как известно, вскоре после окончания Второй мировой войны в Токио состоялся суд над японскими военными преступниками - Международный военный трибунал (МВТ) для Дальнего Востока, на котором были представлены 11 государств, в том числе СССР. Он проходил в соответствии с приказом Главнокомандующего союзными оккупационными войсками, генерала армии США Д. Макартура с 3 мая 1946 г. по 12 ноября 1948 г. главным обвинителем выступал американский представитель Дж. Киннан.

К тому времени в распоряжении как американских, так и советских военных имелись факты, свидетельствовавшие о наличии у Японии бактериологического оружия2. Вместе с тем серьезных доказательств, очевидно, не было. Этим объясняется отсутствие в повестке трибунала соответствующего пункта обвинения.

Нетрудно предположить, что каждая из сторон была заинтересована как можно скорее получить доступ к этим сведениям. Союзнические отношения времен Второй мировой войны стремительно и предсказуемо замораживались.

Сразу после окончания военных действий американцы сформировали специальную группу по выявлению в Японии лиц, обладавших научной и технологической информацией (так было и после разгрома Германии). Группа работала с сентября по октябрь 1945 г. под руководством эксперта базы Кэмп Детрик, где разрабатывалось биологическое и химическое оружие США. Отметим, в ее задачу не входило выявление военных преступлений. Сбором информации о военных преступлениях Японии занимался правовой отдел Генерального штаба Верховного командующего союзными державами Д. Макартура3.

Было проинтервьюировано 10 человек, причастных к бактериологическим исследованиям. Все они утверждали, что занимались лишь системой бактериологической защиты Квантунской армии4.

Советская сторона, судя по всему, тоже осуществляла подобный поиск, но на первых порах он был затруднен неразберихой, которая царила при эвакуации японцев в СССР5. Напомним, вскоре после окончания военных действий из Маньчжурии в СССР было вывезено более 500 тыс. японских военнопленных и интернированных6.

В январе 1946 г. США возобновили расследование в Японии. Это было связано с тем, что в их руках оказались руководители т.н. отряда 731, основной базы разработки бактериологического оружия, генералы Китано и Исии. Исии Сиро был главным вдохновителем и организатором работ, связанных с созданием бактериологического оружия (что еще только предстояло выяснить). Незадолго до занятия Маньчжурии Советской Армией ему удалось эвакуироваться с большей частью сотрудников в Корею, прихватив с собой архив. Все оборудование, помещения отряда, а также остававшиеся в живых люди, на которых ставились медицинские опыты, были уничтожены7. Из Кореи Исии перебрался в Японию, где его и обнаружили американцы.

Допросы продолжались до конца мая, однако ни Исии, ни Китано не признали фактов медицинских экспериментов и использования биологического оружия.

В советских лагерях активный поиск японских военнопленных, причастных к разработкам бактериологического оружия, скорее всего, начался летом 1946 г. Это было связано с тем, что 4 июня 1946 г. на Токийском процессе началась фаза обвинения. Начальник следственного отдела Рой Морган обратился к советскому обвинению с просьбой организовать допрос Кадзицука Рюдзи - "находившегося в советском плену начальника санитарной службы Квантунской армии по вопросам подготовки японцами бактериологической войны..."8. И в начале августа 1946 г. генерал-лейтенант Кадзицука Рюдзи был допрошен в качестве свидетеля, ничего, впрочем, не сообщив о разработке бактериологического оружия9.

Фрагмент протокола допроса военнопленного Кавасимо Киоси, бывшего начальника отдела бактериологического отряда N 731.


Ценные свидетели

Однако поиск продолжился, и 11 августа в качестве свидетеля был допрошен генерал-майор Кавасима - начальник производственного отдела отряда 731 с 1941 г. по март 1943 г. Он первым дал показания о преступной деятельности отряда и чудовищных опытах над людьми. Генерал также сообщил сведения о полученных японцами результатах в области изучения иммунитета человеческого организма, повышения эффективности противочумной и сыпнотифозной вакцин и др.10

29 августа1946 г., помощник американского обвинителя Дэвид Н. Саттон в своем выступлении на Токийском процессе сообщает о практике использования гражданских пленных в медицинской лаборатории. По свидетельству Л.Н. Смирнова, входившего в группу советского обвинения на Токийском процессе и ставшего впоследствии Государственным обвинителем на Хабаровском процессе, этот доклад привлек внимание Международного трибунала. Суд попросил американское обвинение предоставить более полные доказательства преступной деятельности отряда 73111. Американцы обратились к советским коллегам за содействием12.

Тем временем в СССР начал давать ценные показания еще один свидетель - майор медицинской службы, бывший начальник отделения 4-го отдела отряда 731 Карасава Томио. Он подробно рассказал о численности, структуре, основных направлениях и преступных методах деятельности отряда, о роли Исии Сиро в разработке биологического оружия 13.

Вещественные доказательства, найденные на территории дислокации отряда 731.


Американский разворот

Собранные в СССР материалы были предъявлены главному обвинителю Киннану, который "признал желательным использовать для суда протоколы показаний ...Кавасима Киоси и Карасава Томио с доставкой обоих в Трибунал для дачи свидетельских показаний"14. Советская сторона была с этим согласна.

Однако вскоре позиция американского обвинения резко меняется. Оно отказывается от этих материалов, сочтя их недостаточными для поддержки своего обвинения в отношении находившихся на скамье подсудимых15. Причем объяснение американцев было крайне невнятным. Их мотивы выяснятся довольно скоро. А пока СССР принимает решение готовить самостоятельное обвинение на МВТ с использованием этих свидетелей. В этой связи 7 января 1947 г. советский обвинитель А.Н. Васильев направил в правовой отдел штаба Макартура письмо, в котором советская сторона просила выдать ей Исии Сиро "как военного преступника, совершившего преступления против СССР"16. Не вполне понятно, на что при этом делался расчет. Скорее всего, на пропагандистский эффект, ведь было понятно, что американцы не выдадут Исии. Но при этом США были поставлены в сложное положение: в их руках находился не просто обладатель ценной информации, а военный преступник.

По утверждению японского профессора Цунеси Кейичи, исследовавшего рассекреченные материалы американских архивов, информация в письме должна была стать шоком для аналитиков из Кэмп Детрика и Генштаба США. В нем неоспоримо доказывалось, что проведенное ими расследование неполно17. В Японию срочно командируется сотрудник базы Кэмп Детрик. И уже спустя месяц американское командование вооруженными силами на Дальнем Востоке приходит к выводу: Исии и его бывшим сотрудникам необходимо гарантировать иммунитет от судебного преследования. И получить от них дополнительные сведения под гарантию, что вся полученная информация будет засекречена18.

Очевидно, на сей раз Исии и его подручные стали с американцами вполне откровенны. В конце июня 1947 г. был составлен обстоятельный отчет о проделанной работе. В него вошли материалы 60страничного доклада (до сих пор не рассекреченного), над которым месяц трудились 19 военных медиков - ключевых фигур японской программы бактериологической войны19. Американские военные, таким образом, стали обладателями уникальной медицинской информации, полученной в результате экспериментов над людьми.

Надо ли говорить, что они не собирались ею делиться со вчерашними союзниками?

 Место базирования отряда 731 в окрестностях Харбина. / РИА Новости


Судить - в СССР!

Тем временем в советских лагерях японских военнопленных активно проводилась "оперативная работа по выявлению и допросу сотрудников противоэпидемических отрядов Квантунской армии"20. Постепенно cтала выявляться масштабная картина преступной деятельности специальных подразделений бывшей Квантунской армии. Вскоре был определен круг свидетелей - 36 военнопленных. В него вошли и будущие обвиняемые Хабаровского процесса, в том числе подполковник медицинской службы японской армии Ниси Сюньэй (Тосихидэ), бывший командующий Квантунской армией генерал Ямада Отозоо, генерал-майор Казицука Рюудзи, генерал-майор Кавасима Киоси, генерал-лейтенант Такахаси Такаацу.

Очевидно, в это время и возникает идея проведения в СССР самостоятельного судебного процесса над японскими военными, причастными к разработке бактериологического оружия. Помимо справедливого наказания преступников процесс можно было использовать в обострявшейся идеологической и политической борьбе с Соединенными Штатами. Уже стало ясно, что бывшие союзники решили использовать японских военных преступников в своих интересах и освободить их от ответственности.

C инициативой проведения суда в СССР выступил министр внутренних дел С.Н. Круглов, направивший 19 февраля 1948 г. в МИД соответствующее письмо. 5 сентября 1949 г. министр иностранных дел А.Я. Вышинский направляет В.М. Молотову письмо, в котором предлагает приступить к подготовке процесса. Молотов, ознакомившись, поручает вынести этот вопрос на обсуждение ЦК21. И уже 7 сентября 1949 г. был подготовлен проект секретного постановления Совета министров СССР, в котором поручалось МВД, Министерству юстиции и Прокуратуре СССР "организовать в Хабаровске открытый судебный процесс над руководящими работниками так называемого "Противоэпидемического отряда N 731", занимавшегося изысканием бактериальных средств и способов их применения в войне против Советского Союза и Китая". После согласований 30 сентября И.В. Сталину был направлен проект постановления ЦК ВКП (б) и Совета министров СССР, утвержденный затем на заседании Политбюро ЦК 8 октября 1949 г.22

Судить предполагалось 7 человек: генералов Кадзицука, Кавасима, Такахаси, Сато, подполковника Ниси и майоров Карасава и Оноуэ23. В это время обсуждался вопрос о включении в этот список бывшего командующего Квантунской армией генерал Ямада, который "в целях сокрытия следов деятельности отряда 731 дал приказ личному составу эвакуироваться в Южную Корею, а помещение уничтожить. Одновременно с уничтожением помещений отряда была уничтожена и тюрьма, в которой находилось до 500 подопытных заключенных"24.

Руководители отряда 731 на скамье подсудимых.


Приравнять к преступлениям немецко-фашистской армии...

В двадцатых числах октября 1949 г. начались интенсивные допросы потенциальных обвиняемых. При допросах обязательно присутствовал кто-то из членов приглашенной из Москвы группы ученых-микробиологов, и советские специалисты отмечали, что в своих бактериологических исследованиях японцы продвинулись достаточно далеко25.

В ходе следствия были собраны многочисленные доказательства преступной деятельности сотрудников отряда 731 и его филиалов по созданию, испытанию и фактов использования в боевых действиях бактериологического оружия, проведению бесчеловечных медицинских опытов над людьми, неизбежно приводивших к их смерти.

30 октября 1949 г. вышеупомянутым подозреваемым, а также двум сотрудникам ветеринарного отряда N 100, поручику Хиразакуре и старшему унтер-офицеру Митомо, было предъявлено обвинение по статье 58-4 УК РСФСР. Все они свою вину признали, обвиняемый Сато - частично. Таким образом, круг обвиняемых составил 9 человек.

В конце ноября 1949 г. министр внутренних дел Круглов, министр юстиции Горшенин и Генеральный прокурор Сафонов доложили В.М. Молотову о завершении следствия в отношении указанных лиц и внесли ряд предложений. В их числе: арестовать и судить генерала Ямада, переквалифицировать статью всем обвиняемым и судить их по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. "О мерах наказания немецко-фашистских преступников за злодеяния, совершенные против советских граждан". Как пояснялось, "хотя в этом Указе японские военные и не упомянуты, однако их преступная деятельность аналогична преступлениям немецко-фашистской армии". Всех обвиняемых предлагалось приговаривать к пребыванию в исправительно-трудовых лагерях на срок от 10 до 25 лет. Начать судебный процесс предполагалось 7 декабря в Хабаровске и закончить не позднее 14 декабря26.

После принятия дополнений к Постановлению Совета министров Союза ССР от 8 октября 1949 г. против Ямады было возбуждено уголовное дело по признаку 1 ст. Указа от 19 апреля 1943 г.27 Такое же решение было принято в отношении еще одного обвиняемого - бывшего санитара-практиканта исследовательского отделения филиала 643 отряда N 731 ефрейтора Кикучи Норимицу. А 5 декабря военный прокурор подписал постановление о переквалификации обвинения на эту статью всем подозреваемым28. Последним, 9 декабря 1949 г., вошел в эту группу Курусима Юдзи, бывший санитар-лаборант филиала N 162 отряда 73129.

Таким образом, процесс, изначально планировавшийся как суд над руководителями отряда 731, приобрел иной статус.


Приговор

Хабаровский процесс начался 25 декабря 1949 г. и продолжался шесть дней в помещении Дома офицеров Советской Армии. Дело рассматривалось в открытых судебных заседаниях Военным трибуналом Приморского военного округа. На скамье подсудимых находились 12 человек.

В обвинительном заключении отмечалось, что в 1935-1936 гг. по приказу императора Хирохито на территории Маньчжурии было развернуто два совершенно секретных формирования, предназначенных для подготовки и ведения бактериологической войны. Одному из них, организованному на базе лаборатории Исии, было присвоено название "Управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии", другому - "Иппоэпизоотического управления Квантунской армии". В 1941 г., после нападения гитлеровской Германии на СССР, эти учреждения были зашифрованы соответственно как "отряд N 731" и "отряд N 100". Во главе первого стоял Исии Сироо, второго - генерал-майор ветеринарной службы Вакамацу Юдзиро. Отряд N 731, насчитывавший около 3 тыс. сотрудников, располагался в 20 км от Харбина на ст. Пинфань; отряд N 100 - в местечке Могатон, в 10 км южнее г. Чанчунь. У обоих отрядов имелись филиалы30.

Обвинительное заключение включало разделы "Преступные опыты над живыми людьми", "Применение бактериологического оружия в войне против Китая", "Активизация подготовки бактериологической войны против СССР" и "Персональная ответственность обвиняемых".

Все подсудимые выступили с последними словами, в которых признавали свою вину; обвиняемый Сато - частично. В соответствии с приговором военнопленные генералы Ямада, Кадзицука, Такахаси и Кавасима получили 25 лет исправительно-трудовых лагерей, Карасава и Сато - 20 лет, Оноуэ - 12 лет, Митомо - 15 лет, Хирадзакура - 10 лет, Курусима - 3 года и Кикучи - 2 года.

В истории Хабаровского судебного процесса есть еще немало неисследованных страниц, что связано с недоступностью многих архивных документов. Вместе с тем очевидно, что эта история не может быть понята вне контекста "холодной войны", нараставшего соперничества СССР и США. Тем не менее необходимо подчеркнуть, что именно Хабаровский процесс 1949 г., и никакой другой, раскрыл преступления японской армии по разработке и испытанию бактериологического оружия, выявил факты медицинских экспериментов на людях, сопоставимых по жестокости с действиями немецких врачей-нацистов во время Второй мировой войны. И в этом его безусловное историческое значение.


Примечания
1. Правда. 1949. 26 декабря.
2. Tsuneishi Kei-ichi. Reasons for the Failure to Prosecute Unit 731 and its Sagnificance/ Beyond Victor s Justice? The Tokyo War Crimes Trial Revisited. Edited by Yuki Tanaka, Tim McCormack, and Gerry Simpson (International humanitarian law series; v. 30). Leiden - Boston, 2011. P. 184-185; Архив внешней политики Российской Федерации (АВПРФ). Ф. 0146. Оп. 30. П. 282. Д.29. Л. 269.
3.Tsuneishi Kei-ichi. Op. cit. P. 198.
4.Ibid. P. 192.
5. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 30. П. 282. Д.29. Л. 30.
6. РГВА. Ф. 56 п. Оп. 23. Д. 18.
7. Карасев С.В. История плена: советско-японская война и ее последствия (1945 - 1956 гг.). Автореферат на соискание... докт. ист. наук. Улан-Удэ, 2007. С. 35. Отметим, что в их числе были и сдавшиеся добровольно, что являлось нарушением положений Потсдамской декларации, гарантировавшей незамедлительное возвращение на родину добровольно сдавшимся в плен солдатам и офицерам Квантунской армии. (Катасонова Е.Л. Роль СССР в победе над Японией: дискуссионные вопросы (тезисы)// http:OneKorea.ru/2014/09/03/katasonova-e-l-o-roli-sssr-v-razgrome-militaristskoj-yaponii/Дата обращения: 25 октября 2015.
8. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 31. П. 292. Д.36. Л. 116.
9. РГВА. Ф. 56 п. Оп. 32. Д. 9.
10. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 30. П. 282. Д.29. Л. 239, 241.
11. Tsuneishi Kei-ichi. Op. cit. P. 198; Материалы судебного процесса по делу бывших военнослужащих японской армии, обвиняемых в подготовке и применении бактериологического оружия. М., 1950.
12. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 30. П. 282. Д.29. Л. 317.
13. Там же. Л. 249.
14. Там же. Л. 317.
15. Там же. Л. 321.
16. Tsuneishi Kei-ichi. Op. cit. P. 199.
17. Ibid.
18. Ibid. P. 200.
19. Ibid. P. 205.
20. РГВА. Ф. 56 п. Оп. 32. Д. 9. Л. 105.
21. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 31. П. 292. Д.36. Л. 113.
22. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 044. П. 313. Д.36. Л. 122; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 137. Д. 422. Л. 61.
23. РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1387. Л. 3, 6.
24. Там же. Л. 6.
25. По устным воспоминаниям А.Н. Протасова, работавшего переводчиком, следствие велось "по всем международным правилам", допросы завершались в 18 часов. Однако протоколы свидетельствуют о том, что широко практиковались ночные допросы, завершавшиеся в 2-3-4 часа ночи. Режим доступа: http://www.youtube.com/watch?v=gEp0SKLvG7E Дата обращения: 30 октября 2015..
26. АВПРФ. Ф. 0146. Оп. 31. П. 292. Д.36. Л. 9-12.
27. РГВА. Ф. 451п. Оп. 20. Д. 49. Л. 6.
28. РГВА. Ф. 451п. Оп. 20. Д. 61. Л. 59.
29. РГВА. Ф. 451п. Оп. 20. Д. 60. Л. 16.
30. Материалы судебного процесса... С. 8-9.

Отряд 731. Фабрика смерти - Никогда ни о чем не жалейте вдогонку... — LiveJournal

В Японии есть музей «Отряд 731», печальная известность которого служит причиной массового паломничества сюда туристов со всего мира, но, прежде всего, самих японцев.

Однако если посещение мемориала концлагеря Бухенвальд в Германии вызывает у немцев чувство содрогания, ненависти к нацизму и жалости к замученным, то японцы, особенно молодые, чаще всего выходят из музея с таким выражением лица, словно они посетили национальную святыню.


Еще бы, ведь, посещая музей, они узнают, что многие сотрудники отряда 731 после Второй мировой войны продолжали преспокойно жить и работать в их родной Стране восходящего солнца, и даже занимать ответственные посты. Включая тех, кто производил чудовищные биологические опыты на людях, которые по жестокости своей превосходили эсэсовского доктора Йозефа Менгеля.

Начало этой фабрике смерти было положено еще в 1926 году, когда трон Японии занял император Хирохито. Как известно он выбрал для эпохи своего правления девиз «Сёва» («Просвещенный мир»).

Но если большинство человечества отводит науке роль служения благим целям, то Хирохито, не скрывая, прямо говорил о ее предназначении: «Наука всегда была лучшим другом убийц. Наука может убить тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы людей за весьма короткий промежуток времени».

Император мог судить о таких страшных вещах со знанием дела: по образованию он был биологом. Он искренне полагал, что биологическое оружие поможет Японии завоевать мир, а ему, потомку богини Аматерасу, — исполнить свое божественное предназначение и править Вселенной.

Спустя четыре года после окончания Второй Мировой, в декабре 1949 года на трибунале Приморского военного округа, проходившего в городе Хабаровске, состоялся нашумевший судебный процесс по делу бывших японских военнослужащих, состоявших в секретных спецотрядах № 731, 100 и 1644. Солдатам японской армии были предъявлены обвинения в разработке и применении бактериологического оружия в годы войны. Кроме того, на трибунале было установлено, что жители городов советского Дальнего Востока — Владивостока, Уссурийска, Хабаровска, Благовещенска и Читы едва не стали жертвами этого оружия. Именно на эти города командование японской армии планировало сбросить авиабомбы, начиненные зараженными чумой блохами и другими смертоносными бактериями.

Лишь 12 человек были приговорены к разным срокам на Хабаровском суде 25-30 декабря 1949 г. Все подсудимые служили в «отряде 731», в котором занимались испытанием и производством бактериологического оружия и опытами на «брёвнах» — так в отряде называли пленных русских, китайцев, монголов. «Мы считали, что «брёвна» не люди, что они даже ниже скотов, — признавался один из экспериментаторов. — Среди работавших в отряде учёных и исследователей не было никого, кто хотя бы сколько-нибудь сочувствовал «брёвнам». И военнослужащие, и вольнонаёмные отряда считали, что истребление «брёвен» — дело совершенно естественное».

Японцы, как в своё время и нацистские «исследователи», ставили много опытов по переохлаждению человека: ноги и руки подопытных погружали в ледяную воду, а потом, голых и мокрых, их выводили на улицу. Чтобы определить, наступило ли обморожение, били палкой по рукам и ногам — если «брёвна» чувствовали боль, обморожение считалось неполным. Вернувшись в помещение, конечности жертв погружали в тёплую воду с разной температурой — так вырабатывался оптимальный режим лечения японских солдат. Иногда повреждения у несчастных подопытных оказывались настолько серьёзными, что мясо буквально слезало с рук и ног, обнажались кости. Но страдания «брёвен» на этом не заканчивались — с ампутированными конечностями, они продолжали движение по этому смертельному «конвейеру экспериментов». На них испытывали бактериальное и вирусное оружие, яды.

Чтобы изучить в деталях, как погибают танкисты, танки с запертыми в них людьми поджигали огнемётами. Чтобы наблюдать в реальном режиме, как изменяются органы при заражении разными инфекциями или под воздействием ядов, людей усыпляли и вскрывали живыми, все их органы изымали и распределяли между отделами — для научных целей. Однажды так «разобрали на детали» китай­ского ребёнка, которого просто украли, потому что для эксперимента понадобились детские органы.

В 20 км от Харбина в 1930-е гг. для отряда построили суперсекретное поселение. Там жили экспериментаторы, обслуга, были лаборатории и «склад брёвен» — тюрьма, где постоянно находилось до 300 человек. Всего за годы войны через отряд прошло более 3 тысяч, и ни один на свободу не вышел.

Почему же все эти злодеяния не рассматривались на Токийском суде, начавшемся в 1946 г.? «Многое ещё в этой истории остаётся неясным, так как не все архивы в России и США открыты, — рассказывает Виктория Романова, доктор исторических наук, профессор кафедры истории медицины, истории Отечества и культурологии Первого МГМУ им. И. М. Сеченова. — Мне удалось поработать в Архиве внеш­ней политики РФ и изучить ранее не публиковавшиеся документы. Вот как представляются мне эти события.

К началу Международного военного трибунала для Дальнего Востока, проходившего в Токио, в распоряжении СССР и США были факты об использовании японцами во время войны бактериологиче­ских средств, но эта информация была скудной. В августе 1946 г. американцы там впервые озвучили обвинение о производстве японцами бактериологического оружия и испытании его на людях. Суд потребовал дополнительных доказательств. Американская сторона — а она играла главную роль на этом трибунале — сначала обратилась к советской за помощью в расследовании тех преступлений. В СССР, в лагерях японских военнопленных, были выявлены люди, служившие в «отряде 731» и причастные к разработке бактериологического оружия и опытам над людьми. Их решили направить на Токийский процесс в качест­ве свидетелей.

Однако вскоре США отказались от идеи сотрудничества с СССР, возможно, потому, что намеревались в одиночку получить секретную информацию по производству такого оружия. К тому времени они уже смогли обнаружить руководителя «отряда 731» Исии Сиро и его коллег. Им предложили судебный иммунитет в обмен на технологические секреты по производству бакоружия. Японцы сильно продвинулись в этом направлении, и есть мнение, что в США по­считали: повторение таких исследований потребует затрат гораздо больших, чем моральные потери из-за замалчивания тех преступлений.


Сиро Исии — командир отряда 731

В результате Исии Сиро не судили и не выдали СССР, на чём мы настаивали, а он был, по некоторым сведениям, переправлен в США, где занимался своей профессиональной деятельностью. Умер он в 1959 г. Москва решила организовать отдельный суд в СССР, проходивший в Хабаровске 25-30 декабря 1949 г. Ключевые фигуры и архивы оказались в руках США, под суд в Хабаровске попали сошки помельче, и это были единст­венные осуждённые японские военные, причастные к разработке и испытаниям на людях бакоружия. Китай как наиболее потерпевшая сторона — ведь «отряд 731» работал на оккупированной китайской территории в Маньч­журии — обвинений на Токийском процессе не выдвигал, так как функции защиты своих интересов передал США».

Многие участники «отряда 731» после войны сделали блестящую карьеру, став знаменитыми медиками, учёными. Бывали просто невероятные случаи. Гинекологи, заражавшие женщин венерическими болезнями, открыли знаменитый в Японии частный роддом. А «бойцы» отряда ежегодно встречались и вспоминали «минувшие дни».


Привязанные к столбу подопытные в ожидании взрыва бомбы с чумными блохами, 1940-е гг. Фото: Российский государственный архив кинофотодокументов

Некоторые медицинские эксперименты «отряда 731»:

* Людей заражали возбудителями чумы, холеры, тифа, дизентерии, сифилиса, прививали другие живые бактерии, заражали газовой гангреной.

* Расстреливали в опытных целях, изучая проникающие свойства пули и то, как поражаются разные органы.

* Выясняли, какое количество крови можно выкачать из человека, используя для этого специальные насосы.

* В вены вводили воздух, в лёгкие — дым и токсичные вещества, в желудок — токсичные вещества и гниющие ткани, в почки — мочу и кровь лошади; заменяли человеческую кровь кровью обезьян или лошадей — изучали, к каким последствиям всё это приводит.

*Подвешивали вниз головой или вращали в центрифуге с огромной скоростью, наблюдая, как человек умирает.

*Много часов облучали человека рентгеновскими лучами с целью исследовать их разрушающее действие на организм.

via

Отряд 731: "Это была фабрика смерти”

Руководители отряда 731 получили довольно скромное наказание по сравнению с нацистами, осужденными на Нюрнбергском процессе, а впоследствии и вовсе были амнистированы. В СССР воспоминания участников тех событий старались не публиковать, часть документов до сих пор засекречена. В том числе архив Георгия Пермякова остается неизданным и неизученным.

Георгий Пермяков был харбинским эмигрантом и советским патриотом, в совершенстве знающим китайский и японский языки, пишет Сибирь.Реалии. За эти качества Пермякова ценили органы внутренних дел и внешней разведки. После Второй мировой войны он вернулся в СССР и работал главным переводчиком на Хабаровском процессе 1949 года. Тогда в СССР судили японских военных преступников, которые развернули в Китае настоящую "фабрику смерти" – ​отряд 731, где проводились бесчеловечные опыты над людьми. Отряд производил бактериологическое оружие – тонны бактериальной массы чумы, сибирской язвы, тифа и дизентерии. Бомбы, начиненные этим смертоносным веществом, японское командование в конце войны планировало сбросить на США.

Руководители отряда 731 получили довольно скромное наказание по сравнению с нацистами, осужденными на Нюрнбергском процессе, а впоследствии и вовсе были амнистированы. В СССР воспоминания участников тех событий старались не публиковать, часть документов до сих пор засекречена. В том числе архив Георгия Пермякова остается неизданным и неизученным.

600 "бревен" в год

Хабаровский процесс 1949 года проходил в спешке. Как пишет в своих воспоминаниях Георгий Пермяков, российское командование планировало обменять японцев на российских военных, поэтому они нужны были живыми.

"Тогда уже было известно, что с 1950 года в СССР будут казнить, от этого была спешка. Следствие мы начали 22 октября 1949 года, а закончили 22-23 декабря – всего за два дня до суда. Это была изнурительная для следователей и переводчиков работа. Показания обвиняемые давали неохотно, юлили, "ничего не знали" по острым вещам. Приходилось приглашать свидетелей и делать очные ставки. Затем все записывалось по-русски, потом переводилось на японский. Я проверял каждую фразу текста и находил, порой, хитрые ошибки. Еще труднее было обнаружить японские тайные заводы отравляющих веществ и ядовитых газов. Но все же некоторую их часть ГРУ удалось обнаружить. Информацию по ним расширили, опросив пленных. Получилось несколько томов. Сначала хотели судить "газовиков" вместе с "бактерийщиками". Но решили потом их разъединить: слишком затяжным получился бы суд. Сталин тогда был тяжело болен, и всем нам приходилось подстраиваться под его график: работали и днем, и ночью, – пишет в одном из очерков о тех событиях Георгий Пермяков. – Всего на скамье подсудимых оказалось 12 "бактпреступников". Хабаровский процесс сделали открытым. Но иностранную прессу все-таки не пустили, поэтому западные журналисты освещали процесс по сообщениям советских газет".

Процесс длился всего пять дней. С утра до вечера в зале судебного заседания был аншлаг. Судил преступников военный трибунал Приморского военного округа. Одно только обвинительное заключение в русском варианте занимало 32 страницы, которые обвинитель Лев Смирнов зачитывал два часа, а всего за восемь месяцев работы следователей в деле накопилось 40 томов.

​"Многие сотни "счастливцев", получивших входные билеты на этот суд, сидели ошарашенные. А обвинитель называл факты один страшнее другого. Бактериобомбы с чумой могли погубить сотни тысяч людей. В тюрьме 731 отряда для смертельных опытов держали по 300-400 человек. В месяц готовили 300 килограмм бактериальной массы чумы. Готовилась мучительная смерть миллионов людей. Слушая подобное, люди выходили бледными и с трясущимися руками, некоторых тошнило, кто-то принимал валидол, а кто-то и вовсе терял сознание", – пишет в воспоминаниях Пермяков.

Заключенных, над которыми ставили опыты, сами руководители отряда называли "марута" – в переводе с японского – "бревна". По разным подсчетам, за время деятельности "фабрики смерти" было уничтожено от трех до десяти тысяч человек, китайцев, русских и монголов. На суде было доказано, что японцы заражали людей опасными микробами, тестировали на них отравляющие вещества, всевозможные газы: от хлора до зарина.

"После того, как бактериологические опыты истощали "марута", их расстреливали на скотомогильнике, где потом и закапывали. На суде также доказано, что в отряде 731 специально замораживали конечности жертв, а потом лечили им руки и ноги. А когда оставалось одно тело, без конечностей, то и его использовали на другие опыты. Губили тысячи китайцев чумой и холерой. Губили бактериями тысячи голов скота, а вирусами – посевы. 731 бактотряд, а точнее завод, мог снабдить миллионы японских солдат самыми опасными веществами", – описывает Георгий Пермяков деятельность отряда.

Сами обвиняемые на суде вели себя по-разному. Генерал-майор Кавасима Киёси, который возглавлял 731-й отряд, был тих, спокоен, молчалив и лаконичен. И если свидетели его разоблачали на очных ставках, то он честно признавался. Генерал-лейтенант Кадзицука Рюдзи, начальник сануправления в Квантунской армии, имел в подчинении более 20 тысяч подчиненных медиков, а на суде держался честно и покорно.

А вот о генерале-лейтенанте Такаацу Такахаси у Георгия Пермякова остались совсем другие воспоминания.

"Генерал по японским меркам был высок, худощав, прокурен, вспыльчив, всегда прям, к русским высокомерен. На допросе нервно играл пальцами, всегда говорил, что наш суд над ними не справедлив, потому что все мировые державы тайно работают с бактериологическим оружием. И, конечно, опыты на живых людях, считал он, проводили не только японцы. И если преступник приговорен к смерти, то лучше его умертвить для науки. Об опытах на живых людях в бактотряде он рассказывал с нескрываемой бравадой".

Другой подсудимый, генерал-полковник Ямада Отозо, бывший главнокомандующий Квантунской армии, совсем не бахвалится ратными подвигами.

"Как подследственный, Ямада был честен и правдив. Небольшого роста, стрижен под машинку, немногословен, редкая память. Он переживал поражение мощной Квантунской армии. И потом признался, что советское наступление невероятно быстро подошло к их позициям и японское командование растерялось. Ямада говорил, что примени они чуму или холеру, то сами пострадали бы больше. Поэтому он приказал взорвать все бактериологические единицы, а документы сжечь", – пишет Георгий Пермяков.

Суд приговорил обвиняемых к разным срокам заключения – от 2 до 25 лет. Но в 1956 году, перед началом переговоров с Японией, все они были отпущены на родину.

Единственный японский генерал-лейтенант, который избежал вообще какого-либо наказания, – Исии Сиро. За два дня до наступления советской армии он бежал в Корею, потом в Японию и оттуда в США. Американские власти так и не выдали генерала СССР, хотя все документы по готовящемуся бактериологическому процессу у них были. До конца своих дней Исии прожил в США.

Холера от японца

731-й отряд располагался всего в 30 километрах от Харбина. В начале 20-го века этот город был почти русским – сначала здесь поселились строители КВЖД, а после революции в Харбин приехали десятки тысяч эмигрантов, бежавших от советской власти. Георгий Пермяков в своих воспоминаниях так описывает переезд своей семьи в Харбин:

"У моего отца была фабрика мыла и парфюмерии в Никольске, ныне Уссурийске, и Хабаровске, аптеки, каменный дом и богатая дача. В ноябре 1917 года, когда немцы сменили русское правительство и начался переворот, большевики экспроприировали фабрику и начали ее пропивать. Неизвестные убили моего дядю Игната Трофимова, а его жену задушили её собственной косой. Дядя тогда возглавил почту Владивостока и не выдал самозваной власти материальные ценности. В тоже время нависла угроза над моей матерью – сестрой Игната. И отец немедленно вывез в Китай нашу семью. Он получил визу через правительство ДВР, поэтому мы жили в Харбине, как советские граждане".

Аптека, принадлежавшая отцу Г. Пермякова. Хабаровск

Но сначала семья перебралась из Читы в Тяньцзинь. Здесь Пермяковы жили до 1927 года, пока власть снова не сменилась: тогда Маньчжурию заняли войска проамерикански настроенного генерала Чан-Кай Ши. По воспоминаниям Георгия Пермякова, новый правитель начал "морщить" советских граждан и перетряхивать советские представительства. Тогда вся семья и уехала в Харбин, подальше от Чан-Кай Ши. Георгию Пермякову было всего девять лет, но он уже хорошо знал китайский и английский.

"Здесь было тихо, отец стал варить мыло у Чурина (торговая фирма, существовавшая в Харбине. – С.Р.) По воскресеньям мы ели поросенка с гречей под хреном", – так описывает Пермяков спокойные годы.

Однако эта идиллия продолжалась недолго. В феврале 1932 года Харбин оккупировали японцы и начали, по выражению мемуариста, "топтать" советских граждан.

Консульство Японии. Харбин. 1920-е гг.

"Я вылетел из гимназии, Чурин выгнал отца. Забыли о поросятах. Я перешел в другую гимназию. В Харбине закончил Восточный институт, Японскую школу, Китайскую школу, ряд курсов и много лет брал уроки у японцев и китайцев".

Благодаря блестящему образованию и стремлению постоянно развиваться, Георгия Пермякова в 1939 году пригласили работать в Генконсульство СССР в Харбине. Там-то он и услышал о бактериологическом оружии Японии.

– Когда началась война, отец должен был "шерстить", по его собственному выражению, периодику на китайском и японском языках, – рассказывает дочь переводчика Алла Сумская. – Большинство переводчиков в совершенстве знали только один язык, но отец читал газеты на японском, китайском и английском, он обладал уникальными способностями. Каждый день он писал аналитические отчеты, которые Сталин читал лично. Есть одна фотография рабочего кабинета Сталина, на которой исследователи под увеличительным стеклом разглядели на документах папину подпись. – Почему важно было читать периодику? Потому что оттуда можно было извлечь важную информацию. Например, построили дорогу к Пинфану – зачем? Все знают, что там глушь, зачем дорога? Известно, как японцы считают деньги – лишнюю копейку во что-то ненужное никогда не вложат. Как раз там, в Пинфане, располагался отряд 731. Отец занимался анализом таких вот газетных сообщений. Затем разведчики на местах проверяли его выводы. Подпись отца, как рассказывали мне в ФСБ, стоит на многих документах, которые до сих пор засекречены. И отец всегда с большой осторожностью говорил о работе – иногда советовался в КГБ, о чем можно рассказывать, о чем – нет.

Не нужное никому наследие

Семья Пермяковых перебралась из Харбина в Хабаровск в 1945 году.

"В октябре 1945 года в мой кабинет в генконсульстве вошел восточного вида майор. Он сказал, что набирает русских переводчиков японского и китайского языков для работы в СССР. Он добавил, что меня приглашает на родину сам министр МВД (я пишу современными терминами). Я с радостью согласился, так как еще в 1935 году просил визу в СССР. Так в начале ноября 45 года я приехал с женой – переводчицей китайского и английского в Хабаровск. Я стал старшим переводчиком УМВД Хабаровского края – как сейчас бы его назвали – с местом работы в фантастическом лагере пленных Спецобъекте 45", – писал об этом событии Георгий Пермяков.

Несмотря на известность и высокий статус, Георгий Пермяков всю жизнь прожил в обыкновенной "хрущевке" на окраине Хабаровска. Сейчас здесь живет его дочь – Алла Сумская. Филолог по образованию, она увлекается рукоделием: стены украшают картины из ткани, на полках мягкие игрушки. Но места для рукоделия остается немного – большую часть комнаты занимает огромный дубовый стол и полки с несколькими рядами книг на разных языках. Все это – архив ее отца, переводчика и писателя.

После процесса Георгий Пермяков написал несколько рассказов и повестей, посвященных этому делу. Но в СССР они так и не были напечатаны, а в современной России на издание рукописей Пермякова не нашлось денег. Сколько интересных документов эпохи скрывается в этом архиве, не знает даже его дочь и наследница.

– Отец собирал воспоминания старожилов Хабаровска. Помню, как он сокрушался, что не успел поговорить с одним стариком… Здесь его книги, документы и воспоминания, – показывает куда-то вглубь необъятного шкафа дочь Георгия Пермякова. – Например, о тех временах, когда он работал переводчиком Пу И – последнего китайского императора. Здесь собрание заметок, которые для него писали японские военнопленные на "Спецобъекте 45". Здесь учебник японского языка, который отец написал вместе с профессором Ямадо.

Алла Сумская, дочь Георгия Пермякова

– Если честно, я еще и половины архива не разобрала, хотя работаю с ним с 2010 года, и несколько лет только составляла картотеку, – рассказывает Алла. – Часть документов после папиной смерти была вывезена в Гродековский музей. Сейчас мне помогает Валентина Плискина, она была директором библиотеки, очень интересуется харбинцами и тем временем. По материалам отцовского архива она сделала научную работу о русских переводчиках из Харбина, с которой выступала на нескольких конференциях, а сейчас напечатать ее труд взялись китайцы. И вот вместе с ней мы составляем картотеку, описываем каждый документ, делаем карточки. Уже сейчас карточек только две коробки.

Черновые заметки Георгия Пермякова

– Что уже удалось систематизировать?

– Например, документы, относящиеся к событиям в Харбине накануне прихода туда Красной Армии. Когда японцам "дали по шапке", наступило как бы безвластие, мужчины с опытом боевых действий собрались в отряды самообороны, и отец был заместителем штаба обороны Харбина – сокращенно ШОХ. Я сейчас книгу дописываю о тех событиях. К слову, еще в 80-х годах "харбинцы" пытались добиться того, чтобы их приравняли к участникам боевых действий, но так ничего и не получилось. Отец много работал над этим, но потом началась перестройка, у меня было двое детей на руках, а работы не было. В то время отец нам очень помогал: организовал курсы японского языка и буквально кормил нашу семью. Правда, из-за этого и время было упущено, и он многого не доделал, что хотел.

– Вы говорите, что у него еще много книг. Какова их судьба?

– Он публиковался в журналах, писал о дальневосточной природе, издавал детективы. Но, например, о 731-м отряде наш

как Япония готовилась к биологической войне с СССР / Назад в СССР / Back in USSR

Сейчас из-за пандемии мир переживает непростые времена. Однако по сравнению с тем, во что 75 лет назад могло повергнуть мир применение биологического оружия массового поражения, ущерб от нынешней пандемии переходит в разряд «мелкие неприятности».
Территория, где работал «отряд 731». Репродукция фотографии из документальной книги японского писателя Сэйити Моримуры «Кухня дьявола»
О том, где родились такие планы, по кому готовились нанести первый и самый мощный удар, какой ценой было оплачено создание смертоносных штаммов и почему многие из тех, кто планировал биологическую войну, избежали наказания, рассказывает известный писатель, историк и общественный деятель Александр Звягинцев.
— В конце 2019 г., когда волна пандемии COVID-19 только начинала подниматься, в Японии вышла провокационная статья с требованием к России «покаяться» за вступление СССР в войну в 1945 г. Дескать, если Россия признает ошибочной военную операцию в августе-сентябре 1945 г. и посыплет голову пеплом за «государственные преступления», то современная Япония наладит с нею полноценные добрососедские отношения. На это же время пришлось 70-летие Хабаровского процесса, который был проведён в последние дни 1949 г. С той поры сменились поколения японцев, и сегодня уже мало кто из них ощущает вину за военные преступления былой империи — верной союзницы гитлеровской Германии. Да и много ли людей знают о злодеяниях и зловещих планах, открывшихся в ходе военного трибунала в Хабаровске?

Апокалипсис был рядом

А ведь в 1945 г. мир стоял на пороге апокалипсиса. Его готовила Япония с помощью химического и бактериологического оружия. На территории оккупированной Маньчжурии был создан научно-исследовательский комплекс, способный вырабатывать крайне опасные микробы, которые должны были привести к гибели миллионов — прежде всего советских граждан. Для исполнения этих планов были развёрнуты спецотряды, в их распоряжении имелись уже готовые к применению боевые средства, которых, по признанию одного из пленённых учёных, «хватило бы для уничтожения всего человечества».
Но утром 19 августа 1945 г. в Харбин ворвались десантники 9-й воздушной армии 1-го Дальневосточного фронта. Вскоре на помощь подоспели моряки Амурской военной флотилии. Персонал японского «Отряда 731», расположенного близ Харбина у станции Пинфань, был в панике, наспех сжигались улики. Руководитель отряда Сиро Исии — японский микробиолог, генерал-лейтенант императорской армии Японии — отдав последний приказ, исчез.

Сиро Исии

А в 1946 г. открылся Токийский судебный процесс, во многом похожий на Нюрнбергский. К сожалению, он оказался непоследовательным и порой противоречивым в изобличении и наказании как военных, так и государственных преступников. На скамье подсудимых оказались далеко не все политики и генералы, направлявшие и поощрявшие убийц. Избежали наказания и руководители японских монополий, финансировавшие агрессивную политику. И если на скамью подсудимых в Нюрнберге заслуженно были отправлены высшие нацистские бонзы, в частности, дававшие указания ставить эксперименты на людях, то их японские коллеги от возмездия ушли.

Убежище для изуверов

Несколько лет назад мы сняли документальный фильм «Лаборатория смерти. Апокалипсис по-японски». Я был художественным руководителем этого проекта и автором сценария. В процессе создания картины нам довелось беседовать со многими из тех, кто вплотную занимается историей японских врачей-убийц. Фактам и свидетельствам, которые были ими предоставлены, можно доверять.
Вот, например, что говорил профессор истории Американского университета (Вашингтон, округ Колумбия, США) Питер Кузник: «Американцы заключили договор с японской стороной: эти вопросы не поднимаются в суде, а японцы передают в США результаты экспериментов над людьми. Потому такого пункта в обвинении не было».

Его дополняет юрист, ст. научный сотрудник Гарвардской школы Кеннеди (Массачусетс, США) Закир Кауфман: «Правительство США предоставило расширенную амнистию, обеспечило питанием, довольствием и досугом 3600 японских учёных, врачей и других служащих, задействованных в проведении экспериментов над людьми, жертвами которых стали тысячи мирных жителей и военнопленных из числа союзных армий. США были крайне заинтересованы в информации, полученной в результате медицинских экспериментов. И в связи с надвигающейся „холодной войной“ предпочли получение этой информации торжеству правосудия».
Об этом мне рассказывал почётный президент Международной ассоциации юристов-демократов Джитендра Шарма: «На Токийском процессе были существенные упущения. Учёные из воинской части № 731 японской армии, которая проводила эксперименты на людях с биологическим оружием с целью ведения бактериологической войны, намеренно не были предъявлены суду. Установлен факт, что те официальные лица и врачи, которые сдались американцам, так никогда и не предстали перед судом, поскольку генерал Макартур секретно предоставил иммунитет учёным и врачам воинской части № 731 в обмен на то, чтобы они передали американцам свои исследования по биологическому оружию и их результаты».
Но укрывали преступников не только в Штатах. Вот свидетельство профессора Токийского университета, историка Харуки Вада: «Члены отрядов „100“ и „731“ после войны получили места в НИИ и медицинских учреждениях Японии. Были даже те, кто стал преподавателями в университетах. То есть они спокойно дожили свой век, не понеся никакой ответственности за свои преступления».

Их называли «брёвнами»

В «Отряде 731» «трудились» 2600 человек. Среди них были 3 генерал-лейтенанта, 6 генерал-майоров, несколько десятков старших офицеров, три сотни младших офицеров и прапорщиков. Но значительную часть составляли сотрудники НИИ и ведущие учёные медицинских факультетов японских вузов. В отряде собралась интеллектуальная элита страны.
Своих жертв экспериментаторы называли «брёвнами». Так, бывший служащий отряда пояснял: «Мы считали, что „брёвна“ не люди, что они даже хуже скота». В 1981 г. в «Бюллетене учёных-ядерщиков» вышла статья, в которой детально описывались эти эксперименты. Судья Ролингиз Нидерландов (в то время последний из живых членов Токийского трибунала) по этому поводу заметил: «Как одному из судей Международного военного трибунала мне очень горько узнать, что в соответствии с приказами из Вашингтона самые отъявленные японские военные преступники держались под секретом и были скрыты от судебного преследования правительством США».
Возможно, уйти от возмездия удалось бы вообще всем японским военным преступникам, связанным с разработкой биологического оружия. Возможно, отрицалось бы даже существование в Японии подобных спецподразделений. Но этому помешал СССР.

Правда Хабаровска

Спустя год после окончания Токийского процесса был открыт Хабаровский процесс. Он проходил с 25 по 30 декабря 1949 г. Обвиняемым вменялось в вину создание «Отряда 100» и «Отряда 731», занимавшихся производством бактерий, способных вызвать эпидемии чумы, холеры, сибирской язвы. Во время своих экспериментов они заражали живых людей, которых им поставляла японская армия и разведка.
Суд в Хабаровске проходил в Окружном Доме офицеров. Процесс был открытый, зал заседания всегда оказывался переполнен. Хабаровск избрали потому, что, согласно японскому плану «Кантокуэн», в котором расписывались наступательные операции против СССР, город должен был одним из первых подвергнуться именно бактериологической атаке. В этом плане также значились Благовещенск, Чита, Уссурийск.
Подсудимые утверждали, что якобы они «ничего не знали». Хотя занимались поистине дьявольскими экспериментами. Например, ампутировали руки и пришивали их к противоположной стороне тела. Прижизненно анатомировали людей, ставили на них опыты с низкими температурами. Умышленно заражали сифилисом, чумой, сибирской язвой, обезвоживали, истощали и травили. Тот же профессор Питер Кузник рассказывал: «Они замораживали часть руки. Сначала — до локтя, затем, поняв, как обращаться с таким повреждением, отрезали руку по локоть и замораживали плечо. Проведя опыты с плечом, они отрезали его и переходили на вторую руку, постепенно отрезая и её. Потом начинались эксперименты над ногами пленного — отрезали ногу до колена, затем до бедра. В конце концов оставалась лишь голова и туловище, но и в таком виде издевательства над человеком не прекращались — его отдавали тем, кто занимался другими экспериментами».
На суде в Хабаровске это было доказательно установлено, как и то, что если заключённый, несмотря на заражение его смертоносными бактериями, выздоравливал, это не спасало его от повторных опытов, они продолжались, пока не наступала смерть. Только в «Отряде 731» ежегодно жертвами становилось до 600 человек. С 1940 г. по день капитуляции японской армии таким садистским способом было истреблено не менее 3000 человек.
Мне довелось встречаться с японским журналистом Сёдзи Кондо — он написал книгу «Свидетельства преступлений «Отряда 731». Вот что он поведал: «Один сотрудник отряда рассказывал, что даже после войны никак не мог забыть такой случай. Из окна его лаборатории, которая находилась на втором этаже, было видно тюрьму и внутренний двор. И когда он смотрел в окно со своего второго этажа, то всегда видел женщину с дочкой, которые грелись на солнышке. Но однажды девочка с мамой пропали. (Как выяснилось позже, над матерью с дочкой был поставлен опыт с ядовитыми газами в специальной комнате со стеклянными стенами). Врачи спокойно наблюдали — что будет, если запустить столько-то литров газа, а потом ещё и ещё… Мать и дитя были похожи на птиц. Мама-птица обняла своего птенца, и так, обнявшись, они и умирали».

Промедление смерти

Напрактиковавшись с подопытными «брёвнами», японские военные собирались превратить в подобный полигон всю восточную часть СССР. Член судебно-экспертной медкомиссии, врач-паразитолог Ольга Козловскаярассказывала: «Когда выступал гособвинитель Лев Смирнов, никто из подсудимых не поднял головы. Тишина была полнейшая. Потом дали слово подсудимым. Никто из них не посмел сказать, что невиновен. Никто из нас не мог даже подумать, что в таких колоссальных масштабах можно разводить в лабораторных условиях заразу. Нам, советским специалистам, было очень трудно поверить, что преступления совершали медицинские работники».
Японским генштабом были утверждены три основных метода применения бактерий для целей войны: распыление с самолётов, сброс бактериологических бомб и наземное заражение населённых пунктов, водоёмов, пастбищ путём совершения бактериологических диверсий.
Для исполнения этих планов в «Отряде 731» был создан современный на то время научно-исследовательский комплекс, позволявший вырабатывать десятки килограммов болезнетворных бактерий, — миллиарды микробов должны были заразить всё вокруг. Человечество было избавлено от ужасов бактериологической войны лишь благодаря тому, что в августе 1945 г. СССР вступил в войну прежде, чем Квантунская армия пустила в ход это чудовищное оружие.

Миролюбие не впрок

Бывший командующий Квантунской армией Ямада Отодзо благодаря собранным неопровержимым доказательствам вынужден был признать на процессе: «Только вступление СССР в войну против Японии и стремительное продвижение Красной армии лишило нас возможности применять бактериологическое оружие против Советского Союза и других стран». А на вопрос «В чём конкретно вы признаёте себя виновным?» Ямада ответил: «Я признаю себя виновным в том, что осуществлял непосредственное руководство подготовкой бактериологической войны против СССР, Китая, Монголии, Англии, США и других стран. Я также должен признать, что в основном эта подготовка была направлена против СССР. Именно этим и объясняется, что отряды „731“ и „100“ и их филиалы были расположены поблизости от границы с СССР».
И как-то тревожно становится сейчас, когда задумываешься, что наши бывшие союзники во Второй мировой, американцы, свои секретные бактериологические лаборатории опять размещают вдоль границ нашего государства, в частности, в Грузии и на Украине.
Трибунал приговорил 12 обвиняемых к различным срокам заключения в исправительно-трудовом лагере — от 2 до 25 лет. Смертная казнь в те годы в СССР была отменена. Полностью отбыли наказание лишь осуждённые на 2–3 года. Остальные были освобождены из лагеря № 48 уже в 1956 г. Перед отправкой домой в Японию их даже свозили на экскурсии в Москву и Хабаровск.
Тогда шла большая политическая игра вокруг мирного договора, вокруг принадлежности Курильских островов, и советское руководство решило продемонстрировать добрую волю, миролюбие и гуманизм. Но договор не подписан до сих пор. К сожалению, Япония и сейчас ставит под сомнение итоги Второй мировой войны, в ходе которой была готова отравить половину человечества. Хорошо бы сегодня тем политикам и историкам, которые сомневаются в целесообразности участия Советского Союза в войне с Японией, кто призывает «покаяться» и муссирует «юридическую сомнительность» вступления СССР в войну, помнить, что могло бы произойти, если бы война затянулась немного дольше.

«Печально известное подразделение 731 Японии»: свидетельство худших экспериментов над людьми

В мексиканской традиции существует представление о человеке, умирающем от трех смертей: первая, когда вы умираете физически, вторая, когда ваше тело разлагается и возвращается к природе, и последняя, ​​когда вокруг нет никого, кто бы вас помнил. Сохранение жизни в памяти человека является основной частью многих культур, будь то передача имени по семейным линиям, хоронение умерших в саду, как некоторые делают в Самоа, или рассказывание историй.

Японский Infamous Unit 731, автор Hal Gold.
256 страниц
TUTTLE PUBLISHING, Документальная литература.

Страх перед третьей смертью также является движущей силой многих исторических исследований и писаний, и, по крайней мере, подсознательно стоит за недавно переизданным изданием книги Хэла Голда о Блоке 731 - эвфемистически названном Департаментом предотвращения эпидемий и очистки воды - самой ранней итерации. из которых была создана в Токио в 1932 году Императорской армией Японии под руководством Широ Исии, специалиста в области бактериологии.

Заявленная цель подразделения заключалась в оказании поддержки войскам путем снижения риска смерти и тяжелых болезней через заражение - проблемы, от которой погибло больше военных, чем в боях. Япония была в авангарде медицинских исследований в этой области, и к русско-японской войне 1904-05 годов в этой области были достигнуты поразительные успехи. На бумаге Unit 731 выглядел как продолжение этой гордой традиции. Не было.

Исии - злодей из книги, и в изображении Голда его нет нюансов: он «напористый, невнимательный и эгоистичный… карабкающийся по лестнице.Брак Исии с дочерью президента Императорского университета Киото преподносится как чисто социальный прогресс. Эти характеристики сочетаются с социопатическим отношением к людям и стремлением к «развитию химической и бактериологической войны в соответствии с японской военной ортодоксальностью».

С этой целью Исии призывает армию сначала отправить его и его команду в Чжунма в Маньчжурии (ныне провинция Хэйлунцзян) в 1932 году, где под видом распространения вакцин они провели эксперименты на людях.Некоторые были заражены агрессивными штаммами бактерий, чтобы засвидетельствовать их действие. Другие были инфицированы смертельными заболеваниями, и их органы были извлечены для изучения - часто перед смертью. Тесты часто фокусировались на выносливости: сколько крови можно слить, прежде чем человек умрет? Как долго люди могут жить без воды? Что обморожение сделало с плотью? Описания Голда и сопровождающие их фотографии ничего не оставляют для воображения.

Побег из тюрьмы в 1936 году подвергался риску разоблачения, поэтому подразделение переехало в соседний Пинфанг, где они построили, в основном с помощью принудительного труда, «обширный город-крепость из более чем 70 зданий на участке земли площадью 6 квадратных километров.Эксперименты продолжались.

Первая половина книги устанавливает сцену для присутствия Японии в Китае и подъема самого Исии к известности, описывает пытки и эксперименты, проводимые Исии и его командой, а также углубляется в более широкий контекст экспериментов над людьми в японской сфере. влияние в этот период. Вторая половина состоит из свидетельских показаний исследователей и медсестер, прикрепленных к отряду, гражданских лиц, нанятых отрядом, солдат, находящихся там, и даже водителя Исии.Эффект один из всепоглощающего ужаса и печали.

В то время как факты Отряда 731 говорят сами за себя, а устная история дает голос человеческой стороне, Голд не может оставить это там, и книга страдает от значительной степени редакционной обработки. Его проза очень субъективна, а его риторика вызывающе эмоциональна.

Утверждение «изначальные бактериологические цели Японии вскоре были искажены в сторону причинения, а не предотвращения и лечения болезней» ясно и убедительно.К сожалению, вслед за этим он говорит, что «высокая мораль японских войск ... будет измельчена и превратится в расистское уродство».

Хотя нельзя не сурово судить Исии и тех, кто поддерживал и продвигал его проект, это не роль историка выносить такое суждение. Когда речь идет о спорных эпизодах - например, о «женщинах для утех» и Нанкинской резне, преступления отряда 731 отрицаются многими правыми, - сила историка заключается в их объективности и академической дистанции, их исследованиях и опоре на доказательства.

Золото, и историки и очевидцы, на которых он полагается, сделали свое дело. Доказательства стоят особняком. Морализируя и обзывая, рассказывая читателю, как реагировать на очевидные зверства, Голд подрывает себя. Это легкая ошибка для писателя, погруженного в такой ужас, но такой ошибки нет в трезвой истории.

Для таких исторических эпизодов, чтобы избежать третьей смерти, подобные книги должны оставаться в печати. Факты и доказательства в их пользу должны оставаться доступными.Те, кто забывают историю, обречены повторять ее ошибки, а те, кто предпочитает отрицать историю или искажать ее в своих целях, процветают в этих пустошах.

Прошло 87 лет с тех пор, как Исии и его команда отправились в Маньчжурию, и скоро очевидцев не останется. Гиперэмоции, фальшивые новости и коварные «альтернативные факты» портят дискурс сегодня, поэтому, возможно, наша лучшая надежда связана с хорошо изученной и беспристрастной историей. Это не так, но обеспечение того, чтобы эта книга оставалась на полках, - шаг в правильном направлении.

,

Тайная биологическая война Японии во Второй мировой войне, Питер Уильямс

Эта книга, вдохновленная одноименным документальным фильмом TVS, раскрывает один из последних великих секретов Второй мировой войны.

Почти полвека отряд 731 японской армии был окутан тайной. Созданное в 1935 году блестящим бактериологом Широ Исии в отдаленном штаб-квартире строгого режима в деревне в оккупированной японцами Маньчжурии, это подразделение было местом японцев.

Эта книга, вдохновленная одноименным документальным фильмом TVS, открывает одну из последних великих секреты Второй мировой войны.

Почти полвека отряд 731 японской армии был окутан тайной. Созданное в 1935 году блестящим бактериологом Широ Исии в отдаленном штаб-квартире строгого режима в деревне в оккупированной японцами Маньчжурии, это подразделение было местом, где японские солдаты-ученые проводили эксперименты по замораживанию, баллистике и вивисекции на русском, китайском, американском и американском языках. Британские и австралийские пленные.

Целью Исии было создание биологического оружия, которое выиграет войну для Японии. Но, в отличие от своего нацистского коллеги Йозефа Менгеле, у Исии не было причин искать убежище в джунглях Южной Америки в конце войны.Потому что он и его коллеги совершили самую невероятную сделку со своими давними врагами.

В книге описана сделка на высшем уровне, по которой уникальные исследовательские данные подразделения 731 были тайно проданы Америке в обмен на иммунитет от военных преступлений. В огромных фолиантах Токийского трибунала по военным преступлениям нет ни единого упоминания о подразделении 731.

Император Хирохито, единственный оставшийся в живых лидер военного времени, мог знать об этом секретном боевом подразделении биологического оружия. Его печать находится на документе, устанавливающем заглавие подразделения 731 «Служба профилактики эпидемий и водоснабжения».

Эта книга призвана ответить на многие вопросы, поднятые о подразделении 731. Как далеко выходила деятельность подразделения за границу? Были ли где-нибудь эксперименты над людьми? Какая польза от американских научных данных? Его использовали в Корейской войне? Знала ли Великобритания в полной мере о деятельности Японии в области биологического оружия?

.

Имена 3607 членов пресловутого подразделения 731 Императорской армии Японии опубликованы в национальных архивах

КИОТО - Национальный архив Японии раскрыл имена 3607 членов печально известного подразделения 731 Императорской японской армии, которое, по словам исследователя, проводило бактериологическую войну и другие биологические эксперименты в основном над заключенными в Китае до и во время Второй мировой войны.

Кацуо Нишияма, почетный профессор Университета медицинских наук Сига и глава группы, которая запросила раскрытие информации, сказал The Japan Times в понедельник, что «впервые почти все настоящие имена и адреса членов подразделения имеют был представлен как окончательный и официальный документ.»

История секретного Отряда 731 долгое время была скрыта. Его командир генерал-лейтенант Широ Исии и другие получили иммунитет от судебного преследования со стороны Международного военного трибунала по Дальнему Востоку после того, как предоставили Соединенным Штатам свои данные о бактериологической войне.

Список, датированный 1 января 1945 года, включает имена, звания и личную информацию - такую ​​как адреса и члены семей - 52 хирургов, 49 инженеров, 38 медсестер и 1117 боевых медиков, в основном тех, кто прикреплен к штабу подразделения. , который был официально известен как Департамент профилактики эпидемий и очистки воды Квантунской армии.

Нишияма объявил о раскрытии списка на пресс-конференции в субботу в Киото.

Подразделение, созданное в 1936 году для разработки биологического оружия, проводило исследования в основном с участием китайцев и корейцев, арестованных по обвинению в шпионаже. Исследование включало заражение заключенных микробами перед проведением на них живых вивисекций и намеренное обморожение для наблюдения за процессом некроза.

Запрос в национальные архивы о раскрытии списка был впервые подан группой во главе с Нишиямой в 2015 году.Первоначально обнародованный список был большей частью затемнен. Но почти все имена и звания участников были рассекречены в январе после переговоров. Личная информация о некоторых лицах остается секретной.

Группа во главе с Нишиямой планирует убедить Киотский университет определить законность университетской степени, присвоенной одному из медицинских офицеров подразделения, утверждая, что его диссертация могла быть основана на экспериментах, проведенных на живых людях.

Группа собирала подписи в поддержку своего запроса.

Подразделение 731 участвовало в исследованиях более чем 20 видов бактерий, включая сибирскую язву, оспу и ботулинический вирус. Около 3000 человек работали в ее штаб-квартире в пригороде Харбина в тогдашней Маньчжурии. Историки считают, что более 3000 человек погибли в экспериментах над людьми.

В отчете армии США от 5 мая 1982 г. указывалось, что желание различных комитетов США хранить информацию об экспериментах вне доступа общественности, а также в руки бывшего Советского Союза, также учитывалось в решении не проводить привлечь к ответственности Исии.

Хотя большая часть информации о подразделении хранилась в секрете за 70 с лишним лет после окончания войны, Нишияма выразил надежду, что «раскрытие официальных документов поможет пролить больше света на подразделение и его История «.

Когда его спросили о социальных последствиях, которые, как он надеется, будет иметь раскрытие, он ответил, что «лично считает, что подразделение 731 несет коллективную ответственность за свои военные преступления, и что эти преступления должны быть искуплены, чтобы показать, что эти преступления никогда не повторится.

Группа граждан, которую он возглавляет, подает петицию, чтобы университет Киото определил законность университетской степени, присвоенной медицинскому работнику этого подразделения.

В подтверждение своей правоты на сайте группы используются примеры предполагаемых экспериментов над людьми, замаскированных под эксперименты на обезьянах. Один из примеров относится к «обезьяне», которая «жаловалась на головную боль, жар и потерю аппетита» - косвенное свидетельство того, что эксперименты проводились на людях.

«Киотский университет не предпринимал независимых попыток проверить или искупить свою роль в исследованиях военного времени. Мы надеемся, что наша петиция ускорит дальнейшую проверку Киотским университетом для проверки законности диссертации », - добавил Нишияма. Квантунская армия входила в состав Императорской японской армии и дислоцировалась на северо-востоке Китая, который находился под контролем Японии.

,

Япония объявляет состав на ЧМ-2018

Чемпионат мира по футболу FIFA 2018 в России стартует 14 июня. Здесь мы видим 23 члена мужской сборной Японии по футболу.

31 мая Японская футбольная ассоциация объявила 23 финалистов мужской национальной сборной Японии по футболу, которые примут участие в чемпионате мира по футболу FIFA 2018 в России.

Финальный состав, сокращенный из предварительного списка из 27 человек, объявленного 21 мая, был выбран после поражения 2: 0 против Ганы в товарищеском матче 30 мая на стадионе Йокогама, который послужил окончательной оценкой отбора.

Необычным шагом стало то, что в апреле JFA сменил бывшего менеджера национальной сборной Вахида Халилходжича после трех лет у руля Нишино Акирой, оставив новому капитану невероятно короткий период времени на подготовку своей команды к чемпионату мира. Столкнувшись с этой ситуацией, Нишино предпочел опыт и недавние выступления и условия, чтобы собрать команду, богатую ветеранами, в которую входят игроки, способные играть на нескольких позициях.

Команда отправится в Европу на товарищеские матчи против Швейцарии 8 июня и Парагвая 12 июня, а затем отправится в Россию на матч открытия чемпионата мира против Колумбии 19 июня.

Япония участвовала в шести чемпионатах мира подряд, начиная с Франции в 1998 году, но выходила из группового этапа только дважды, в 2002 и 2010 годах, и еще не вышла за пределы первого раунда плей-офф. Япония одержала четыре победы, девять поражений и четыре ничьи в 17 матчах чемпионата мира и забила 14 голов, уступив 22.

Расписание сборных Японии на чемпионат мира

(даты и время проведения в Японии)

Групповой этап Матчи (Группа H) Соперник
19 июня (вт) 21:00 Колумбия
25 июня (пн) 12:00 Сенегал
28 июня (чт) 23:00 Польша

Сборная Японии по футболу 2018

(данные матча актуальны на 31 мая 2018 г.)

Менеджер

Нишино Акира

Дата рождения: 7 апреля 1955 г. История руководства
1991- 1992 Сборная Японии до 20 лет
1994–1996 Сборная Японии до 23 лет (Олимпийские игры в Атланте)
1998–2001 Касива Рейсол
2002–2011 Гамба Осака
2012 Виссел Кобе
2014–2015 Нагоя Грампус

Вратари

Кавасима Эйдзи

Дата рождения: 20 марта 1983 г.
Рост: 185 см
83 матча / 85 голов
Клуб: Мец (Франция)

Хигасигучи Масааки

Дата рождения: 12 мая 1986 г.
Рост: 184 см
4 матча / 5 голов
Клуб: Гамба Осака

Накамура Косуке

Дата рождения: 27 февраля 1995 г.
Рост: 185 см
3 матча / Забито 5 голов
Клуб: Кашива Рейсол

Защитники

Нагатомо Юто

Дата рождения: 12 сентября 1986 г.
Рост: 170 см
104 матча за 3 гола
Клуб: Галатасарай (Турция)

Макино Томоаки

Дата рождения: май 11, 1987
Рост: 182 см
31 сборная / 4 гола
Клуб: Урава Редс

Йошида Майя

Дата рождения: 24 августа 1988 г.
Рост: 189 см
81 сборная / 10 голов
Клуб : Саутгемптон (Англия)

Сакаи Хироки

Дата рождения: 12 апреля 1990 г.
Рост: 183 см
41 матча / 0 голов
Клуб: Олимпик де Марсель (Франция)

Сакаи Гётоку

Дата рождения: 14 марта 1991 г.
Рост: 176 см
39 матчей за сборную / 0 голов
Клуб: Hamburger SV (Германия)

Сёдзи Ген

Дата рождения: 11 декабря 1992 г.
Рост: 182 см
11 игр за 1 гол
Клуб: Кашима Антлерс

Эндо Ватару

Дата рождения: 9 февраля 1993 г.
Рост: 178 см
11 матчей / 0 голов
Клуб: Урава Редс

Уэда Наомити

Дата рождения: 24 октября 1994 г.
Рост: 186 см
3 матча / 0 голов
Club : Кашима Антлерс

Полузащитники

Хонда Кейсуке

Дата рождения: 13 июня 1986 г.
Рост: 182 см
94 матча / 36 голов
Клуб: ФК Пачука (Мексика)

Шибасаки Гаку

Дата рождения: 28 мая 1992 г.
Рост: 175 см
16 матчей / 3 гола
Клуб: Хетафе (Испания)

Харагути Генки

Дата рождения: 9 мая 1991 г.
Рост: 177 см
31 матч за 6 голов
Клуб: Фортуна Дюссельдорф (Германия)

Кагава Синдзи

Дата рождения: 17 марта 1989 г.
Рост: 175 см
90 матчей за сборную / 29 голов
Клуб: Боруссия Дортмунд (Германия)

Ямагути Хотару

Дата рождения: 6 октября 1990 г.
Рост: 173 см
41 сборная за 2 гола
Клуб: Сересо Осака

Хасебе Макото

Дата рождения: 18 января 1984 г.
Рост: 180 см
109 сборных за сборную / 2 забитых мяча
Клуб: Айнтрахт Франкфурт (Германия)

Инуи Такаши

Дата рождения: 22 июня 1988 г.
Рост: 169 см
25 матчей за 2 гола
Клуб: СД Эйбар (Испания)

Усами Такаши

Дата рождения: 6 мая 1992 г.
Рост: 180 см
22 матча / 3 гола
Клуб: Фортуна Дюссельдорф (Германия)

Ōshima Ryōta 90 057 Дата рождения: 23 января 1993 г.
Рост: 168 см
4 матча / 0 голов
Клуб: Кавасаки Фронтале

Нападающие

Окадзаки Синдзи

Дата рождения: 16 апреля 1986 г.
Рост: 174 см
112 крышек / 50 Голы
Клуб: Лестер Сити (Англия)

Осако Юя

Дата рождения: 18 мая 1990 г.
Рост: 182 см
27 матчей за сборную / 7 голов
Клуб: СВ "Вердер" Бремен (Германия)

Муто Йошинори

Дата рождения: июль 15, 1992
Рост: 178 см
22 матча / 2 гола
Клуб: 1.FSV Mainz 05 (Германия)

(Первоначально написано на японском языке. Фотографии предоставлены Японской футбольной ассоциацией )

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *